— Привет со звезды, мужики!
Мужчины — обоим было лет по сорок — заволновались.
— Инопланетяне… — растерянно протянул тот, который слегка пошатывался.
— Молодцы! — похвалил Серега, открывая дверцу будки и собираясь войти в нее. — Бдительный вы народ, земляне!
— А вы откуда, братцы? — с тоской в голосе отозвался тот, что более твердо стоял на ногах. — Хоть адрес оставьте!
— Планета Заурона, пять, — совершенно автоматически сказал Сергей и хотел уже шагнуть.
Мужички отшатнулись и принялись обсуждать: далеко ли планета Заурона от Земли и можно ли туда долететь на ядерном топливе? Или лучше все-таки использовать спиртовой реактор с картофельной брагой в качестве дополнительной закваски?
На самогоне, ехидно ухмыльнулся Сергей, эти двое доберутся куда угодно. Главное, чтобы самогона хватило и звезды были ясно видны…
Он уже поднял ногу, уже почти шагнул… но тут Эльфедра в образе бородатого мужика неожиданно схватил его за локоть и остановил.
— Герцог. Хочу вас предупредить: зайдя туда, можете и не попасть в Нибелунгию.
Мне хотелось бы, чтобы вы об этом знали…
Серега замер на месте с поднятой ногой.
— И… и вы это знали? А как же Клотильда, как она?! И ты…
— Он почувствовал удушающую ярость. — Ты, дерьмовый королек, даже не сказал ей об этом! Не предупредил!!
— Ваше сиятельство, — Эльфедра выставил перед собой ладони, — успокойтесь, леди Клотильде это не грозит. Нет-нет, все возможные осложнения касаются только вас. Дело в том, что вы, сэр Сериога, не принадлежите нашему миру. Вы чужой. И палагойцы — если только додумаются до этого — могут легко воспрепятствовать вашему возвращению в Нибелунгию. Поставят магический заслон, в конце концов, магические книги у них есть, там много чего написано, и кто поручится, что там нет заклинания против попадания определенного человека в их мир? А вас в результате этого заклинания может занести в неведомые дали вместо Нибелунгии. Я хотел, чтобы вы об этом знали…
— Теперь знаю. Что дальше? — Серега попробовал изобразить мрачный голос идущего на смерть героя, но получилось неудачно, потому что голос дрогнул на последних словах. Позорно дрогнул.
Эльфедра смотрел на него с нехорошим затаенным интересом.
— Куда бы вы ни попали, ваше сиятельство, мы вас найдем. Главное — не нервничайте там, ведите себя спокойно. И… еще кое-что, сэр Сериога. Походите там, осмотритесь, но слишком далеко не заходите. И то живое, что первым попадется вам на глаза в том мире, должно быть схвачено. Обязательно.
— В каком смысле «схвачено»?
— В самом прямом, сэр Сериога. Вами, вашими мужественными ручками. Я не могу сейчас объяснить вам всего, но поверьте мне на слово — так нужно.
Сущность заклинания противодействия такова, что между тем миром и вами может возникнуть причинно-следственная связь. А с помощью живой плоти из этого мира такую связь можно будет разрубить. Иначе вас утянет туда обратно, ведь заклинание палагойцев свяжет вас с тем миром довольно крепко…
— Вам легко говорить — схвати! — проворчал Серега. — А если оно будет размером с носорога?
Эльфедра устало улыбнулся:
— Тогда просто держитесь рядом. Через какое-то время я вас вытащу, а там посмотрим. Когда нужный объект рядом, работать не только легче — работать еще и веселей…
Серега, не выдержав, перебил короля эльфов:
— А вам не кажется, ваше величество, что вы уж больно уверенно, как о свершившемся факте, говорите про мое грядущее попадание в другой мир?
