— Сен, ну что же ты? — жалобно протянула Амели. — Ты же всегда что-нибудь придумываешь.
— Думай, Аесли, думай, — сказала Мергиона.
— А почему, собственно, всегда думаю только я? — спросил Сен. — Надо Бальбо голову задурить — я, преступление Браунинга раскрыть — я, сюрсов никому из вас не понравился — а придумывал опять один я!
От огорчения Пулен выколдовала большой мыльный пузырь противного серого цвета. Более опытные Гаттер и Пейджер к брюзжанию друга отнеслись с пониманием. Они понимали: Аесли побрюзжит, побрюзжит, да что-нибудь придумает.
— Как, кстати, работает усовершенствованный сюрсов? — спросил Мерги.
— Гармонично, — сказал Сен, успокаиваясь. — Где сколько прибывает, там же столько и убывает. И наоборот.
— Ага, — сказал Порри. — Прямо как с вашей магией. Если у кого-то что-то убыло, то у кого-то столько же…
Он замолчал.
— …прибыло, — закончил Сен, пытаясь проколоть подлетевший к нему пузырь циркулем.
— И наоборот, — сказала Амели, — если у кого-то что-то прибыло, значит, столько же…
Она замолчала.
— …может и убыть, — сказал Сен. — Ой!
— Придумал? — обрадовалась Мергиона.
— Циркулем укололся.
— А я, кажется, придумал… — изменившимся голосом начал Порри, но Амели его опередила.
— Мы же можем! — закричала она. — Мы же можем снова использовать Тру…
Филин Филимон стремительной совой спикировал на пузырь, и тот оглушительно лопнул.
* * *
Майор Клинч и Дубль Дуб не торопясь шли по коридорам Первертса. Преисполненный гордости новоиспеченный ученик завхоза нес здоровенное ведро с желтым песком. Сам завхоз время от времени запускал в ведро совок и посыпал избранные углы.
Ведро накануне прислал бывший командир Клинча, а теперь завхоз Высшей Школы Ментодеров. Это был специальный противомусорный песок, который при бросании на него мусора начинал жутко ругаться. Сослуживец песок очень хвалил.
— Ничего, сынок, пообвыкнешься, — говорил Клинч. — Хозяйку твою, Пейджер, из школы, конечно, выставят, так что привыкай к самостоятельности. Жаль девчонку, угораздило же ее под мордевольтову пакость попасть. Запомни это, сынок, и держись от этой пакости подальше.
— Почему, Мистер? — вежливо спросил Дуб.
— Так ведь она магию отбирает! Хотя, постой…
Дубль послушно остановился.
— Ты ж к магии у нас не способный. Тебе-то как раз ничего и не будет. Даже наоборот, если маг в тебя из нее пальнет… Эге. Ага. Ого!
От возбуждения Клинч уронил совок в ведро.
— Так ведь всего-то и надо перед экзаменом пульнуть в детишек из этой Тру…
— Это кто здесь мусорит! — визгливо заорал песок из ведра. — Хулиганье!
* * *
— Уинстон! — взор мисс Сьюзан волшебным образом совмещал в себе требовательность и беззащитность. — Вы просто обязаны придумать, как помочь бедным детям! Вы же такой умный! И добрый! И хрюшка у вас замечательная!
Электросвинья Хрюква принялась радостно поворачиваться то одним боком, то другим, показывая, какая она со всех сторон замечательная.
Мордевольт попытался сосредоточиться, что не очень получалось в присутствии коллеги, одетой легче воздуха. Природная смуглость профессора, приправленная австралийским загаром, дополнялась пунцовостью смятения, в результате чего он выглядел не то как загорелый помидор, не то как смущенный баклажан.
Природная смуглость профессора, приправленная австралийским загаром, дополнялась пунцовостью смятения, в результате чего он выглядел не то как загорелый помидор, не то как смущенный баклажан.
— Сделайте это ради меня! — продолжала МакКанарейкл, подсаживаясь ближе, чем стоило бы для принятия тщательного, осознанного решения. — Вы ведь все помните…
«Ну вот, — подумал Мордевольт, — стоило один раз назвать человека «воробушком»…»
— Чем же я помогу? — сказал он. — Я ведь даже не маг.
