— Это в чем же? Не в ваших ли законах сказано: «Лги, предавай, убивай, если это идет на пользу делу Истинных Людей»? — язвительно процитировал лесной князь. — А ты как-никак тут ихнюю волю творила!
— Так не получилось же ничего… — пожала красавица плечами.
— Неважно… Кроме того, говорю тебе, ты из-под их воли вышла.
— Что с теми, кто из-под их воли выходит, случается, я видела. Сами потом приползали да за каплю эликсира пятки лизать нашим… господам были готовы! Не знаешь, а говоришь.
— Знаю! — отрезал Вареникс. — Вот за это и сводит их Геб-батюшка с лика своего! А тебе теперь с ними не по пути — ты ведь теперь дочь Великой Матери. Сама же сказала! И Дий в том свидетель! Иначе б ничего не получилось у тебя без воли Его.
Несколько секунд Файервинд, остолбенев, повторяла одними губами слова Великого Призыва.
— Но как же так…
Она сколько раз притворно молилась и клялась в храмах всевозможных богов — от Одина до Ормузда! Она столько раз к ним делано взывала. И ничего!
И вот теперь…
— Не догадываешься? — ухмыльнулся сатир. — Кстати, ты уже второй раз к Ней воззвала. А первый — в месте священном, в ночь Великую!
— Это не в лесу ли? — нервно рассмеялась ведьма. — Когда ты мне впервые явился?
— Ну да. — Он вновь улыбнулся, но на этот раз вполне доброжелательно. — Кстати, мать завсегда другую мать поймет и услышит.
— К-к-как?!! — побледнев, Файервинд невольно приложила руку к животу. — Ты хочешь сказать…
— Слава великому Дию! — всплеснул лесной князь руками. — Дошло наконец до бабы глупой, что от баловства с мужиком дети могут быть! Стоило сто пятьдесят лет прожить, чтобы такое узнать.
— Сто сорок восемь! — машинально поправила красавица и только потом все поняла.
Да и почуяла, как пол уходит из-под ног.
Да и почуяла, как пол уходит из-под ног.
В себя она пришла от льющейся в рот воды. Открыв глаза, колдунья уставилась на сидевшего рядом с ней с чашей в руках Вареникса.
— Не может быть… — только и произнесла она.
— Что значит не может? — притворно удивился рыжий. — Ты баба аль нет? А бабы для того на Гебе и живут, чтоб жизнь давать, род людской продлевая и приумножая!
Файервинд все еще не могла прийти себя.
Известно, что всякий человек, принимающий эликсир, приобретает долгую жизнь, сравнимую с веком среднего ти-уд. Больше того, он становится почти бессмертным. Только вот незадача — слабая и несовершенная людская плоть не может выдержать больше двадцати-тридцати приемов волшебного снадобья, и потенциальный бессмертный просто умирает от лекарства, ставшего ядом. (Но тут людям повезло больше, чем Старшим Господам — тех убивала первая же доза созданного их руками лекарства для долголетия.)
Но есть и великий закон природы — чем дольше существо живет, тем медленнее оно размножается. А существо бессмертное размножаться не может по определению. (О богах — разговор особый, тем более что и они, как выяснилось, вполне смертны — взять хоть великого Дия.)
Так что и женщины, и мужчины, служившие ти-уд, детей иметь не могли.
Нет, конечно, были способы обмануть природу. Например, те из магичек, кто непременно хотели ребенка, могли рискнуть пропустить срок приема эликсира. На год-два это могло проскочить незаметно для общего состояния организма. Но далеко не все решались на такой риск, ибо случалось, что нарушившие график употребления напитка бессмертия за несколько дней превращались в стариков, да и маги давали на такое разрешение крайне неохотно.
