— Прошу меня извинить, но что это за обряд, на который так стремятся попасть степняки?
Куник улыбнулся:
— Тебе стало интересно? Многие приходят к нам, испытывая сперва только любопытство. Но потом остаются, признав, что наша вера — лучшее, что есть под этим небом.
Никакого секрета нет, раз в три месяца сюда съезжаются сильнейшие богатыри со всех земель, где почитают Явора. Они устремляются на поиск славы и… жен.
— Жен?
— Я вижу, в тебе проснулось любопытство. Обычно мы никому из посторонних не показываем наши обряды. Но ты спас наших служителей… И, кроме того, Сконор — мой брат. Есть и еще одна причина. Хоть там… в столице этого не признают, а то и стараются забыть, но слава о нашем храме, как об очень богатом, распространилась далеко за пределы Аберена. И каждый, кто окажет нам какую-нибудь услугу, обычно не остается без щедрого подарка. Нередко бывало, что знаменитые рыцари специально приезжают сюда в надежде хоть как-то услужить и заработать вознаграждение. Иногда, едут, чтобы выбрать жен или наложниц. Конечно, мы одариваем всех, кто действительно помог нам, храму выгодно распространять свое учение даже таким способом.
Куник помедлил.
— В знак особого расположения тебе покажут весь храм. Если захочешь — можешь посмотреть сам обряд. Поверь, это весьма любопытное зрелище. После такого многие сами стремятся поучаствовать в них.
— Вы позволяете смотреть?
— Иногда. Возможно, ты слышал о таком человеке — герцоге Владине? Лет пятнадцать назад он побывал в нашем храме и даже увез с собой наложницу.
Я едва не разинул рот от удивления. Владин?! Вот уж никогда бы не подумал…
Куник вертел в руке бокал на тонкой ножке.
— Однако непонятно, с чего бы это степняки приехали сейчас? Обычно они приезжают в конце лета. Сыновья знатных дворян дома устраивают соревнования за право участвовать в наших обрядах. А тут такая спешка. Непонятно…
На этот вопрос мог ответить я. Отряд степняков не что иное, как делегация для встречи Корхана. Степняки обнаружили трупы, а теперь не знают, что делать. Вот и решили переждать в храме, благо он находится недалеко от условленного места. А заодно и новости узнать.
Я задумался и не услышал, как Куник обращается ко мне.
— Что?
— Я говорю, может, ты хочешь отдохнуть с дороги?
— Да, с удовольствием.
— Тебе покажут комнату.
Куник позвонил в маленький колокольчик и в комнату вошел слуга. Он повел меня по длинному, погруженному в полумрак коридору, свернул направо и открыл едва заметную в стене дверь.
Моему взору предстала просторная комната, отгороженная с трех сторон занавесками из шкур зверей. В центра широкая низкая кровать, за одной занавеской вместительная ванна, за другими скрываются вделанные в стены ниши. Кроме кровати, стола и трех стульев, больше ничего не было.
Я прошел по комнате, оглядываясь, потрогал покрывало на кровати, сел на нее и задумался.
Насколько Куник посвящен в перипетии борьбы за трон? На чьей он стороне? В храм свободно приезжают люди короля и степняки. Значит ли это, что здешние жрецы занимают нейтральную позицию? Во всяком случае, надо уходить отсюда. Еще одного храма мне не осилить.
В этот момент открылась дверь, и на пороге возникла фигура, закутанная с ног до головы в алый плащ.
— Тебе чего? — рассеянно поинтересовался я. Гость закрыл дверь и мелкой походкой подошел к кровати. По жестам и походке я определил, что это женщина.
— Может, снимешь накидку? Или так положено? Легкое движение рук — и алый плащ упал на пол, а передо мной предстала юная девушка, лет шестнадцати.
Я восхищенно смотрел на нее.
Ровный овал лица, высоко поднятые прической черные как смоль волосы, высокие скулы, прямой нос. Сочные губы накрашены ярко-алой краской, черные нитки бровей удивленно изогнуты, большие темно-карие глаза смотрят с почтением.
