— Приятного вечера, Лииза. Как вижу, ты меня ждешь?
Вкрадчивый голос и тихо разъехавшиеся двери заставили меня вздрогнуть от неожиданности и обернуться.
— Шарам? А почему я должна тебя ждать? — Ага. Жду! Льсти себе! И что за манера входить без стука? Просто жизненно необходимо придумать что-нибудь вроде замка или щеколды!
— Я осмелюсь напомнить тебе о снах. — Он перешагнул через порог, но дальше не пошел.
— Ты хотел пожелать мне спокойной ночи. — Я с наслаждением зевнула. — Вовремя. Я как раз хотела идти наверх, к Галке.
— Хорошо. Иди, — неожиданно согласился он. — Твое право, если ты не хочешь ничего знать.
— Например?
— Например, почему приборы зафиксировали твое волнение, превышающее норму в десятки раз. Опасно жить с таким.
— И поэтому у меня вместо некоторых воспоминаний дыры? — глядя ему в глаза, я улыбнулась, пытаясь за улыбкой спрятать гнев. — Хочешь подчинить меня таким примитивным способом? А может быть, ты просто чего-то боишься?
Шарам медленно покачал головой.
— Почти всегда после чистки памяти создаются новые жизни, и человек помнит то, что ему приказали помнить. Подумай — твоя планета, твое детство — твои глубинные воспоминания остались нетронутыми. Ушло лишь то, что вызывало тревогу, боль и беспокойство. Я всего лишь помог тебе избавиться от тоски и пришел предложить с помощью снов извлечь из подсознания истинные чувства и воспоминания. Впрочем, если ты навсегда решила забыть то, что волновало тебя раньше, — как пожелаешь. Я буду только рад видеть умиротворенность в твоих глазах, Лииза.
Он развернулся, чтобы покинуть ячейку.
— Стой. Я согласна смотреть сны, но при условии, если ты найдешь и поселишь вместе с Галиной того, кто прилетел с нами. Это ее муж и отец ее ребенка. Он позаботится о ней в мое отсутствие.
— Зачем? — Я готова была поклясться, что увидела на хищном лице Шарама самое настоящее удивление.
— За ней приставлены ухаживать пять биоргов и два лучших ученых города. Не волнуйся — твоя сестра в безопасности.
— Ты просто не знаешь землян! Ничто так не лечит, как присутствие того, кто тебе дорог больше всего на свете.
— Хорошо. Подумаю над сказанным тобой, — Шарам без тени улыбки кивнул. — Твоя очередь. Готова ты к тому, чтобы тебе открылись тайны этого мира?
Только тайн этого мира мне и не хватало…
— Готова. — Я приблизилась и вслед за ним вышла в город. За спиной тихо прошелестели, смыкаясь, створки дверей.
Вечер здесь ничем не отличался от дня или ночи. Может, только колонны одинаковых строений светились ярче, да на белоснежном потолке загорелось больше незаметных звезд-лампочек. Хотя нет. Вру! Отличался! Еще как отличался! На одинаковых улицах прогуливалось гораздо больше лутанцев. От темно-рыжих, светло-рыжих, с малиновым оттенком и словно посыпанных пеплом шевелюр у меня зарябило в глазах. Сейчас я видела молоденьких парней и девушек, и совсем еще детей, и людей, казалось бы, молодых на вид, но было что-то в них такое, что просто не давало мне считать их молодыми. Может быть, больше равнодушия в глазах? Какая-то обреченность?
Шарам уверенно шагал вперед, не отвечая на изредка раздающиеся нам вслед приветствия. Лишь однажды кивнул обладателю длинной ярко-рыжей косы. Но тот в ответ только смерил меня холодным взглядом и отвернулся.
— А куда мы идем? — Странный тип! Он просто излучал какую-то опасность. Я даже прибавила шагу, чтобы быть ближе к Шараму.
— В ячейку, предоставленную тебе биосистемой. Она подключена к безопасным сновидениям. Мм… я решил, что там тебе будет удобнее, чем в общественных хранилищах снов.
— И… я должна буду там просто спать? — Ощущение абсурда усилилось.
— Да. Я буду рядом, и, если что-то не получится, разбужу тебя.
— И… ты тоже будешь спать? Рядом со мной?
