Девочке снилось, что она получила Две Чаши в подарок на день рождения и пожелала, чтобы все-все люди превратились в магов. И в тот же миг сила возвращенного колдовства подняла ее в воздух и понесла неведомо куда.
— Куда? — закричала Мерги, пытаясь управлять полетом, и обнаружила, что несет ее никакая не сила колдовства, а желтый китайский дракон Шой-Гу.
Он повернулся к ней и строго сказал:
— Мерги, не балуйся!
И Мерги поняла, что это ее папа.
— Разве ты дракон? — удивилась она.
— Конечно. А как бы иначе я научился управлять драконами? Ты, кстати, тоже дракон.
Осмотревшись, девочка поняла, что она самая настоящая дракошка — то есть дракон с повадками кошки. Даже крылья у нее были мягкие и пушистые, словно хвост у Пуховика. Мерги попыталась лететь самостоятельно, но тут вышла незадача; только одно крыло Мергионы росло на спине, второе торчало поперек живота. Для того чтобы лететь, приходилось крепко сжимать его руками.
— А твое желание, — продолжал папа, — я выполнить не могу. В инструкции по эксплуатации Двух Чаш четко написано: «Загадывающий желание обязан находиться между Универсальным Исполнителем, быть в здравом уме и твердой памяти».
Мерги начала вертеть головой в поисках Чаш и на секунду выпустила переднее крыло из рук. Крыло вырвалось, больно ударив девочку-дракошку по носу. Мергиона схватила непослушную конечность, дернула ее на себя изо всех сил… и проснулась от обиженного рева.
Стояла тихая лунная ночь. Ну, во всяком случае, она была тихой, пока Мерги не приняла за свое переднее крыло передний горб Рыжика. И чуть его не оторвала.
— Маленький! Котик! — начала Мерги утешать бедное животное, которое продолжало идти мерной иноходью. — Давай я тебе подую! Фу, фу, фу. А хочешь чего-нибудь вкусненького? Да и мне поесть не мешало бы…
«А все припасы возле реки Тарим остались. Интересно, где мы?»
Рыжик остановился, Рука Помощи направила указательный пальчик вперед, и Мергиона увидела в неверном лунном свете фанерку, на которой неверной рукой было начертано:
Welcome to Tibet
«Офигеть!» — догадалась Мергиона.
Taken: , 1Глава тридцать шестая. Мергиона узнает о Проблеме 2003
Хочешь похудеть? Посмотри на меня. Ну как?
Надпись на значке, приколотом к одному известному йогу.
Уже взошло солнце, а Мергиона Пейджер все не могла успокоиться.
Она стояла на придорожном валуне и твердо смотрела в глаза верблюду Рыжику.
— И как прикажешь тебя понимать? И где это мы тут сейчас? И как это мы оказались за тысячу километров от реки Тарим? Или ты хочешь сказать, что я проспала неделю пути?
Если Рыжик и хотел что-нибудь сказать, то тщательно это скрывал.
Он, жмурясь от наслаждения, жевал свежую индийскую зелень. Зрелище было таким аппетитным, что Мерги невольно облизнулась и даже попробовала траву на зуб.
За спиной девочки кто-то громко и отчетливо проглотил слюну. Обернувшись, Мергиона обнаружила, что за ней наблюдает настоящий индийский йог — молодой, но уже основательно истощавший. Йог сидел в позе лотоса и смотрел большими печальными глазами.
— Зря ты пытаешься следовать не своим путем, дитя, — грустно произнес он. — Это несъедобно. К тому же плоть слаба, и для укрепления тела необходимо постоянно ограничивать его в пище.
— Кого его? — спросила Мерги.
— Тело.
— Зачем?
— Для его укрепления.
— Не вижу логики, — сказала Мерги.
— Почему? — удивился йог.
— Я ее вообще редко вижу. Напряженка у меня с логикой. У вас человеческая еда есть?
Человек наморщил лоб, отчего стал похож на собаку породы шарпей. Зато невдалеке подала голос корова.