Девушка была невысокого роста, с хорошей фигурой. Она вновь поклонилась, и приятным голоском произнесла:
— Меня зовут Латея, господин.
— Латея? — Я машинально протянул руку и взял в ладонь маленькие тонкие пальцы.
— Господину сначала надо принять ванну после долгой дороги.
— Откуда ты… знаешь, что у меня была дальняя дорога?
Латея улыбнулась, потянула за руку, заставив встать, и коснулась панциря. Я сразу ощутил, насколько одежда пропиталась потом и грязью. Послушно снял панцирь, отстегнул ремень с мечом и ножом и отбросил его на стул. Едва касаясь пальцами, девушка помогла мне снять куртку, от ее прикосновений по коже побежали мурашки, сердце застучало быстрее, а во рту пересохло..
Я скинул куртку и немного замешкался, не зная, стоит ли снимать брюки, но Латея сама расстегнула пряжку ремня. Я обнял ее. Маленькие ладошки уперлись мне в грудь. Латея вновь улыбнулась.
— Не надо спешить, господин. Идем…
Мы зашли за занавеску, девушка ловко открыла кран, и ванна стала наполняться водой.
— Можно залезать, господин.
— А ты?
— Не сейчас… потом.
Она достала с полки губку и начала натирать мне спину. «Вот это сервис… Интересно, каждого путника здесь так встречают или только особо отличившихся?»
Я закрыл глаза, наслаждаясь приятным расслаблением. Нежные ладони массировали спину и грудь, разминали ноги. Дважды я порывался увлечь Латею к себе, но та неизменно уклонялась. Потом она насухо вытерла меня большим полотенцем и подвела к кровати.
Я не отрывал от нее глаз. Длинное, до пят, платье из тонкой материи почти не скрывало фигуры, и под ним ничего не было.
Уложив меня на мягкие простыни, она села в ногах и стала разминать мои ступни. От ее рук шло приятное тепло, волной поднималось к сердцу и ударяло в голову. Потеряв терпение, ухватил Латею за руки. Тонкая ткань шелестела под моими ладонями, я снял с нее платье и накрыл рот девушки долгим поцелуем. Она с готовностью ответила, но тут же отстранилась. Слегка задыхаясь, прошептала:
— Господин… сначала я должна выполнить обряд.
— Какой еще обряд?
— Обряд получения силы.
— Чего?
— Так надо… — Она вздрогнула, когда моя ладонь прошла по низу ее живота и опустилась дальше. — Я должна получить часть силы героя, чтобы потом родить богатыря.
— Ты хочешь родить от меня? — Я приподнялся на локте.
— Не сейчас… может, потом. Я должна получить часть силы.
— Как это?
Она освободилась от объятий, одним движением руки распустила волосы и скользнула вниз.
— Ляг, господин.
Я послушался, чувствуя, как ее язык коснулся ступней ног, щиколоток и пошел выше, выше…
«Вот как они получают часть силы, — мелькнула мысль. — Хороший обряд…»
Распущенные волосы щекотали живот, тонкие пальцы поглаживали ноги, она извивалась всем телом, ни на миг не прекращая движений…
Когда обряд был закончен, она легла рядом и полностью отдалась в мои руки.
— Хороший обряд…»
Распущенные волосы щекотали живот, тонкие пальцы поглаживали ноги, она извивалась всем телом, ни на миг не прекращая движений…
Когда обряд был закончен, она легла рядом и полностью отдалась в мои руки. Где-то через час, обняв Латею, я заснул и проснулся только вечером, бодрым и полным сил.
Девушка уже покинула комнату, оставив в воздухе тонкий аромат девичьего тела.
Вскоре принесли ужин. Почувствовав нешуточный голод, я с удовольствием принялся за еду. Надо отдать должное местным жрицам любви, они здорово опустошают мужчин. После ночи любви немудрено потерять несколько килограммов веса.
