— Дверь не открывается, — шепнул Тэрумото, когда Каргин приблизился к нему. — Что будем делать Керк-сан? Выйдем в парк через тоннель и служебный корпус?
— В парке нас и прикончат.
— Что будем делать Керк-сан? Выйдем в парк через тоннель и служебный корпус?
— В парке нас и прикончат. В лес надо, в кратер! С Нагорной дороги можно туда спуститься?
— Нет, не думаю. — Японец покачал головой. — Скалы, отвесный обрыв, Керк-сан видел… Спуск только у Лоу бей. А пока мы туда доберемся…
— Будем, как на ладони, — мрачно закончил Каргин, поворачиваясь к референту. — Арада! Что там с дверью?
Аргентинец выпрямился. Его смуглое лицо побледнело, волосы цвета темной меди свисали на лоб. Сейчас он был удивительно похож на старого Халлорана.
— Не могу открыть. Тут электронный замок… Или его заело, или код изменен.
— Чтоб мне к Хель провалиться! — пробормотал Каргин и прикусил губу. Интересная история… очень интересная… В бункер не попасть, на материк, в Кальяо, не дозвониться — выходит, отключен ретранслятор… И код на двери переменили… Какая скотина постаралась?.. И что теперь делать? Драпать или драться? Если драпать, то куда? А если драться…
Он оглядел свое воинство. Оружие — четыре пистолета, считая с «магнумом» Бобби, плюс сюрикены, мачете и проволочная удавка… В бойцах — два гомика, повар, референт и нервная девица… один самурай c дипломом Гарварда, один техасец… Плохой расклад!
Они смотрели на него с надеждой, ждали решения. Паркер, наконец, утихомирился; замер, поглаживая Мэнни по плечу, уткнувшись взглядом в пол. Рядом стоял Тейт, с мешком в одной руке и тесаком для рубки мяса — в другой. Вид у бывшего морского пехотинца был воинственный.
Может, Сэмми кого приведет?.. — подумал Каргин. В коттеджах и служебном флигеле — человек тридцать… Половина — женщины, но конюхи, садовники, шофер вполне боеспособные ребята… правда, без оружия…
Как бы в ответ на эту мысль что-то ухнуло, грохнуло, посыпались осколки ламп, в тоннеле заклубилась пыль, и пол содрогнулся под ногами. Мэри-Энн пронзительно вскрикнула и сразу смолкла, зажимая ладонями рот.
Боб Паркер поднял голову.
— Это еще что?
— Это, — пояснил Каргин, — «хеллфайер». Или «ХОТ»… Ракета такая. Для поражения с воздуха наземных целей. — Он посмотрел на Тома. — Я полагаю, служебный флигель рухнул, так что теперь в тоннель нам не пройти и Сэма не дождаться. Там была еще одна вертушка… кроме той, что в парке… Сейчас они высаживают десантников.
Чувствуя, как разгорается ярость, он подумал о взорванном служебном корпусе. Еще три десятка жертв, невинных и непричастных… Но ярость была сейчас плохим подспорьем. И в Легионе, и в «Стреле» имелись свои заповеди, традиции и правила, в общем-то разные, но кое в чем сходившиеся с поразительной точностью. Первая гласила: солдат существует, чтобы сражаться; вторая — гнев и героизм — плохая замена профессионализма.
В кратер, решил Каргин, нужно выбираться в кратер. В лес! А еще лучше — в пещеры и скалы за Нижней бухтой. В Хаос! Исчезнуть, пересидеть, сообразить — кто напал, зачем и почему… Зачем — пожалуй, ясно. Убили старика — так, может, и уйдут?.. Решат, что прикончили всех, и уберутся к дьяволу? Главное — не попадаться на глаза…
Значит — в кратер! В кальдеру!
Он обвел взглядом стоявших перед ним людей, прислушиваясь к доносившемуся из тоннеля грохоту и уже понимая, что больше некого спасать. Потом сказал:
— Мы спустимся вниз через мусоропровод. Попадем на свалку. За ней — болото и лес. Задача — добраться до леса.
Задача — добраться до леса. Быстро, бегом! Пока не стали выслеживать с вертушек. В лесу прячьтесь под деревьями — так, чтоб было незаметно с воздуха. Ложитесь, замрите, не двигайтесь и ждите моей команды. Теперь — вперед! Пошли! Живее!