— Ну, хоть так, — согласилась Мерги. — Меня вполне устроит небольшой свежезажаренный теленок. Пошли, Рыжик!
Йог опять погрустнел и покачал головой:
— Корова у нас — священное и, поверь моему опыту, хорошо охраняемое животное. Телята тоже.
Индус еще раз судорожно сглотнул.
— Что-то не похоже, — заметила Мерги, — что вы так уж хорошо умеете укреплять плоть.
— Думаешь, я родился йогом? По профессии я студент. Программист. Мы неплохо заработали на решении Проблемы 2000 года. Но почему-то никто не захотел финансировать Проблему 2001 и 2002 годов. А стоило нам заикнуться о Проблеме-2003, как нас начали бить. Пришлось экономить и — раз уж все равно экономить — пойти в йоги.
С каждой фразой программист-неудачник становился все печальнее и вскоре начал выражением лица напоминать священное индийское животное.
— Зато я умею на гвоздях спать! — внезапно оживился индус. — Могу показать. Двадцать баксов в час.
— Подумаешь! — парировала Мерги. — А я гвозди пятками забивать умею.
Йог ревниво покосился на девочку, затем напрягся, покряхтел и воспарил над землей прямо в позе лотоса.
— Пятьдесят долларов, — проскрипел он сквозь зубы (видимо, чтобы не утратить состояние просветления). — Не считая чаевых.
Мерги хмыкнула и совершила двойное сальто вперед с места с последующим запрыгом на спину верблюда.
— Бесплатно, — сказала она. — Сдачу можете оставить себе.
Йог-программист смиренно шлепнулся оземь. Мергиона уже решила, что арсенал фокусов исчерпан, но тут он снова подал голос:
— А еще я знаю много старинных мифов и преданий! И сокровенных знаний.
— Да ну их к покемонам, — вежливо ответила Мерги. — Свои девать некуда.
— Зря ты! — вздохнул индус. — Я ведь за дополнительную плату могу столько древних преданий сочинить… Слушай, а давай твоего верблюда съедим!
— Верблюда? — опешила девочка от столь резкого перехода. — Ещё чего!
— А есть еще чего? Нет? Ну, тогда просто верблюда. Животное он не священное, но вполне съедобное. И упитанное.
Рыжик перестал жевать зелень и начал внимательно себя разглядывать. Потом, решив, что он действительно слишком упитан, повернул голову на 180 градусов и посмотрел на Мергиону.
— Нет, — сказала Мерги, — это друг. Разве можно есть друга?
— Ладно, — разрешил йог, — ты можешь не есть.
Объект гастрономического спора повернулся к находчивому студенту и улыбнулся.
Объект гастрономического спора повернулся к находчивому студенту и улыбнулся. Индус сразу замолчал. Верблюжьи зубы оказались неожиданно большими, квадратными и очень убедительными. Не вызывало сомнений, что такими зубами можно перетирать не только колючки, а еще, к примеру, камни. Или, к примеру, йогов.
— С другой стороны, плоть слаба… — пошел на попятную йог.
«Все, больше здесь делать нечего», — подумала Мергиона. Видимо, Рыжик пришел к такому же мнению. Верблюд взбрыкнул и понесся резвым галопом. Мерги пришлось срочно вцепляться в его пушистые горбы, и поэтому она не увидела, как худосочный программист погрузился в себя и принялся распевать мантры.
— Ремемба харе центр, — голосил он, — объект идентифицирован хум. Идет в вашем направлении мамба рум.
Пропев эту странную мантру три раза, йог огляделся по сторонам и начал новую, не менее экзотическую:
— Ом гуру шаман бурят! Хотели информацию — гоните бабки падме хум.
Далее последовали аналогичные вокальные послания к шумерам, малайцам, зулусам и французам. В заключение предприимчивый студент исполнил лирическую мантру о трудной судьбе двойного агента, который непосильным трудом зарабатывает себе на кусок лепешки с жиром.
На пение потянулись богатые американские туристы.
— О! — радостно сказали они, увидав йога. — Факир!
