— Угу.
— Ладно, — проговорил Андрей, — завтра мы увидим Колю, узнаем, успела ли ему сказать о Воротах Света. Я снял ремень и расстегнул куртку.
— Кстати, я так и не понял, а где он, собственно, сам?
— Не он, а они, — пояснил Андрей. — Коля вместе с отрядом графа Выслава неподалеку от замка маркиза Корхана. В отряде графа сто человек.
Я едва не поперхнулся пивом.
— Что они там делают? Хотят взять замок на приступ?
— Да нет. — Поморщился Денис. — Когда Коля сбежал от Скора, он доехал до владений барона Честена, тот сообщил нам обо всем. У Выслава свой зуб на маркиза, он сразу согласился пощипать Корхана.
— И что дальше?
— Да ничего… пока.
— Так и будут стоять под стенами и ждать, когда их прогонят?
— Не успеет. К ним должен подойти еще один отряд.
— Что, еще один, обиженный маркизом? Они хоть ультиматум выдвинули? Не то Корхан решит, будто его хотят из собственного замка выгнать.
Андрей помрачнел, почувствовав в моих словах издевку. Но ответил спокойно:
— Конечно. Они сразу же потребовали отдать Светлану.
— И то хорошо. — Я дотянулся до тарелки с раками, что потребовало от меня некоторых усилий при полном желудке, и ухватил самого большого. — Ей там несладко приходится.
— Ты… — запинаясь, произнес Денис. — Ты полагаешь, что маркиз Светку… того?
— Чего — «того»? — Скользкий панцирь норовил выскользнуть из мокрых пальцев. — Хотите спросить, трахает ли маркиз Светочку? Да, думаю, трахает. Кто же держит при себе такую роскошную пленницу и не пользуется этим. Маркиз на импотента не похож.
Парни переглянулись.
— Ты поедешь с нами завтра?
Я задумчиво возвел глаза к потолку, сделав вид, будто размышляю над словами, а на самом деле наслаждаясь неповторимым вкусом, потом едва заметно вздохнул и ответил:
— Ага. Интересно, как станет этот Ромео вызволять женушку. Если все пройдет благополучно, вместе поедем к Воротам. Только ваших девок заберем.
Андрей вскипел было, когда я так нелицеприятно отозвался об их драгоценных дамах, потом до него дошел смысл слов.
— Куда поедем?
— На кудыкину гору! К Воротам этим долбаным.
— Куда поедем?
— На кудыкину гору! К Воротам этим долбаным.
— Но… — Он развел руками. — Мы не можем сразу уехать. Со службы просто не уйдешь. Денис согласно кивнул.
— Какая в пи…у служба?! Вы здесь совсем охренели! Карьеру захотели сделать? Валяйте, но только в нашем мире! А отсюда надо уносить ноги, покуда целы!
Лица славных рыцарей покраснели, как у раков, что лежали на тарелке.
— Значит, ты можешь поступать по-своему, а мы нет? — выпалил Андрей.
— Что ты имеешь в виду? — холодно осведомился я.
— Помнишь, ты не поехал с нами? Говорил, мол, каждый выбирает сам… А сейчас?
— Вот что, ребятки. Тогда речь шла о месте жительства, а сейчас на кону стоит наша судьба. Вещи совершенно не сравнимые. И не забывайте о том, что я могу проскочить в Ворота и один, а вот вы как вшестером заявились, так вшестером и уйдете.
— С чего ты взял?
— Да так, есть предположение.
— Ничего. Как-нибудь с божьей помощью пройдем. Я отодвинул пустое блюдо, и процедил, сдерживая раздражение:
— Nec deus intersit!
— Что?
— Сами влипли, самим и выкручиваться.
Они молчали, подавленные моими словами, а может, древней мудростью. Потом Денис неуверенно произнес:
— Мы, конечно, не хотим оставаться здесь навсегда. Но прежде надо освободить Свету, потом забрать девушек. К тому же необходимо проверить, работают ли Ворота…
— Согласен. Поэтому и настаиваю на немедленном выезде. Кроме того, в этом милом королевстве в скором времени начнется заварушка, и вы окажетесь в самом пекле. А от случайного удара никто не застрахован.