Хью, схватив за руку Мэри-Энн, первым ринулся к колодцу. Попахивало из него неважно — гнилыми фруктами и трупным смрадом от разложившегося мяса. Зато уходивший вниз тоннель был не слишком крут и довольно широк — не меньше полутора метров в диаметре. Скорее даже больше, прикинул Каргин и кивнул Тэрумото:
— Сначала — ты. Будешь страховать внизу, чтобы никто не врезался темечком. И каждому — пинок под зад. Пусть никого не ждут, драпают к лесу. Все ясно?
Японец кивнул, спрыгнул на дно колодца, лег на спину ногами вперед и тут же исчез в зловонной дыре.
— Мэри-Энн! Мэнни! Вы следующие.
Девушка испуганно вздрогнула, но повиновалась без возражений. Мэнни что-то пискнул, Каргин схватил его под локти, приподнял, велел:
— Свой балахон держи под задницей. Не то кожу о камни обдерешь.
Парень исчез с протяжным паническим воплем.
— Ваша очередь, сэр президент.
Отрешенность на лице Бобби сменилась злобной гримасой. Он брезгливо поморщился.
— Быстрей! — поторопил Каргин, раздумывая, не врезать ли президенту между ног.
— Если вы не спешите… — начал Арада, подступая к колодцу, но Боб оттолкнул его и прыгнул вниз. За ним последовали референт и повар. Стил Тейт прижимал к груди мешок и нож и двигался, несмотря на возраст, с завидной резвостью. Бывалый мужик, хлопот с ним не будет, решил Каргин. Вот Мэнни — другое дело… Мэнни у нас не боец…
Видимо, Слейтер думал о том же.
— Пропадем с этим дерьмом… — Он кивнул на зев колодца. — Может, лучше с плохими парнями потолковать? Может, договоримся?
— Плохие парни не расположены к толковищу. Они — как у вас в Техасе: сперва стреляют, потом глядят, кого пришибли, — сказал Каргин, насторожившись. Кажется, в столовой голоса… Вернее, голос; слов не разобрать, но тон резкий, начальственный.
— А ты откуда знаешь?
— Догадываюсь. Но если хочешь — оставайся, потолкуй.
Пальцы Каргина лежали на рукояти «беретты». Оставить здесь техасца? Ни за что! Не будет врагу живого послания, и мертвого тоже не будет. Выстрел в висок, труп — в мусоросборник…
Крис сплюнул и исчез в колодце.
Каргин перевел дыхание. Конечно, он был в своем праве: раз лейтенант не подчиняется приказу, его необходимо пристрелить. В точности так, как он объяснял Халлорану… покойному Халлорану… Старик бы это понял и одобрил. Хотя своих убивать тяжело… Впрочем, и чужих не легче.
Беззвучно ступая на носках, он приблизился к дверям, выглянул в щель и замер. Тускло освещенный коридор был пуст и тих, только клубилась пыль от недавнего взрыва да позванивали, осыпаясь, лампы. Затем раздался топот, и в дальнем конце возникли две фигуры: темные комбинезоны, шапочки до бровей, широкие ремни с подсумками и тарахтелки — угловатые, короткоствольные, «ингремы» или «узи»… То ли коммандос, то ли боевики-террористы, не отличишь, подумалось Каргину. Их лица он не разглядел, а значит вопрос, кто поживился скальпом Халлорана, пока что оставался без ответа. Может, «Алый джихад», может, якудза или колумбийская наркомафия…
Его пальцы расстегнули кобуру с сюрикенами, ощупали стальную звездочку и рукоять удавки, потом он покачал головой и отступил к колодцу.
Гнев и ненависть — плохие советчики, если пытаешься выжить. Спасти доверившихся людей, спастись самому… Лучший выход — скрыться. Так, чтобы следов не осталось. Тем более, трупов…
Он просунул ноги в дыру, оттолкнулся и заскользил вниз. Не слишком медленно, но и не быстро. Вонь была терпимой, а стенки мусоропровода — довольно гладкими, влажноватыми, так что казалось, будто он, как в сибирском детстве, скатывается на санках с полого речного бережка. Мешало мачете; ножны царапали камень, рукоять давила под ребро, и Каргин, извернувшись, вытащил оружие из-за пояса и стиснул между коленей.
