Насколько знал лично я, то это было скорее пожелание, нежели общепринятый закон. Если бы сейчас здесь стоял любой другой рыцарь, то его вряд ли пропустили с оружием в этот зал. Однако для почетного гражданина города вполне можно сделать и исключение. Это звание было вовсе не пустой звук — оно давало очень большие привилегии.
Двери раскрылись и я, стараясь самым трусливым образом не сбежать и, удерживая дрожь в коленях вошел в зал. Лучше еще раз сразиться с наемниками у ворот, пусть их будет даже раз в десять больше, чем выступать сейчас перед всей этой аудиторией. Однако делать нечего. Тут мне в голову пришли слова, с которых Мастер всегда начинал свои лекции. Я улыбнулся и твердо взошел на трибуну.
— Итак, приступим, господа. До меня дошли слухи, что вы хотите меня видеть. Надеюсь, это желание обусловлено чем-нибудь действительно важным и я не зря прервал свои дела. — В зале после моих слов воцарилась мертвая тишина. Я заметил, как ошеломленно уставился на меня Севан. Некоторые члены гильдии с не меньшим удивлением разглядывали меня. Я заметил одобрительный кивок Нарнаха и улыбку Мервина. Это приободрило меня. Значит, Мастер говорил, что мышление другого мира может помочь мне? Ну что ж, попробуем удивить этих людей. — Какие у вас ко мне вопросы? — Эти слова словно прорвали плотину — все заговорили разом. В этом шуме ничего невозможно было разобрать.
Мервин застучал молоточком, пытаясь восстановить прядок. Наконец это удалось.
— Я просил бы сохранять спокойствие и не позорить наше уважаемое собрание перед жителями нашего города, которые сейчас слушают заседание.
Эта фраза мигом восстановила порядок.
Мервин обратился ко мне:
— Милорд рыцарь, вы прибыли сюда, чтобы подтвердить правоту вашего партнера Вильена Нарнаха?
— Да. Вильен связался со мной по даль-связи и сказал, что здесь требуют моего личного участия, чтобы подтвердить его слова. Это меня удивило. Я впервые слышу, что для подтверждения законности сделки требуется присутствие самого заинтересованного лица. Это, безусловно, будет новостью для всех купцов ведущих торговлю с Амстером. Думаю, это заставит их сильно задуматься, а так ли выгодна торговля с Амстером.
Думаю, это заставит их сильно задуматься, а так ли выгодна торговля с Амстером. — Вокруг заволновались — угроза была совсем нешуточной. Именно об этом недавно говорил Нарнах, пытаясь просветить меня в делах торговли. Дело в том, что ни один купец не ведет дел в одном месте, поэтому он просто физически не может оказаться сразу везде. Для надзора за делами и существуют представители, которые назначаются купцами в тех местах, где они ведут торговлю и, как правило, существует документ подтверждающий личность этих представителей. Усомнившись в правдивости договора с Нарнахом, купцы Амстера сами того не желая, пошатнули эту систему, а это совсем не понравится остальным купцам, которые в результате всего этого будут вынуждены приезжать во все места, где они хотят начать торговлю. Не говоря уже о мороке подобного способа, существует и множество других причин, по которым подобное не может нравиться торговцам.
— Но мы вовсе не сомневались в верности вашей доверенности, милорд, — поднялся один из членов гильдии. — Мы сомневались в честности самого Нарнаха. Мы знали его репутацию и поэтому предполагали, что он мог силой заставить…
— Вы хотите меня оскорбить? — перебил я купца, холодно посмотрев на говорившего.
— Милорд? — говоривший смешался и удивленно посмотрел на меня.
— Вы считаете, что рыцаря можно заставить сделать что-либо силой? Я заключил этот договор с Нарнахом только по одной причине — он мне выгоден. Нарнах согласился заключить договор со мной по той же причине. Когда что-то выгодно двум людям, почему бы им не заключить между собой договор?
— Да он издевается над нами! — вскочил с места Севан.
— Разве? — я пристально посмотрел на Севана и теперь уже не спускал с него глаз. — Я всего лишь воспользовался той наградой, которую мне дали в вашем городе. Это называется издевательство? А я полагал, что, давая мне грамоту, вы учитывали вариант того, что я ей воспользуюсь. Если это не так, то издевательство было уже со стороны уважаемого собрания. Насколько мне известно, я не стоял с ножом у вашего горла, требуя грамоту. Это именно вы дали ее мне. Добровольно!
Совершенно случайно, просто рассердясь, я привел неотразимый аргумент. Это я понял, когда посмотрел на сияющего Нарнаха и спокойно улыбающегося Мервина. Только сейчас я сообразил, что члены гильдии после моих слов просто не посмеют не признать верность грамоты. Ибо в противном случае им придется перед всем городом признаться в злой шутке, когда они, награждая грамотой человека, заранее предполагали, что тот не сможет ей воспользоваться. Конечно в городе это и так все знали, что вызывало поток непрекращающихся шуток в адрес гильдии в целом и Севана в частности. Но если они откажут в подтверждении грамоты, то последствия будут куда серьезней шуток. Это вызовет настоящий кризис в доверии к купцам Амстера. Все будут задавать себе вполне законный вопрос: «Если они не сдержали слово данное человеку, спасшему их город, то почему они будут держать слово данное мне?» Окажется разрушенным то доверие к сделкам, заключенным амстерскими купцами, которое раньше питали во всем мире. К чести Севана, даже тот быстро сообразил это и без слов опустился на свое место, прожигая меня злым взглядом.
— Милорд, вы не так поняли моего коллегу, — после минутной тишины заговорил еще один купец. — Мы вовсе не намерены аннулировать грамоту. Просто мы понимаем, что для рыцаря унизительно заниматься торговлей. Я знаю, как они реагируют на сравнение с купцами. Поэтому мы можем предложить…
— Вы не думали об унижении, когда давали мне эту грамоту, — не дал я ему закончить.
— Почему вы вспомнили об этом сейчас? Поэтому, во избежание всех недоразумений, сразу скажу. Я благодарен жителям Амстера за ту награду, которую мне дали. Я клянусь, что когда защищал те ворота, совершенно не думал о ней. Даже простого спасибо было бы для меня достаточно, ибо хоть я и был в вашем городе недолго, но успел полюбить его. Так что защищал я не только ваш город, но и свой. Однако вы решили наградить меня. Я не настаивал на награде, но принял ее с благодарностью. Вот вы говорили, что представляете всех жителей города, действуете в их интересах? Значит и награду вы дали от лица всех жителей. Так неужели вы думали, что я променяю ее на деньги или на памятник? — После последних слов в зале возник смех, который вскоре распространился по всему залу. Я выждал, когда смех утих и продолжил. — На моей родине считается оскорблением возвращать подарки или награды. Тогда человек как бы говорит: «Мне не понравился твой подарок. Мне не нужна твоя награда, потому что я не уважаю тебя». Я уважаю ваш город, поэтому возвращать ничего не буду.
Встал Мервин.
— Уважаемые господа, совершенно очевидно, что милорд не будет отказываться от грамоты. Так же очевидно, что у нас нет причины признавать его действия незаконными и отменить действие грамоты. Дальнейшие споры приведут только к потере лица нашего собрания. Предлагаю признать грамоту законной и больше не возвращаться к этому вопросу. В будущем же нам придется подумать об осторожности в своих действиях.
