— Увы, — виновато развела руками ведьма. — Бумаг после этого Мерланиуса никаких не осталось, а мастерскую захватили люди августа и христианские жрецы. К ним мне подступиться не вышло.
— И ты ничего не смогла сделать? — Старец был до глубины души возмущен. — Ты, которую я обучал лично?! Магичка с десятью годами обучения за спиной и, почитай, полувековым опытом чародейства?! И это моя лучшая ученица!!
Его взор недобро скользнул по фигуре ведьмы, останавливаясь то на золотом ожерелье, то на дорогой хинской ткани шаровар.
— Впрочем, понятно, — прошипел он зловеще. — Жизнь среди соблазнов мира развратила тебя! Нет, похоже, мы все же были неправы, когда отменили закон, по которому людские маги раз в пять лет должны проходить новый курс ученичества с самых нижних ступеней. Кстати, почему ты не попыталась войти сама? — вдруг изменив тон, спросил чародей. — Почему заставила меня, члена Высшего Круга, тратить время на подъем к тебе?!
Лицо Файервинд недоуменно вытянулось.
— Но, Учитель, там же защита… Я подумала…
— Ты правильно подумала, — ехидно ухмыльнулся маг. — А то бы ты отправилась к твоим праотцам.
Внезапно блеклые старческие глаза его налились кровью. Сжав кулаки в перчатках из алого шелка, он прохрипел:
— И кто их сюда звал?! Они чаяли, что мы сгинули, и заселили наши исконные земли! Пусть и не подозревали, что здесь еще теплится жизнь Старого Мира, уничтоженного их богами, — это ничего не меняет! Они все равно ответят — они и их боги, которые и привели сюда своих людишек, вселив в наши дома… На месте Арль-Сармира поставили этот треклятый Аркаим, а трон Грифона теперь оскверняет своим седалищем какой-то презренный вождь вчерашних кочевников… А эти недоноски, которые думают, что что-то смыслят в магическом искусстве…
— Господин, мы заставим их убраться отсюда! — торопливо пробормотала чародейка.
— У тебя, вижу, есть план? — пришел в себя старец.
— Да, повелитель, — подтвердила женщина. — Ты знаешь, князь Велимир затеял в Куявии внедрение новой веры…
— Слыхал, — саркастически хмыкнул он. — Этот дурачок думает, что бог из чужого мира послужит ему лучше богов его отцов. Люди, что с них взять?
— Так вот, Учитель, — с торжеством продолжила Файервинд. — Если все пойдет так, как мы думаем, то им на какое-то время станет не до того, чтобы приглядывать за магией — пусть даже и черной. А ведь в Куявии расположено одно из трех мест, где наш мир…
Выслушав свою ученицу, старый маг, которого женщина знала под именем Мар-Гаддон, глубоко задумался.
— Да, это может быть выходом, — изрек он наконец. — Ты хоть и человек, но моя ученица и чему-то я тебя научил… Как скоро ты думаешь приступить?
— Прямо сейчас, — молвила Файервинд. — Завтра утром неподалеку отсюда пройдет обоз торговцев мехами. Я к нему присоединюсь и через месяц буду в Хельмгарде. А оттуда до Куявии — рукой подать…
Старик впервые улыбнулся:
— Жаль, что так скоро… Думается мне, месяц-другой в шкуре некритто тебе не повредил бы. Твое счастье, что мы не можем терять время. Вот, — протянул он ей небольшой узелок. — Тут пара фунтов жемчуга, не слишком хорошего, чтобы не привлечь внимания, и драгоценные камни огранки наших мастеров. Тебе еще что-то нужно?
— Господин, мне бы пригодился новый Амулет Силы. Мар-Гаддон дернулся, словно ошпаренный.
— Обойдешься! У меня и так их мало осталось! На вас не напасешься. Ты б еще Дивьих Ключей попросила, коих всего-то и есть четыре на весь Геб, да и то два где-то затерялись.
Колдунья жалостливо шмыгнула носом.
