— В общем, так, наши подозрения подтвердились. Нам даже удалось установить, где они держат вашу жену. Но… Но, эти ребятки таковы, что если мы вмешаемся, то по каждому из нас можно заказывать музыку. Не в прямом смысле, конечно, просто они сумеют надавить на кое-какие рычаги и нас просто закроют. Однако даже если мы поможем вам, то это еще не гарантирует вашей безопасности. Допустим, мы вызволим вашу жену так, что никто не догадается, кто это организовал. А у нас есть такая возможность. Дальше что? Они знают, где вас искать и поверьте, действовать будут очень быстро. Им совсем не надо, что бы вы заявили в милицию.
— Что вы предлагаете? — сухо спросил отец.
— Собственно у меня два предложения. Вполне возможно, что если вы заплатите… Сколько, кстати?
— Двести тысяч долларов.
— Ого. Так вот, если вы заплатите, то, возможно, они вернут вам жену. Потом вы можете заявлять в милицию. Тех людей, с которыми вы имели дело уже нет не только в городе, но и в стране. Никаких концов вы не найдете. В случае второго варианта, они тут же соображают, что какие-то концы остались, если вы вышли на то место, где они держат вашу жену. В этом случае они постараются ликвидировать и вас и вашу семью. Вам придется немедленно убираться. И убираться куда-нибудь подальше.
— И что вы хотите?
— Я хочу услышать ваше решение.
— Вы можете гарантировать, что мама останется жива после освобождения? — вмешался я.
— Сто процентов я не дам, но за девяносто девять и девять десятых поручусь. Ее держат в отдельном домике и из охраны там всего два человека. Да больше и не надо. Она с двумя не справится, а никто, кроме них это место не знает.
— В таком случае освободите ее.
— Ты уверен? — Вячеслав Павлович посмотрел на меня. — Ведь вам придется немедленно бежать. Скрываться.
— Не придется. Я могу отвести всех в такое место, где они никогда не найдут нас. При этом далеко идти не придется. — Все в комнате с удивлением посмотрели на меня. Я же мучительно размышлял, потом все-таки заговорил. — Наверное, я нечестно поступаю, я должен был бы предоставить выбор, но сейчас не время для обсуждений. Однако, думаю, мне стоит все рассказать.
На меня смотрели выжидательно и настороженно, не зная чего можно ожидать.
Я же испытывал совершенно непонятное чувство тревоги и волнения. Не в силах стоять на месте, я стал прохаживаться по комнате, рассказывая о другом мире, как он появился, и как я туда попал.
— В том мире все по-прежнему пользуются мечами, а катапульта — это самое страшное оружие, однако по строю, он скорее находится на уровне конца семнадцатого века. Впрочем, опять таки только по строю. В некоторых областях знаний, таких как медицина, биология, анатомия они опередили даже наш мир. Например, для них рак — это всего лишь легкое недомогание, которое излечивает простой врач прямо на дому. А сломанный позвоночник — не причина для расстройств. Просто это означает, что человек несколько недель проведет в постели, а потом будет ходить, бегать и даже сможет заняться тяжелой атлетикой. К тому же они гораздо больше нас знают о человеческом мозге. Да это и понятно, ведь магия и основывается на внутренних силах организма. У нас бы магию назвали пси-способностями. Телекинез, гипноз, телепортация. Правда, человека еще никому не удалось телепортировать. Вернее удавалось, но на место он прибывал законченным идиотом. — Тут я сообразил, что отвлекся. — Впрочем, это все неважно. Теперь вы понимаете, что я предлагаю отправиться именно в тот мир. Кроме меня в ближайшие семьдесят лет никто не сможет открыть ворота из мира в мир, но даже спустя семьдесят лет человек должен будет сперва отыскать Ключ.
Когда я закончил, воцарилось недоуменное молчание. Витька опасливо покосился на меня.
— С тобой все в порядке? — вежливо спросил он.
