— В принципе, — почесал за ухом Порри, — акваланг соорудить не проблема. Можно разделить дно озера на квадраты и методически его обшаривать…
Сен тут же изобразил пальцами бинокль и принялся пристально вглядываться вдаль.
— Ты чего? — спросила Мергиона, чувствуя подвох.
— Ты чего? — спросила Мергиона, чувствуя подвох.
— Высматриваю место, где мы поставим хижину, в которой проживем до конца жизни, обшаривая дно. И дети наши будут обшаривать дно. И дети детей. И от отца к сыну, от деда к внуку будет передаваться легенда о Двух Чашах. Дескать, давным-давно, когда птицы ползали по земле, а рыбы плевали на них с высокого дерева, была у Брэда Пейджера красавица дочь…
Начало легенды так понравилось Мергионе, что осторожный шорох позади она услышала слишком поздно…
…Когда Мерги очнулась, затылок саднил, а руки были связаны противно пахнущими ремешками. Рядом кто-то копошился.
— Ты уверен? — послышался женский голос.
— Как в самом себе! — ответил хриплый мужской.
— С каких это пор ты в себе уверен? С прошлого раза? «Великие маги!», «Кольцо власти!» А на самом деле люди всего лишь кино снимали!
— Ты меня что, теперь всю жизнь будешь этим попрекать?!
— А думаешь, мне легко было изображать всех орков Мории?!
Мерги приоткрыла один глаз. Слева от нее рядком лежали связанные Сен, Порри и Филимон. Признаков жизни они не подавали, за исключением механической совы, которая пыталась клювом выправить побитый бок.
Мергиона повернула голову направо. Супружеская пара гоблинов, существ, известных своим дружелюбием, размахивала руками, брызгала слюной и злобно рычала друг на друга.
«Так вот зачем нужны друзья, — мрачно подумала девочка. — Чтобы расслабиться, разнежиться, забыть о бдительности и получить по макушке».
Заметив шевеление пленницы, гоблины на секунду смутились, откашлялись, затем одновременно подпрыгнули и снова вошли в роль.
— А ну, живо выкладывай все, что знаешь! — закричал гоблин-мужчина, потешно вращая глазами. — Мы все равно все знаем, а знаешь, что мы с тобой сделаем, если ты не расскажешь все, что знаешь?!
Его спутница доверительно и располагающе обнажила два ряда безупречно острых зубов и добавила, явно кого-то цитируя:
— От того, что ты сейчас скажешь, зависит, кто из вас пойдет организатором, а кто соучастником.
— А какая разница? — поинтересовалась Мерги, незаметно пытаясь развязать руки.
Вопрос явно застал супругов врасплох.
— Не рассуждать! — нашелся первым мужчина. — Отвечать на вопросы!
— Задавайте, отвечу, — Мергиона демонстративно пожала плечами, еще немного ослабляя ремни. Но тут она услышала такое, что разом забыла и про ремни, и про ушибленную голову.
— Где Две Чаши? — прорычал гоблин.
— Две… ой… а вы откуда… а как… а почему…
Выручил растерявшуюся девочку Сен, который, как оказалось, просто не подавал вида, что давно очухался:
— Мэм! А вы правда в одиночку играли все войско Мории?
— А что ж было делать? — приосанилась «мэм». — Надо было как-то компенсировать урон, который нанес горячий оркский парень!
«Горячий парень» обиженно засопел:
— Во-первых, я потом извинился! Во-вторых, швы с этого недомерка сняли уже на третий день! А в третьих, я тоже там снимался!
— Снимался он! — гоблиниха воздела руки. — Да мы вот сейчас у зрителей спросим, — с этими словами она пнула Порри, который со стоном приподнялся н начал трясти головой, приходя в себя.
«Мэм» стала в позу Ермоловой:
— Пусть совершенно посторонний человек скажет…
Монолог великой актрисы остался незавершенным: раздался тонкий свист, и оба гоблина рухнули на землю со стрелами в груди.
Лица их при этом были почему-то чрезвычайно довольными.
— Кто это? — прохрипел Порри. — И кто их так?
