— Здесь уже побывал Юки, — недоверчиво глянул на него Балтазар. — Он сообщил, что ближе к утру под башней Могрифа появилась какая?то странная личность, которая пыталась отозвать оставшихся соглядатаев, затем ее обнаружили зомби — и началась большая драка, в которой принял участие даже Гестарт. Короче, там веселенькая была ночка.
— Зомби там были, — признал Дагон, — но никаких странных личностей и в помине не было. Значит, хозяин этих соглядатаев едва не опередил нас? Как по?вашему, кто он такой?
— Я все время думаю, где же я могла слышать про эту личность, — откликнулась от печурки Анор. — Очень знакомое описание.
— Не мучайся, Анор, не ломай голову, — сказала ей Раундала. — Теперь, когда у нас есть соглядатай, учитель сумеет определить хозяина по нему.
— Тогда я отнесу ему эту мышь. — Дагон забрал банку со стола и ушел в лабораторию Ринальфа.
В это утро к завтраку вышел и сам Ринальф, хотя старый маг не имел обыкновения есть так рано. Он вошел в гостиную в сопровождении маленького Фэра и принюхался к запахам:
— Сегодня стряпал ты, Балтазар?
— Нет, это наши девочки отвлеклись на мышь. По мне, так получилось в самый раз.
— Ну, хоть кто?то сегодня будет доволен завтраком, — расцвела Анор. — Вы еще не анализировали эту мышь, учитель?
— Нет, я начну в полдень, когда усилится влияние камня прозорливости.
Он сел вместе с остальными за стол, но не стал есть кашу, а ограничился побуревшей снизу гренкой с сыром и чашкой густо заваренной иги. Какое?то время за столом раздавалось только звякание столовых приборов о посуду.
Вдруг Анор опустила ложку и выпрямилась с таким видом, словно ее посетило божественное откровение.
— Я вспомнила! — обвела она взглядом остальных. — Это же шаман! Шаман Вольда!
— Шаман? — переспросил ее Ринальф.
— Да, учитель, тот самый шаман, о котором не так давно говорила вся Асфаста, — затараторила она.
— Все сходится — лысый и татуированный. Мне рассказывали романтическую историю о том, как Вольд спас его от верной смерти, не помню подробности — вернее, там нечего помнить, их никто не знает. Все сочиняют разное, но я чувствую, что правды в этой болтовне нет. Говорят, что этот шаман сейчас живет у Вольда и преданно служит ему — вот это правда.
— Хорошо, что ты это вспомнила, — кивнул Ринальф. — Мне будет гораздо легче выполнить проверку для Вольда, чем начать произвольный поиск. Я опасался, что мне придется дожидаться благоприятной аспектации светил для установки зеркала магов, потому что это — единственный надежный способ поиска, когда объект неизвестен, но теперь, если ты не ошиблась, мы уже сегодня получим подтверждение.
В полдень старый маг взял банку с мышью и вышел в сад, потому что колдовство такого рода лучше удавалось под открытым небом. Там он поставил банку на камень прозорливости и произнес над ней заклинание проверки соответствия.
— Да, — сказал он обступившим его магам. — Эту мышь создал Вольд, причем в одиночку. Совпадение полное.
— Что же теперь с ней делать? — спросил Дагон.
— Пока не знаю, но в любом случае ее нельзя отпускать, чтобы она не сообщила ему, кто ее поймал. Нам ни к чему выдавать себя, поэтому мы пока оставим ее здесь.
Содержание соглядатая не требовало никаких хлопот, потому что эти магические творения не ели, не пили и не нуждались в воздухе, питаясь только от силы своего создателя. Единственно, нужно было следить, чтобы Паки не убежала, но наложенное Дагоном заклинание прочности удержало бы и тварь посильнее мыши. Ринальф отнес ее в лабораторию и запер в сейф для амулетов. Затем он вернулся в беседку, где остальные маги обсуждали эту новость.
— Учитель, мы здесь рассуждаем, зачем Вольду понадобилось следить за башней Могрифа, — сказал Балтазар, когда старый маг уселся между ними.