Я усмехнулся. Что ж, реакция вполне ожидаемая. Однако Вячеслав Павлович меня удивил. Он смотрел вполне серьезно, и во взгляде не было никакого недоверия.
— Тут я получил кое-какую сводку из милиции по поводу происшествия в одном доме, где жил некто Вестров, бывший мастер спорта по фехтованию. Ты говоришь, что тебя учили владеть холодным оружием?
Я кивнул, не понимая, к чему он клонит.
— А твой стиль боя мне совсем незнаком, — вдруг закончил он. Натолкнувшись на мой недоуменный взгляд, он объяснил. — Я видел, как ты сражаешься. Вчера, недалеко от твоего дома. Я уже хотел на помощь идти, но не понадобилось. Мои люди ведь наблюдали за твоим отцом. — Пояснил он. — Так вот, твой стиль совершенно для меня незнаком. Я не верю в магию, в параллельные миры, но я верю, что нельзя на пустом месте придумать новый вид борьбы. Твой же рассказ все объясняет.
Я хмыкнул и вышел из комнаты.
— Неужели вы верите в это? — успел услышать я вопрос отца. Дальше я ничего уже не слышал, поскольку дверь в зал закрылась.
Я быстро достал из сумки свой костюм рыцаря и оделся. Правда, маску теперь одевать не стал. Взял в руку орден Чести и появился в зале. На меня уставились слегка ошарашено, с удивлением оглядывая мой наряд.
— Это и есть твой маскарадный костюм? — наконец спросил Витька.
— Ага, а это бутафорский меч. — Я вытащил клинок и сунул его Витьке под нос. — Видишь, какая мягкая сталь? И совершенно тупой к тому же. Им даже капусту не настрогаешь. Верно? А это бутафорская игрушка со стекляшками. Я бросил на стол орден.
Брат скосил глаза и посмотрел на кончик меча, маячивший у него перед глазами. Об оружии он собирал много разного материала, поэтому мог отличить бутафорию от настоящего. Сейчас у него не было никакого сомнения относительно «правдивости» моей характеристики. Вячеслав Павлович и отец рассматривали орден.
— Можно посмотреть? — попросил Вячеслав Павлович, отложив орден и кивнув на меч.
Я взмахнул мечом и протянул его рукояткой вперед. Несколько минут Вячеслав Павлович старательно изучал оружие.
Несколько минут Вячеслав Павлович старательно изучал оружие. Пробовал ногтем остроту. Цокал языком.
— Великолепный клинок, — признал он. — Я никогда такого не видел. А острота такова, что им можно голову срубить. — Он вопросительно посмотрел на меня. Никак не пойму, к чему эти намеки на Вестрова? Что он хочет?
— Нет, — покачал я головой. — Это оружие для такого совершенно не приспособлено. Головы срубать проще ятаганом или тяжелым мечом. Секирой можно, на худой конец топором. А у этого меча рабочая поверхность кончик и пять сантиметров от него. А чтобы окончательно убедить вас в правдивости моего рассказа… — Я достал кошелек и высыпал на стол золотые монеты. — Это деньги того мира.
Некоторое время все были заняты тем, что разглядывали их. Потом Вячеслав Павлович сложил их обратно в кошелек и протянул мне. Я вернул его.
— Пусть это будет платой за помощь. Золото ведь ценится в нашем мире хоть и меньше чем в том, но все-таки. Только их надо предварительно переплавить, чтобы не возникало лишних вопросов.
— Тут ведь целое состояние. Золото довольно высокой пробы.
— И что? — спросил я, глядя в упор на Вячеслава Павловича. Тот понял и спрятал кошелек.
— Хорошо. Мне кажется, Егор убедил всех в правдивости существования Магического мира, хотя в него и трудно поверить. А то, что ты можешь быстро спрятать всех, облегчает спасение твоей матери. Не надо будет принимать лишний предосторожностей. Так что я жду решения.