— Эльфы, — ответил Аесли.
Из-за утеса показалась легкая фигура в зеленом плаще.
Сен приосанился, насколько ему позволяли связанные руки и ноги.
— О, Перворожденный! Благодарим тебя за то, что ты освободил нас из плена этих мерзких тварей!
— Не за что, — ответил Перворожденный, присаживаясь на камень и доставая из кармана пачку «Мальборо». — С чего вы взяли, что я вас откуда-то освободил? Сейчас перекурю, да и побросаю вас в озеро, чтобы сподручнее было Чаши искать. Как найдете, булькните.
— Обождите! — возмутилась Мерги. — Мы же вам не враги! Это гоблины — враги! Вот их вы правильно прикончили.
— Вы не враги, — согласился эльф, — вы хуже: вы конкуренты. Кстати, гоблинов я как раз не прикончил, а всего лишь усыпил. Видите — стрелы со шприцами.
— Но почему?…
— А потому, что эта парочка все равно бестолковая, и Чаш никогда в жизни не найдет. Зато они помогают мне отслеживать конкурентов вроде вас. Поймают, свяжут — и давай ругаться. Ну, я шум слышу и прихожу. Ладно, давайте выкладывайте, что знаете. Вам оно уже все равно ни к чему.
— А где же, — не уступал Сен, — знаменитое эльфийское благородство?
— Да не эльф я, — поморщился тип в зеленом плаще, — а натуральный человек. Просто пообносился малость, а тут из реквизита после съемок осталось кой-чего. Правда, мне идет? Я в эпизоде в нем снимался. Помните, как в Волшебном лесу эльфы оплакивают Гэндальфа? Я там стоял в правом верхнем углу. Вот так.
Эльф-самозванец запрыгнул на утес, согнувшись в три погибели, что его к погибели едва не привело. Здоровенный тролль бомжового вида выскочил словно из-под земли и схватил известного актера заднего плана в охапку.
Через пять минут к связанным детям и усыпленным гоблинам добавился оглушенный «эльф». Тролль стоял над грудой тел, озадаченно почесывая щетину.
— Что-то мне подсказывает, — пробормотал Сен, — что благодарить за спасение несколько преждевременно.
— Помолчи! — рыкнул тролль. — Так… Можно сначала утопить этих, потом тех, а потом вон того? Или тех раньше, чем этих? А того когда? Как все сложно!
— А может, вы нас отпустите? — робко предложила Мергиона. — Тогда всех остальных вы до озера за один раз дотащите.
Тролль поднял голову и некоторое время наблюдал за небом.
— Нет, — в конце концов решил он, — так не пойдет. Тогда вас я вообще не утоплю. Вы убежите.
Здоровяк снова огляделся.
— Извините, — спросила Мерги, — а вы в кино не снимались? Этот грим вам так идет!
Сен и Порри напряглись, приготовившись к смене собеседника. Последние события доказали, что всякий, кто снимается в кино, быстро теряет контроль над ситуацией.
Но тролль все испортил.
— Это не грим, — сказал он. — Это я сам такой и есть. Мне и без кина приключениев хватает. Вот что. Утоплю-ка я пока девчонку, а то болтает много.
И громила двинулся к Мергионе. Девочка закрыла глаза, сконцентрировалась на познании себя и резко выбросила вперед обе ноги. Ноги ударились обо что-то привычно твердое.
— Ой, — сказал Дубль Дуб, не прекращая, впрочем, методично бить ошеломленного тролля.
Taken: , 1Глава семнадцатая. Сен Аесли борется с воинствующим экзистенциализмом
Ничто так не привлекает внимание, как фраза «Разойдитесь, здесь нет ничего интересного».
Один полисмен
Исполняющий обязанности ректора школы волшебства Югорус Лужж сидел у костра и со смешанным чувством интереса и отвращения смотрел, как закипает уха. Впервые в жизни он планировал попробовать еду, приготовленную без помощи магии. Если бы не необходимость вытащить Мерги и ее друзей из передряги, он никогда в жизни не решился бы на посещение места, где волшебство не работает.
