Taken: , 1Глава десятая. Мергиона беседует с привидениями
Эти тупые привидения только стонут и плачут, вместо того чтобы взять и сделать.
Эдгар По Фигу. «Наши домашние любимцы»
Темным январским утром Мергиона Пейджер, бывшая колдунья, а сейчас — просто девочка двенадцати лет, открыла глаза и прислушалась. На соседних кроватях посапывали полноценные студентки Первертса, досматривающие свои волшебные сны. До подъема оставалось два часа, до возвращения с каникул Порри Гаттера и Сена Аесли — один день.
«Не буду их ждать, — подумала Мерги.
Мергиона смотрела на Пять Причин, полыхающих над ректорским столом, и задумчиво шевелила пальцами ног. Теперь она не сомневалась, что ее отец отправился разыскивать именно Две Чаши.
Taken: , 1Глава десятая. Мергиона беседует с привидениями
Эти тупые привидения только стонут и плачут, вместо того чтобы взять и сделать.
Эдгар По Фигу. «Наши домашние любимцы»
Темным январским утром Мергиона Пейджер, бывшая колдунья, а сейчас — просто девочка двенадцати лет, открыла глаза и прислушалась. На соседних кроватях посапывали полноценные студентки Первертса, досматривающие свои волшебные сны. До подъема оставалось два часа, до возвращения с каникул Порри Гаттера и Сена Аесли — один день.
«Не буду их ждать, — подумала Мерги. — И вообще, не буду их впутывать». В конце концов, это было ее личное дело.
Мергиона быстро и тихо умылась, оделась, побросала в рюкзак необходимые вещи и осторожно вышла из спальни, повторяя про себя Пять Причин.
Она успела сделать всего несколько шагов, как вдруг…
— Ку-у-уда это ты собрала-а-а-ась?
— А кого это интересует? — Мерги нащупала под курткой нунчаки.
Сверху повеяло холодом, и перед Мергионой появилось лицо Висельника. Привидение Орлодерра со сверхъестественным интересом таращилось на девочку.
Мергиона заколебалась. Первым желанием было послать любопытный призрак подальше. Но в этом не было никакого смысла, к тому же обиженный Висельник мог поднять шум.
«А что я теряю?» — подумала Мерги и честно призналась:
— В Эдинбург.
— А-а-а, — протянул Висельник. — Ну, попутного ветра.
— Я все-е-егда говорил, — выдавился из стены слезайблинский Утопленник, — что при повешении люди глупе-е-еют. Какой, к водомеркам, попутный ветер? Живые не пользуются ветром для путешествий!
— Действительно, Пейджер, — сказал Висельник. — А как ты доберешься до Эдинбурга?
— Доберусь как-нибудь! — отмахнулась Мергиона и собралась продолжить путь, но тут сквозь паркет просочился Отравленник.
— Как-нибудь не полу-у-учится! — простонал он. В силу причины своей смерти приведение Гдетотаммера страдало вечной изжогой и, как следствие, неизлечимым пессимизмом.
— По воздуху тебе не добраться, — сдавленно произнес Отравленник, — по земле не дойдешь, а моря тут и в помине не было.
«Что-то Парашютист запаздывает», — подумала Мерги.
И тут же появился жизнерадостный Парашютист. Призрак Чертекака с приветственным воем пробил потолок, успел спросить «А чего это вы-ы-ы ту-у-у-ут…» и, не снижая скорости, пронесся вниз.
— Позорище, — прокомментировал полет коллеги Висельник.
— Вот из-за таких, как он, — хлюпнул Утопленник, — люди и боятся умирать.
— А ты, девочка, лучше знаешь что? — сказал Отравленник. — Вали-ка ты лучше баиньки.
— Да ладно тебе, — перебил его Висельник, — я уверен, что за полдня на попутках…
— На каких попутках? — скривился Отравленник, забираясь в стоящие у стены рыцарские доспехи. — Разве что на рейсовом драконе до Блэкпульского зме-ехранилища…
— Это ж такой крюк! — закричал Утопленник. — Давай ты доберешься до Глазго…
— До Глазго! — лязгнуло забралом привидение Гдетотаммера. — И на чем это она до Глазго доберется?
