— Мне неприятно это говорить, но вас обвиняют в очень скверном преступлении. О-о, не надо слов. Я верю, что вы невиновны, но закон, знаете ли… Да и Загерий отзывался о вас хорошо. Кажется, вы ему понравились. Я ему пообещал, что разберусь с вашим делом как можно быстрее. Я буду постоянно держать его на контроле.
— Так в чем же меня обвиняют, — опять не выдержал я. В его дружеские чувства не верилось ни капли, как не верилось и в остальные его заверения. Этот человек был фальшив насквозь, и у него не хватало воображения это скрыть.
— Вас обвиняют в связях с отвергателями. Это очень серьезное обвинение.
— Что?! В связях с кем? — я усиленно вспоминал уроки Мастера. Вроде бы рассказывая о Византии он ни о каких отвергателях не упоминал. Что это за дьяволы? — Кто такие, к дьяволу, эти ваши отвергатели?
— Как вы не слышали об отвергателях? — Его постоянное выканье начинало уже бесить. — Хотя понятно. Вы же только два часа назад в городе, а до этого вы никак не могли слышать о них…
Здесь я не выдержал. Моя вина, но выносить больше этого человека у меня не было сил.
— Тогда какого черта вы разыгрываете эту комедию?!! Вы сами говорите, что я не мог никак слышать об этих отвергателях, и сами же обвиняете меня в связях с ними!!! В связях с людьми, или кто они там, о которых я слышать никак не мог! Где же логика?
На шум в комнату вбежали двое стражников и резво накинулись на меня. Слишком резво… Воспользовавшись арсеналом сайве я выкинул их одного за другим за дверь. Конечно, выкинул, это не то слово. При всем желании я бы не смог даже поднять их. Они вылетели сами. Я просто слегка подправил направление их атаки.
— Я не собираюсь пока убивать вашего начальника! — крикнул я им вслед, захлопывая дверь у них перед носом. Они не поверили и усиленно заколотили в нее.
— Теперь я верю, что вы в одиночку смогли противостоять наемникам. — Либиус стоял около своего стола, прижавшись к углу. По-моему, он немного струхнул. Мне же почему-то стало неловко.
— Извините, ради бога. Просто я не выдержал. Понимаете, меня еще ни разу не арестовывали, — все же не удержался я от шпильки.
— Я понимаю. — Либиус слегка оправил костюм и с достоинством вернулся на свое место за столом. — Эй, там! Прекратите стучать! Вы мешаете беседе!
В этот момент хиленькая задвижка не выдержала, и в комнату разом ворвалось человек шесть.
— Я сказал вон! — неожиданно закричал Либиус.
— Но господин, — неуверенно начал один из солдат. — Арестованный оказал сопротивление…
— Не надо было врываться. Он просто погорячился немного и не знает наших законов, вот и разнервничался, а тут врываются двое, сразу кидаются в драку.
Я ошарашено прислушивался к разговору и чувствовал, что потихоньку схожу с ума. Может я чего-то не понимаю, но не мог начальник полиции после всего происходящего оправдывать заключенного. Я понимал, что сглупил, когда раскричался здесь, нервы не выдержали, и сейчас был готов, к какому-нибудь наказанию, но ни к этому.
Я понимал, что сглупил, когда раскричался здесь, нервы не выдержали, и сейчас был готов, к какому-нибудь наказанию, но ни к этому. Деррон в свое время показал, как должен вести себя командир, если хочет чтобы его уважали, и я понимал, что Либиус просто обязан наказать меня, если не хочет потерять свой авторитет. А он вместо этого отругал своих подчиненных и защищает арестованного. Или он сходит с ума, или здесь что-то не то. Или одно из трех. Гм. Этим третьим вполне мог быть Сверкающий. Но… нет, все равно все лишено смысла.
Стражники тоже опешили от такой реакции начальника и поспешно вышли.