На этот раз возражений не последовало. Пробыв здесь достаточно долго и поучаствовав в нескольких боевых столкновениях, они поняли, что далеко не бессмертны.
— Да, ты прав, — сказал Андрей. — Мы пошли на службу, считая, что так легче будет выжить. И не можем просто так покинуть ее. По крайней мере без уважительной причины.
— Понятно. — Я сел за стол. — В конце концов, это ваши проблемы и ваших девчонок.
— А почему — ваших?
— А то чьих же, моих, что ли? Не я их кавалер. Николай, вон, на стены собрался лезть ради своей Светочки. Денис готов сей подвиг повторить из-за Оксаны. Андрей — из-за Лены. Так? Вот и выходит, что это ваши проблемы.
— А ты? — сквозь зубы процедил Андрей.
— Что — я?
— Разве ты ради своей девушки не полез бы на стены?
Я пожал плечами:
— У меня, как видишь, стимула для подобного альпинизма нет. Я один.
— А все же. Если бы вдруг у тебя здесь была твоя жена… ну пусть не жена, а подруга. Словом, девушка, которую ты любишь. — Он осекся, видя мою улыбку. Немного подумав, добавил: — Та, к которой ты неравнодушен…
Я согнал улыбку с лица и ответил вполне серьезно:
— Если бы здесь была моя девушка, ни один подонок не коснулся ее, даже не посмел бросить косой взгляд. И ее я бы не оставил у черта на куличках, отправившись добывать воинскую славу.
И ее я бы не оставил у черта на куличках, отправившись добывать воинскую славу.
Денис, видя, что вот-вот начнется ссора, торопливо вставил:
— Все, пора спать. Завтра надо выезжать, Николай ждет. И заодно придержим его, иначе он скоро на стену полезет.
— Вот-вот, — согласился я, — образумить его надо. Мне, честно говоря, стены жалко. Заодно поучусь, как действовать в таких случаях. Может, на будущее пригодится, если вздумаю телку себе завести.
Стоя в дверях, Андрей гневно крикнул:
— Свиней заводят и живность всякую! А девушек… с ними можно только знакомиться!
— Да-да, я и говорю: телку, может, девку. Разве это важно?
— Для тебя — нет. С твоим характером только телку и надо! А женщину не стоит…
Денис вытолкнул его за дверь, последние слова долетели уже из коридора…
Ближе к середине следующего дня мы доехали до лагеря, разбитого всего в полутора километрах от замка Корхана. Я был удивлен столь наглому вторжению в чужие владения, маркиз не из тех, кто прощает оскорбления и открытое нападение. Может, он просто не решил, как следует поступить с наглецами?
При подъезде рассмотрел лагерь. Чувствовалась опытная рука, вокруг лагеря стояли телеги с укрепленными на них большими щитами — защита от стрел и дротиков. В промежутках навалили срубленные стволы деревьев и установили рогатки, для надежности врытые в землю. Правда, размеры лагеря и количество лошадей в табуне, что пасся неподалеку от леса, никак не соответствовали утверждениям ребят, что в лагере не больше двух сотен человек. Было по крайней мере в полтора раза больше. Кто-то еще присоединился к желающим «пощипать» Корхана.
Разглядев стяг герцога, стоящие на страже дружинники пропустили нас беспрепятственно. Заодно указали, в каком шатре находится Николай и другие дворяне.
Николай сам вышел навстречу. Он изменился со дня последней встречи. Левая рука забинтована и привязана к телу, лицо белое, ни кровинки, губы бледные, щеки ввалились, под глазами черные круги. На лбу глубокая складка.
С лихвой хлебнув горя, Николай едва держался на грани рассудка. Я мимоходом подумал, что в таком состоянии он действительно способен штурмовать неприступный замок в одиночку, не думая о себе. Может, ему станет легче от одной мысли, что погибнет, спасая жену.
Николай отдал приказ слуге позвать остальных дворян. Остальные — это барон Честен, граф Выслав и некий барон с совершенно непроизносимым именем: Кретон. Он вчера привел свою сотню под стены замка. Уже успели спалить пару полей с урожаем, ограбить соседнюю деревню и пустить «красного петуха» на мельницу. Корхану было послано письмо с требованием немедленно освободить пленницу, иначе вся округа потонет в огне.