— Если твое первое вхождение в контролируемый сон пройдет успешно, то я присоединюсь к тебе. — Шарам скользнул по мне взглядом и снисходительно улыбнулся. — Я хочу показать тебе все чудеса этого мира, чтобы ты полюбила Лутан так, как люблю его я. Прошу.
Он остановился возле строения, ничем не отличающимся от тысячи таких же, и жестом приказал следовать за ним.
— Это… так сказать, тот самый мой дом? — Я шагнула в светящееся нутро. За спиной, оставив легкий озноб, прошелестели двери.
— Да. Твой дом. Ты еще научишься ориентироваться на улицах Лиярда, а пока, как только захочешь попасть к сестре, просто нажми эту кнопку. — Он подошел к сияющей разноцветными квадратами панели управления и указал на скромно притаившийся в уголке белый полумесяц. — За тобой придут биорги и проводят тебя.
— Звучит устрашающе. Биорги… как мне рассказывали, это роботы, созданные из останков людей?
— Не совсем. Это технико-биологические организмы, а не мертвецы, как ты могла подумать. У них есть разум, но, в отличие от живых, совершенно нет эмоций и чувств. К тому же они не испытывают боли, что делает их очень практичными солдатами.
— Но зачем вам солдаты? Я так понимаю, на Лутане нет войн.
— Там, где живут мыслящие формы жизни, войны есть всегда. Пусть невидимые для непосвященных, но они есть. К тому же всегда нужна армия, чтобы… — Шарам замолчал, растерянно потер лоб и решил сменить тему.
— Впрочем, это не важно. Могу тебя уверить, в Лиярде ни тебе, ни твоей сестре не страшна никакая война. И вообще забудь об этом. Хочешь есть?
Я покачала головой.
— Нет. Ту еду, что здесь готовят, есть невозможно!
— В таком случае тебе нужно завтра же сопроводить меня в пищевые отсеки и указать, что именно вы хотели бы видеть на вашем столе.
— Отлично. С удовольствием составлю тебе компанию. Если на этом обучающая часть беседы закончена, может, не будем тянуть кота за хвост?
— Ээ..? — Шарам непонимающе нахмурился.
— Давай перейдем к снам, — снисходительно перевела я и направилась к подъемнику.
Город Лаарга
— Ну что? — Дарн в который раз прошелся возле Гиша и устроился рядом на кресле.
— Ее подключили. Пытаюсь найти тебя в ее памяти.
— С этим, я думаю, проблем не будет. — Дарн попытался заглянуть через плечо учителя, но тут же был изгнан с кресла.
— Твои показатели зашкаливают! Скажи спасибо, что они не транслируются в Систему, иначе ты бы снова загремел дней на семь на нижний уровень Лаарги, с трехразовым питанием из «инъекций спокойствия». — Гиш отмахнулся от него и приказал: — Иди, ложись и попытайся успокоиться, иначе ты просто не сможешь самостоятельно заснуть. Бедный влюбленный мальчик… Хвала богам, мною забыто это наиужаснейшее чувство!
— И почему же оно так ужасно? — Дарн ухмыльнулся и послушно улегся на мягкий пол. После того, как он обо всем поведал Гишу, на душе стало немного легче. Словно он поделился мучающей его болью.
— Да потому, что от него не спасают даже «инъекции спокойствия»! Даже чистка памяти! Ты заболеваешь им на всю жизнь! И ты не можешь с этим справиться. Если повезет — оно покинет тебя само. Нет — тебе придется всю жизнь находиться под его властью. Если честно, я считаю, что Правящие совершили одно хорошее дело — на девяносто девять процентов избавили наши души от этого чувства.
— Ты сказал «избавился»? Значит, ты тоже когда-то…
— Стоп. Дарн, я разве сказал, что хочу поделиться с тобой своими воспоминаниями? — учитель строго нахмурился, и Дарн вновь почувствовал себя так же, как и в первые годы жизни в Лаарге, куда он попал после распределения. К Гишу. — Я сказал, что согласен помочь тебе, и даже готов угробить несколько дней, только бы твои показатели вновь пришли в норму. Поэтому лежи и расслабляйся. Вполне возможно, что тогда тебе удастся уснуть.