— Сконструируйте, — с усилием выговорила мисс Сью, — что-нибудь. Или вы умеете только свои дурацкие отбирающие волшебство железяки клепать?
— Это не железяки. И они не дурацкие. И потом, это была чистая фундаментальная магия. Я просто хотел показать, что возможно превращение магов в мудлов, а мудлов в магов…
Бывший фундаментальный маг осекся. Даже рука коллеги, трепетавшая у него на плече, не смогла отвлечь от мысли, которая его пронзила.
— Слушайте, Сьюзан, а ведь детям можно попробовать помочь. Если взять мою Тру…
Профессор не успел договорить по очень уважительной причине. Причина с сияющими глазами и воплем «Уинстон, ты гений!» одарила его оглушительным поцелуем.
Хрюква только хрюкнула от удовольствия.
* * *
Волшебный верблюд Рыжик кивнул и прислушался. Волна массового озарения по поводу одного цилиндрического устройства прошла полный круг по центральной части Первертса и теперь приближалась к кабинету ректора.
* * *
Югорус Лужж выслушивал отчет декана Чертекака о подготовке к экзамену с непростительной халатностью. Он не похвалил Развнедела за высокий средний бал успеваемости, не поругал за отставание в работе с отстающими, не дал ни одного ценного руководящего указания. Извиняло ректора только то, что он вообще не слушал декана.
В конце концов Лужж бестактно перебил подчиненного:
— А что будем делать с Мергионой и Сеном?
Развнедел замолк на полуслове «емость», ловким движением мышц лица придал себе задумчивый вид и ответил:
— Тру…
Сметая на своем пути дверь, секретаршу Софью и друг друга, в кабинет ворвались: Сен, Порри, Мергиона, Амели, Мордевольт, МакКанарейкл, Клинч, Дуб, Харлей, Фора Туна, мадам Камфри, Гаргантюа… За их спинами подпрыгивали еще человек сорок.
— Труба! — закричали все они хором. — Нужно использовать Трубу Мордевольта!
— Как вы сами не догадались? — укоризненно добавила мисс Сьюзан.
Лужж закрыл лицо руками.
— Тру… Трудно сказать, — завершил свою мысль Развнедел.
* * *
Так у Сена и Мергионы появилась надежда. Мордевольт, подогреваемый энтузиазмом МакКанарейкл, брался за десять дней переделать свой зловещий агрегат так, чтобы тот не полностью передавал магию, а делил ее между стреляющим и стреляемым.
— Но я ничего не гарантирую, — предупреждал он. — Серьезных фундаментальных исследований внутренней структуры магии никогда не проводилось, будет ли она делиться, неизвестно…
— Не скромничай, милый Уинстон, — мурлыкала мисс Сью, и Мордевольт на некоторое время переставал произносить слова «фундаментальный» и «внутренняя структура».
Не верящий своему счастью Лужж извлек из тайника в Астрале припрятанную им полгода назад Трубу (да-да, ту самую грозную двенадцатиствольную Трубу Мордевольта) и отдал свой кабинет под лабораторию. Стены и окна он укрепил мощными противовзломными заклятиями типа Бронятанка, а для вящей неуязвимости снабдил секретаршу Софью Паркер полным комплектом боевых канцелярских заклинаний.
Русалка, пребывавшая в скверном расположении духа после давешней ректорской взбучки, принялась методично расшвыривать незваных (и некоторых званых) посетителей выкриками:
— Онвышел! Вы-что-не-видите-люди-работают! В письменном-виде-втрех-экземплярах!
Кроме экспертов по технологиям Мордевольта и Гаттера, мисс Паркер и лужжевские заклятия пропускали внутрь только их помощников: Черную Руку, Хрюкву и Филимона.
Русалка, пребывавшая в скверном расположении духа после давешней ректорской взбучки, принялась методично расшвыривать незваных (и некоторых званых) посетителей выкриками:
