«Спросить у Дакара?..» — подумал я, пытаясь удержаться от усмешки.
«Спросить у Дакара?..» — подумал я, пытаясь удержаться от усмешки.
— Партнер Конго… легат… — Легкий кивок в ту и другую сторону. — Садитесь.
Голос у Йорка оказался звучный, и вел он себя так, словно одаривал нас великой милостью. Что, впрочем, было недалеко от истины — если вспомнить о полученном авансе.
Его глаза блестели в прорезях маски.
— Свободный Охотник Крит, бывший комес СОС, а ныне — лицо с полномочиями легата… Конго утверждает, вы самый лучший. Так?
— Почтенному гранду виднее, — отозвался я.
— За что же вас уволили из Службы?
— Молодой был, слишком резвый.
— Разрешите, партнер Йорк? — Дождавшись кивка, Конго произнес: — Вам, несомненно, известно о персонах, совершивших противоправные деяния в ходе войны: разрушение воздуховодов или секций купола, атаки с помощью убийственного газа или тяжелых излучателей, использование скафов и тому подобное. Эти крысиные отродья передаются Службе Вершителей, но иногда, если их статус высок, им помогают скрыться в латифундиях, промышленных или закрытых зонах, которые нам недоступны. Мы, в соответствии с Догматами, не имеем права…
— Я помню эту историю, — прервал Йорк. — Семнадцать лет тому назад, конфликт между «Зеленью» и Химическими Ассоциациями, гранд Лион, сбежавший в закрытую зону… — Он посмотрел на меня. — Так это вы его достали? А в восьмисотом году спустились в Отвалы и нашли Чогори из Первой Алюминиевой? То есть его труп?
— Голову и две руки, — уточнил я. — По отдельности.
— Знаю, легат, я видел голограмму. Если не ошибаюсь, ее даже выставили в музее?
— Не ошибаетесь, достопочтенный.
Минуты три или четыре Йорк молча изучал мою физиономию, разглядывал протез, хламиду и даже, кажется, чехлы на ногах, с клинками, торчавшими за каждым голенищем. Мнение, видно, сложилось положительное — он хмыкнул, неторопливо огладил подбородок и произнес:
— В этот раз вам придется не спускаться, а подниматься. Думаю, прямо на Поверхность. — Не отводя глаз с моего ошеломленного лица, он помахал рукой Конго. — Можете объяснить легату ситуацию, партнер. Во всех подробностях.
Гранд принял выражение крайней озабоченности — губы поджал, бесцветные глазки уставил на меня. Конечно, вместе с реактантным излучателем.
— Ты размышлял об этой фирме «икс»? О том, откуда они берут сырье?
Само собой, я размышлял и даже пришел к определенным выводам. Просят поделиться? Ну, что же…
— Вряд ли они докопались до крупных залежей в Отвалах или Старых Штреках — о таком даже сказок не гуляет среди Черных Диггеров. Конечно, пачкунам случалось находить стекло, керамику или металл, но в небольших количествах, не окупающих транспортировку. А тут… Тут и масштабы солидные, и ассортимент — стекло и медь, сплавы никеля и хрома, латунь, бронза, сталь… Такого ни в одном месторождении не сыщешь!
— Ну, и?.. — поторопил Конго.
— Думаю, нашли забытые Хранилища. У нас, в Киве, в Сабире.
— Таких Хранилищ не существует, легат. Информация точная. Все — абсолютно все! — Хранилища контролируются службами ВТЭК и ОБР.
Информация точная. Все — абсолютно все! — Хранилища контролируются службами ВТЭК и ОБР.
Я пожал плечами:
— Значит, до общественных Хранилищ добрались и тащат втихаря сырье. Я бывал в них, знаю! Гигантские полости с огромным количеством отсеков, и в каждом — склад, подъездные пути, погрузчики, тоннели, закоулки плюс помещения для джайнтов… Как проследить за этим лабиринтом?