— Ах! — Эльфедра мило улыбнулся, помахал рукой, указывая на дверь телефонной будки. — Имея дело с магическими каверзами и переносами в другой мир, надо страховаться, не так ли? Я искренне надеюсь, сэр Сериога, что вы попадете туда, куда нужно. Даю вам слово эльфа. Просто предупреждаю о возможных… гм… эксцессах.
Что-то неприятное шевельнулось в Серегиной душе после слов Эльфедры. Но тут же представилось, что Клотильда уже в Нибелунгии и ждет его в тамошних далях, смотрит на то место, где он должен появиться, волнуется… И эта мысль смела все остальное, как метла, прошедшаяся по мусору.
Он торопливо развернулся спиной к Эльфедре. Тем двоим мужичкам, которым он передавал привет от инопланетян, наскучило просто смотреть, и они уже начали затягивать во всю мочь: «На пыльных тропинках далеких планет…»
Серега шагнул в будку и стал отстукивать номер.
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
Где-то там. Девицы и их проблемы
Эльфедра не врал, пришел к мрачному выводу Герослав, обшаривая взглядом узкие городские улочки, подступающие к стенам замка Дебро подобно клубку червей. Последствия от деятельности палагойцев явно не заставили себя ждать.
Небольшая кучка нищенствующего сброда, торчавшая сейчас перед воротами, его не пугала. Но в центре этой группы красовался рыцарь в черно-золотой хламиде поверх сияющих лат. Конь под рыцарем стоял как вкопанный, покрытый от ушей до копыт черно-золотым шипастым латным облачением. В руке, защищенной рукавицей со стальными пластинками по суставам и сгибам, рыцарь с небрежной легкостью держал толстое длинное древко — высоко над головой на древке развевался траурно-черный стяг с золотым кругом посередине. Стяг хлопал по ветру и распускал длинную шелковую бахрому, нашитую на всех четырех краях знамени, по струям небесного зефира. Знамя было знаком официального посланника палагойцев. И это тоже отметил про себя Герослав, пытаясь предугадать, какими именно неприятностями грозит им сейчас визит герольда ордена Палагойцев.
Рыцарь уже с полчаса как красовался на коне перед закрытыми воротами замка. Высокие створки ворот, обитые железными плахами внакрой и запертые сейчас — в связи с последними событиями — на три бревна-засова, укрепленные поверх крепкой древесины стальными и бронзовыми скобами (сталь — для крепости, бронза — против колдовства), открывать никто не собирался. Но рыцарь об этом и не просил. Он сидел на коне молча, неподвижно, явно дожидаясь, пока весть о его появлении не разнесется по всем уголкам замка Дебро..
Ждет, пока соберется побольше свидетелей, решил Герослав. И окинул неприязненным взглядом черную фигуру в отблесках золота и стали.
Сброд просочился из городских закоулков и постепенно составил внушительную толпу, в центре которой на небольшом пятачке свободной земли статуей высился конь посланника. Но при этом — что особенно насторожило Герослава — нищие, калеки, бродяги — все до одного слаженно глазели не на колоритную фигуру герольда палагойцев, а на высокие стены замка. Угрожающе глазели, с недобрым молчанием.
И это ясно указывало на одно — симпатии простолюдинов на сегодня принадлежат ордену. И скорее всего, подобное творилось сейчас по всей Нибелунгии. Оборотень криво ухмыльнулся. Очень опасно иметь под боком озлобленный народ, настроенный против тебя подосланными лазутчиками. А уж о лазутчиках палагойцы должны были позаботиться в первую очередь, не такие они простачки, чтобы начинать захват власти и в том числе формировать «народное мнение». И без своих людей в обществе смердов, которые их будут направлять… Логическая цепочка была выстроена палагойцами безупречно.
Мысли Герослава потекли стремительным потоком. Сначала простолюдинам дали возможность почувствовать свою силу над ведьмами, использовав их затаенные чувства — зависть и ненависть к вчерашним сопливым девчонкам из бедного деревенского двора, ныне владеющим магическими заклятиями, недоступными простому смертному.