— Невоспитанные скоты. — Буркнул им вслед Либиус и повернулся ко мне, опять улыбаясь своей «приклеенной» улыбкой. — А вы не нервничайте больше, милорд. Я понимаю, что вы не могли слышать об отвергателях и, следовательно, не можете быть с ними никак связаны, но у меня есть обвинение и я обязан провести расследование. Долг зовет. Например, долг повелевает мне осведомиться с какой целью вы прибыли в нашу столицу, если не являетесь связным отвергателей?
Теперь все ясно. Сверкающему не просто надо избавиться от меня. Он еще и хочет узнать для чего я так стремился в Константинополь. Что ж, логично, только вот со шпионом ему не повезло. Или я опять чего-то не понимаю.
— Все просто, господин Либиус. Я прибыл сюда по торговым делам своей фирмы.
— К-какой фирмы? Ты же рыцарь?
Кажется, мне удалось сильно удивить прокуратора, если он сказал мне ты. Если не ошибаюсь, впервые за весь разговор.
— Рыцарям тоже надо есть. К тому же, я хоть и возглавляю фирму, но делами занимается мой младший партнер. Так что мое рыцарское звание мне в этом совсем не мешает. Даже помогает. С ним я могу кое-что, чего не может мой партнер. — Надеюсь, он не спросит, что конкретно дает мое звание в торговле. На ум ничего не приходит.
— И кто твой младший партнер? — Либиус поднял платок, что бы снова протереть лоб, он явно оправился от удивления. Что ж, постараемся еще немного удивить его.
— Да вы его, скорее всего, знаете. Это Вильен Нарнах.
Рука с платком резко замерла, так и не коснувшись лба. Либиус побледнел, а его неизменная улыбка сбежала с губ. Полное ошеломление, вот как я назвал бы состояние прокуратора. Впрочем, ошеломление было не только у него. Я тоже был поражен такой реакцией.
— Кто?! — хрипло спросил он.
— Нарнах.
— Вы шутите, милорд.
Я с удивление посмотрел на бледного Либиуса.
— Нет, господин прокуратор. Договор между мной и Нарнахом заключен в Тевтонии и подтвержден в Амстере. Если хотите, может послать запрос.
— Нет нужды. Хорошо. — Кажется, Либиус принял какое-то решение и успокоился. — Как я и обещал, я лично займусь вашим делом, милорд. А сейчас извините, у меня еще много дел.
Ага. До этого ты явно никуда не торопился. Интересно, что его так поразило в том, что я сказал? И какое отношение ко всему этому имеет Нарнах?
— Я надеюсь, вы больше не будете драться с моими солдатами? Я прикажу отвести вас в камеру. Еще раз извините за неудобство, но таков мой долг.
— Понимаю. Но еще один вопрос: кто же все-таки такие эти отвергатели?
— Отвергатели — это новая религиозная секта. Они появились несколько месяцев назад в городе Ашалоне. А два месяца назад они появились здесь. Они утверждают, что бога нет, и что мир на самом деле создал дьявол, а потом, чтобы затащить в свои сети людей, он придумал и бога.
Они утверждают, что бога нет, и что мир на самом деле создал дьявол, а потом, чтобы затащить в свои сети людей, он придумал и бога. А господа нашего Иисуса Христа они считают жертвой дьяволу, которую принесли для доказательства могущества Сатаны. Они еще многие подобные глупости говорят, я не очень-то это дело знаю. И еще они практикуют жертвоприношения.
— Жертвоприношения?
— Да. Они утверждают, что каждый год необходимо приносить жертву, чтобы умилостивить Господина. Но самое мерзкое то, что они приносят в жертву в тот день, когда принял мученическую смерть Иисус Христос. Мол, их мерзкие жертвоприношения должны проходить в тот же день, когда совершилось первое. В этом году они совершили первый обряд. По их учению в жертву должен быть принесен один праведник и двое грешников. Знакомо, да?