— На попутках! — крикнул Висельник.
— На попутках, — горько повторил Отравленник. — Как же я не люблю призраков, которые думают, что во всем разбираются. Прямо придушил бы своими руками!
Железные рыцарские перчатки попытались ухватить Висельника.
— Маршрукти! — завопил Утопленник. — В смысле маршрутки! В Глазго маршрутные единороги ходят!
— О чем спор? — поинтересовался Парашютист, который на этот раз вылетел снизу и сейчас дергал застрявший в полу парашют.
— Пейджер собралась в Эдинбург, — сказал Утопленник, — а туда лучше всего на маршрутке.
— Глупости! — Отравленник вытащил из ножен ржавый двуручный меч с клеймом «Second Hand» и сунул его обратно. — В маршрутке придется неделю ждать, пока наберется полный салон. До Эдинбурга Пейджер не доберется ни в коем случае, но если уж подвергать дитя неоправданному риску, то только на рейсовом драконе.
— Да сейчас в каждом драконе по десятку джиннов-террористов! — возмутился Висельник. — Уж лучше на попутках!
— А к чему такие сложности? — удивился Парашютист. — Я только что из воздуха. Ветер попутный…
— Идиот! — дружно закричали остальные привидения. — Живые не могут сами летать по воздуху!
— Какие проблемы? — пожал плечами Парашютист. — Давайте ее убьем.
Многоголосый стон прокатился по коридорам Первертса.
— Когда-нибудь он сведет всех нас в могилу! — просипел Отравленник, выскакивая из рыцаря. — Ты что, предлагаешь отравить бедную девочку только для того, чтобы она съездила в Эдинбург?
Обезлюдевшие доспехи пошатнулись и грохнулись об пол.
Мергиона поежилась. Чтобы успокоиться, она вспомнила слова Джеки Чана: «Только сильные духом могут победить духов».
— Зачем эти ужасы? — сказал Парашютист. — Пусть заберется на башню — и вниз. Если страшно, могу парашют одолжить.
— Если б Незамерзающий Каток не замерз, — сокрушенно вздохнул Утопленник, — еще можно было бы подумать. А так… Даже не знаю…
Мергиона поняла, что сейчас станет свидетелем еще одного спора, столь же актуального, сколь бессмысленного.
— Большое спасибо, — твердо сказала она, — вы мне очень помогли, но я справлюсь сама.
Девочка решительно прошла сквозь удивившегося Висельника и направилась к выходу.
— Сама справится? — задумчиво произнес Утопленник. — Интересно, как?
— Может, зако-о-олется? — предположил Парашютист, и коридоры Первертса заполнились причитаниями, театральными стонами и трагическим смехом призраков.
Taken: , 1Глава одиннадцатая. Мергионе протягивают Руку Помощи
Никогда не оставляй следов!
Неизвестный автор
«Ай, какая я молодчинка!» — думала Мергиона, совершенно бесшумно передвигаясь в абсолютной темноте коридоров.
«Ай, какая я ловкая!» — шептала она, тенью проскальзывая в едва приоткрытые двери.
«Ай, какая я тренированная!» — сказала себе гроза черепашек-мутантов, ловко спрыгивая с подоконника в пушистый снег.
«Ай, как ловко я все обстряпала!» — собиралась напоследок подумать Мерги, аккуратно открывая Северные ворота Первертса, но вместо этого громко вскрикнула:
— Ай-яй-яй!
Левое ухо малолетней ниндзя крепко ухватила рука с безупречно алым маникюром.
— Мисс Сьюзан! — запричитала Мерги. — Отпустите, больно же!
— Тебе полезно, — ответила деканша, вытаскивая Мергиону в круг света, отбрасываемого большим ночным злосветом.
Разумное насекомое, степень свечения которого зависела от степени раздражения, распалялось от ярости, глядя на плакат: «Злосвет — клозет!».
Скосив глаза, девочка заметила, что мисс МакКанарейкл просвечивается насквозь, и сделала попытку вырваться. Прозрачные, но твердые пальцы только сильнее впились в ухо.