Кормчий и гранд переглянулись, и Конго, откинувшись в кресле, поднял глаза к потолку. Мне почудилось, что он колеблется, но Йорк прищелкнул пальцами, и выражение нерешительности исчезло с физиономии моего патрона. Он наклонился ко мне и произнес:
— Я не имел в виду, что контролируются стены, потолок и пол Хранилища или, скажем, транспортные средства, цистерны, платформы и погрузочные механизмы. Мы контролируем сырье, легат! Только сырье! Каждый слиток металла, каждая гранула пластика, каждый контейнер с жидким продуктом маркированы на молекулярном уровне, а как — о том спроси у предков! Но эту маркировку не уничтожить и не заблокировать, она сохраняется в веществе изделия и при вторичной переработке любого лома, будь то металл, пластик или армстекло. Так что пьютеры Мобурга и других куполов прослеживают путь сырья от складов до промзон и начисляют плату. Та же система, что с личными браслетами. — Он постучал по обручу и, вперившись в меня, добавил: — Эти сведения не подлежат огласке. Ясно, легат?
Куда уж ясней! Ясно и то, что обе мои гипотезы рухнули. Хотя поверить, что кто-то выбрался наверх, тоже было трудно.
— Пусть они поднялись на Поверхность, пусть, — пробормотал я, — но там ведь сырье не валяется. Нет ни стекла, ни слитков бронзы, ни фризер-цистерн с замороженным аммиаком и нефтью. И никто на Поверхности не жил и не живет — во всяком случае, в историческую эру.
— Это верно, — сочным баритоном подтвердил Йорк. — Люди там не жили и не живут.
Под ребрами у меня заледенело, словно я попался стае крыс голышом, без брони и огнемета.
Кормчий продолжал:
— Приоритеты изменились, легат: несанкционированный ввоз сырья и промышляющие этим люди для нас уже не самый важный из вопросов. Кто поставляет сырье? И почему? На каких условиях? С какой-то дальней целью? Вот в чем проблема! Займитесь ею, легат, найдите ходы на Поверхность и проследите, кто поставщик и что он получает за товар. Если удастся взять образцы…
Вот так новые инструкции и указания! Потрясенный, я перебил кормчего самым непочтительным образом:
— Образцы чего? Сырья?
— Нет, поставщиков. — Он холодно улыбнулся — вернее, растянул губы и слегка отвесил челюсть. — Вы, легат, знакомы с основами устройства мира? Не этого, а того? — Постучав по крышке стола, он показал затем на потолок. — Вы в курсе, что там находится и что творится? Не на Земле, а в более обширных областях?
Такие вещи не изучают в инкубаторах, однако долгое общение с блюбразерами пошло мне на пользу, как истории Дакара, которыми он при мне потчевал Мадейру. Но раскрывать этот источник информации я не собирался.
— Хмм… Ну, кое о чем я слышал… Земля — одна из девяти планет, что обращаются вокруг центрального светила вместе со своими спутниками. На больших дистанциях — таких, что их не воспринять ни разумом, ни чувством — есть другие светила со своими планетами, и число их огромно. Они отделены от нас холодным и пустым пространством, где нет ни воздуха, ни света, ни жизни, ни тепла… Примерно так.
— Да, число небесных тел огромно, просто неизмеримо, — повторил Йорк. — Мы знаем об этом еще с Эпохи Взлета. И знаем, что это пространство, где нет ни жизни, ни тепла, в принципе можно преодолеть. — Его глаза в прорезях маски сверкнули. — Теперь поговорим о фактах, легат! В наш мир идет поток сырья, как мы полагаем, с Поверхности, где нет ни людей, ни производств, ни горных разработок — словом, ничего, ни рук, ни механизмов, пригодных для выплавки меди или стали. Но, может быть, людей там нет, а прочее имеется? Некие чужие существа, преодолевшие расстояние, которое не воспринять ни разумом, ни чувством, как вы справедливо заметили. Пришельцы, вступившие в связь с кем-то из нашего мира и даже наладившие обмен… Узнайте об этом, легат! Узнайте! — Звучный голос Йорка внезапно дрогнул. — Обследуйте Старые Штреки под городом, сходите за Ледяные Ключи, где никто не бывал, и отыщите ход на Поверхность. Нашим людям это не под силу, ни ВТЭК, ни ОБР… мы не имеем опыта за гранью куполов и трейн-тоннелей… ни опыта, ни, скажем прямо, должной смелости…