«Жлоб!» — подумала она, но тут же поспешила прогнать обидные для Учителя мысли, чтоб не вызвать новой грозы. Чародей славился своей мнительностью.
— Ладно, вот тебе мой приказ: иди и действуй. Будет очень неплохо, если против них удастся использовать их собственную силу. Собирай тех, кто еще остались. А я займусь своим делом. И смотри мне! Еще одной ошибки я тебе могу и не простить! Подумай, что будет, если я отлучу тебя от служения? Ты ведь еще не научилась варить эликсир жизни?
— Я исполню, великий, я все исполню! — В голосе горделивой ведьмы звучал неприкрытый страх.
— Ступай!..
Маг Высшего Круга народа ти-уд, известного как «чудь белоглазая» и почитаемого за легенду даже великими посвященными Египта, проводив взглядом удаляющуюся волшебницу, сплюнул.
Он не любил людей — и это мягко сказано. Но, увы, древнему народу без них уже не обойтись.
Мысленным взором проник за магическую завесу, в глубь уходящих в камень пещер.
К залам, убранным драгоценными каменьями. Настоящим дворцам, освещенным вечными лампами, секрет которых похитили у них когда-то жрецы страны пирамид. Сказочные гроты, причудливые колонны оранжевого, красного и коричневого цветов, где подземный жар мягко согревает воздух, а струи подземных водопадов играют на искусно выточенных в незапамятной древности каменных флейтах, рождая чудесную музыку.
Но лишь немногие из созданных его предками подземных жилищ ныне населены, и почти не слышно там, внизу, детского смеха.
Если так пойдет дальше, то одни дряхлые старики и старухи ощупью будут бродить внизу, вылавливая в подземных реках бледно-кремовую рыбешку бокоплавку.
Чтобы возродить могущество ти-уд, нужна Сила.
Сила магических источников земли и сила мечей, сила женщин, способных к зачатию, и сила мужчины для еще способных рожать женщин.
А еще необходима свежая кровь.
Да, свежая кровь нужна им прежде всего.
Кровь лучших из этих разумных полуживотных, именуемых людьми. И та, что будет течь в жилах детей нового поколения ти-уд, и та, что прольется на алтарях Вечных Владык.
И если те откликнутся, то затрепещут не только людские царьки, но и их презренные боги…
Часть первая
ХВОРЫЕ ЗЕМЛИ
Глава 1
НА ПЕРЕПУТЬЕ
Артания, маеток Большое Дупло под Ракшавой, июнь того же года
Танцовщица изо всех сил пыталась изобразить подобие танца живота.
Выходило это у нее, надо признаться, на редкость неуклюже.
Живот-то у артистки имелся. И даже с избытком — внушительных размеров шар, прыгающий вверх-вниз, влево-вправо. А вот, мягко говоря, мастерства не хватало. Ведь танец живота — это что? Не просто прыжки то на одной, то на второй ноге, чтоб заставить колебаться жировые складки, а некий ритмический ритуал, таинство, понуждающее мужскую кровь ускоренно бегать по жилам, а сердце биться в бешеном ритме, который способно успокоить лишь старое доброе вино в непомерных количествах.
От подобного же представления тоже хотелось в стельку наклюкаться. Чтоб поскорее залить глаза, дабы не глядели на подобное поношение святого искусства.
Однако местное вино было еще гаже танцев. Кислющее до оскомины и к тому же изрядно отдающее сивухой. Наверняка хозяин для пущей забористости подлил в бочонок с вином браги. Выпьешь кружку такого пойла, ударит оно тебе по мозгам до отшиба памяти, а там уже и трава не расти. Порция за порцией — держись кошелек!.. Хорошо если к браге какой-нибудь дурман-травы не подмешано. Нет, тут надобно держать ухо востро.
Забросили же боги в дырищу. Прямо задворки просвещенного мира. Или скорее задница цивилизации. Одно название чего стоит.
Большое Дупло.
Оно и видно, что дупло. От местного «дупа», что на лешском наречии означает ту же таки задницу.