Лет пятьдесят назад сама Файервинд просила было об этом Учителя, но получила лишь раздраженный ответ, что ей, причастной к высшим тайнам и счастью служить высшим существам, не пристало думать о всяких бабских глупостях, а кроме того, он слишком много вложил в нее сил, чтобы рисковать потерять. Чуть позже она узнала и другую причину — сам великий маг был не только совершенно бесплоден, но и вообще производить подобающие любому мужчине действия мог только в юности да и то с помощью особых зелий.
Вот же сюрприз ему будет! Как бы ей, чего доброго, не угодить в качестве подопытного кролика в его лабораторию!
При этой мысли холодный страх прошиб неробкую, ко всему привычную Файервинд. Страх даже не за себя — за то крошечное существо, которое послала ей в своей неисповедимой милости Богиня Людей, от которой она когда-то еще девчонкой отреклась.
— Не боись, милая, — полушепотом сказал ей Вареникс. — Тебя мы им не отдадим! Никуда они не денутся!
— А куда я денусь? — прошептала она и вдруг всхлипнула: — Я им три клятвы давала — на воде, на камне и на крови! У них и волосы мои, и… Да и даже если не будут ничего делать — мне эликсир жизни через два года надо будет пить. Еще бы лет пять, и я недостающие ингредиенты выведала бы. А так не деться мне от них никуда.
— Ох, — сурово проскрипел лесной князь. — Определенно, надо было раньше твоими Господами заняться! Да вишь, все не до того было…
Вздохнул этак тяжеленько.
— Первое — клятвы и магия вся твоя похерена: ты теперь под покровом Великой Матери. Да не простой, а самой древней, в ипостаси ее Харьятской. Той, что вы гиперборейской называете. И второе — открою тебе самую страшную тайну ти-уд.
Нет никакого эликсира бессмертия, никакой сомы! Есть Вода Жизни! Один-единственный источник крохотный в самой глубине их пещер. Сорок капель в день он дает! Его самые первые боги оставили… Ну да про это потом как-нибудь поговорим, при случае… Водой этой они вас и потчуют. И запомни — одного лишь раза достаточно, чтобы век продлить. А та бурда, которой они вас раз в десять или двадцать годков угощают — так это обманка, чтобы вас на цепи держать! Вы вот за чарку помоев, куда небось колдунишки эти еще и мочатся, род людской продавали, — грозно нахмурился леший, — а того в башку никому не приходило, что ежели эликсир так просто сварить, то чего ж они магов великих да воинов верных не наплодили да мир и не завоевали?
Потрясенная Файервинд молчала. Такая простая мысль ей и в самом деле в голову не приходила.
— Но как же… — начала нерешительно.
— Ну, насчет того, как твои товарки деток рожали, тоже скажу. Это ведь просто совсем — коли есть яд, то имеется и противоядие. Можно притормозить действие воды, хотя и беда может приключиться. А уж рецепты, какие вы все разгадать стремитесь — так это обманка особая. Ты рецепт найдешь, сваришь зелье-то, да и копыта откинешь! А хозяева еще и скажут, что хотел, мол, человечишка нас предать. Рецепт украсть ума хватило, да магии толком не выучился, оттого и сдох! Так что не боись, девка, переживешь ты спокойно и муженька своего будущего, да и внуков, пожалуй. На свадебку-то пригласишь? — тепло рассмеялся лесной князь.
А в следующее мгновение ему пришлось вновь приводить в чувство потерявшую сознание чародейку.
Глава 12
ПОЗАДИ КИЕВ
Киев
Мириады алмазов на темно-синем, почти черном бархате….
Высокое, близко-далекое звездное небо над головой….
Она смотрела на луну, на ее жемчужно-яркое сияние, на облака, легкими тенями ложившиеся на звездный свет и подчас изменявшие привычные рисунки созвездий…
Файервинд наблюдала, как небо меняет свой цвет, теряет синюю глубину тьмы и приобретает пока еще серовато-алые отблески будущего рассвета.
Наступал день, пережить который будет не просто и ей, и всему Киеву.