— Это как раз понятно. Могриф писал в своих записках, что Вольд готов отдать даже свою роскошную шевелюру, лишь бы проникнуть в его секреты.
— Шевелюру, но не голову же, — возразил Балтазар. — Соглядатаев создают только по важным причинам, когда риск их засылки оправдан.
— Может, Къянта украла у Могрифа сведения, которые заставили Вольда следить за башней, — предположила Раундала.
— Потерять двоих соглядатаев из тройки — это вам не шуточки, — заявила Анор. — Я уверена, что теперь он обязательно предпримет что?нибудь, и считаю, что в ближайшие дни нам нужно последить за ним. Он наверняка хоть чем?то, да выдаст свои намерения.
— И так ясно, что теперь у него одна забота — разыскать Паки, потому что он знает, что она не погибла, — сказал Дагон. — Но, я согласен с Анор, нужно понаблюдать за ним хотя бы для того, чтобы своевременно узнать, напал ли он на наш след.
— У нас всего одна тройка соглядатаев, — напомнил Ринальф. — Если мы отвлечем их на Вольда, некому будет наблюдать за башней Могрифа.
— Они давно наблюдают за ней, но там не случилось ничего особенного, — сказал Балтазар. — Не беда, если они ненадолго отвлекутся оттуда.
— Да, пожалуй, — согласился старый артифактор. — Там еще неизвестно, что случится, а Вольда нам сейчас лучше не выпускать из вида. Да, нам нужно последить за ним.
Он послал вызов Юки. Когда явился вестник, Ринальф поручил ему новое задание, и в этот же день вся тройка соглядатаев перебралась в роскошный парк особняка Вольда.
Вольд и прежде пользовался соглядатаями, но никогда еще не случалось, чтобы работа тройки заканчивалась таким провалом. Теперь у него осталась одна Поки, совершенно бесполезная везде, кроме его собственного парка.
Теперь у него осталась одна Поки, совершенно бесполезная везде, кроме его собственного парка. Самым правильным было вернуть ее в портал, и Вольд решил немедленно сделать это.
Он разложил в парке костер и поставил туда котел с водой. Возврат соглядатаев был куда проще их вызова — довести воду до кипения, затем три щепотки ингредиентов и заклинание открытия портала. Поки, счастливая, висела на соседнем дереве, дожидаясь единения со своим кровным отцом. Когда бездонное окошко открылось в котле, она порхнула в руки Вольда, а затем блаженно растворилась в серебристой глубине портала.
Пока он занимался этим делом, в особняк вернулся шаман. Как только Вольд закончил колдовство, дикарь простерся перед ним ниц, посыпал свою лысину пылью с парковой дорожки и поставил на нее ногу своего повелителя.
— Я не выполнил приказ, повелитель, — горестно сообщил он из?под ступни Вольда. — Пусть дух?покровитель накажет меня.
Какое?то время Вольд созерцал валяющегося перед ним шамана, затем убрал ногу с его лысой головы.
— Дух?покровитель прощает тебя, — изрек он свое решение. — Иди к Къянте, скажи, чтобы она накормила тебя.
Шаман ушел, а Вольд навел порядок на месте колдовства, каждую минуту ожидая неприятного ощущения магической травмы, сообщавшего о гибели Паки. Но мышь была еще жива.
По иронии судьбы, его мог бы защитить тот самый амулет, из?за которого вышло это несчастье. Тот самый, работы Ринальфа, о котором ему рассказала Къянта и ради которого он устроил слежку за Гестартом. Вольд не поверил бы Къянте, что Гестарт сумел достать себе такое, если бы та не показала ему украденный у своего бывшего дружка усилитель магии, тоже работы Ринальфа. Сначала он решил не рисковать, но затем подумал, что такой амулет может защитить его в пещере сокровищ, и решился на вызов соглядатаев. Однако, за то недолгое время, пока они находились в башне, Паки не сумела отыскать амулет ни на шее Гестарта, ни где?то еще, хотя, по уверению Юки, она облазила там все закоулки.
