— «Фортуна», гоблин его мать! — ругнулся Златко.
— А дальше еще проще, — проворчала Ива, — на небе как раз полная луна, и буря будет. Я ее чую.
— И чем вам не башня? — поняла ход ее рассуждения Дэй. — И полночь не за горами…
Все еще больше приуныли.
— А травы, Ива? — требовательно спросил Синекрылый.
— И полночь не за горами…
Все еще больше приуныли.
— А травы, Ива? — требовательно спросил Синекрылый. — Зачем травы и почему их нет?
— Есть символы. Может, этого достаточно. И потом, — девушка изобразила что-то похожее на смех, — я сама ему в руки отдала приворотное зелье, в котором есть все эти травы!
— Гадство, — определила Дэй.
— Нет, так не пойдет! Должен быть какой-то выход! — бесился Златко. — Ведь есть же надпись «Предупреждение и подсказка». Предупреждение мы уже прозевали. Но должна быть и подсказка. Где она?! В чем?! Думайте, ребята!
Умирать никому не хотелось, так что все принялись энергично шевелить мозгами. Может, и не энергично, но уж как получилось.
— Калли! — осенило вдруг Синекрылого. — Одна из стихий этого заклинания должна быть Смерть. Ты же, наоборот, Жизнь — тебе легче всего с ней бороться! Тебя для этого боги… э-э… звезды, — быстро поправился он, — создали!
Эльф закрыл глаза. Пытаясь пробиться через неизвестные блоки, наморщил лоб. Было больно, но это бессилие…
— Я кое-что чую. За что можно зацепиться, потянуть, но… чувствовать-то чувствую, но магией-то не могу воспользоваться!
— Так, подожди! — Дэй резко дернулась. — Он не сможет забрать наши силы, не освободив хоть на миг нашу магию!
— Точно? — встрепенулся Златко.
— Вспоминай! — На лице гаргульи появилась улыбка. — Это было на занятиях у Фея. Если сила движется, то ею можно и пользоваться. А если нет, то доступа к ней нет ни у кого!
— Точно! Заклинание магического вакуума, кажется! — Синекрылый будто озарился изнутри. — Так что у нас будет пара секунд на контратаку.
— Ребята, ребята, — Калли испуганно посмотрел на них, — я один не смогу опрокинуть это заклинание. Тем более за такое время. Оно высшего уровня, может даже класса архимагов!
— Да-а… Это проблема. — Златко и Дэй приуныли.
— Ребят, — Ива вновь оторвалась от мысленного прощупывания дыр в ауре, — а ведь Дэй правильно сказала… Про карты эти, — добавила она, увидев непонимание на лицах. — Эти девушки, что были до нас. Их было девять, но подбирались они по другому принципу. А нас пять, но карт девять, и тут явно использован закон подобия. Очевидно, заклинание работает, только если эти девять карт-условий выполнены.
— Логично, — единодушно согласились все и приготовились слушать дальше.
— А условия будут выполнены. Ни луну, ни полночь нам не остановить, башню не разрушить…
— А бурю ты предотвратить не сможешь? — заблестел глазами Златко.
— Нет. Магия же недоступна, — покачала головой Ива. — Я вообще сомневаюсь, что могу это сделать. Тем более поздней осенью, когда это желание самой Природы. Но в любом случае это невозможно сделать за пару секунд или даже минут. Меня вот какой вопрос занимает… с теми девками все более-менее понятно, а почему мы-то попались?
— Ну… — протянула Дэй. — По счастью своему вечному. Заблудились и попались.
Заблудились и попались.
— Нет, — покачал Синекрылый, уловив мысль знахарки, — храм расположен не так далеко от людей, так что не может быть, чтобы мы первые. Думаю, и комнатку эту находили. За столько-то веков!
— Может, мы подходили по какому-то другому принципу? — подал голос Калли.
— Круг Девяти… — пробормотал Синекрылый.
— Думаешь, какие-то карты оказались «нашими»? — спросила гаргулья.
— Нет… — Златко помолчал. — Скорее, мы сами оказались Кругом.
— Точно! — Ива и эльф произнесли это слово одновременно.
— Малый круг подобен большому, — начал вслух размышлять Бэррин. — Осталось только подвести под нас магию карт…
— Подобное подобно… — выдал Калли один из основных магических законов. — Сходные условия определяют и сходные — подобные — результаты.
— Это-то понятно, — раздраженно бросила гаргулья. — Но как нам повернуть это знание себе на пользу?
— Пентаграмма — для того, чтобы эта дрянь из нее вылазила, — продолжала бормотать Ива. — Первый круг — для нас. Но второй-то зачем?
Грым выигрывал. У него на руках был просто-таки бесподобный расклад. Драконье каре с королевской гвардией! Что может быть сильнее?!
Тролль поднял глаза на противника. Морда у того была озадаченная.
— Ну что ж, — вздохнул он. — Тряси ящик, и открываемся.
Грым осклабился. Последняя партия — и выигрыш его. Лапа тролля потянулась к игральному ящичку. Пальцы привычно тряхнули его и… «Серая мышь» — значение карт уменьшается в два раза. Грым не поверил своим глазам: весь вечер ему везло баснословно и такая подстава в конце игры! Фортуна махнула хвостом и ехидно скалилась теперь с высокой ветки.
Противник посмотрел на тролля и аккуратно выложил перед собой… «Императорскую семью»! Мужчина поднял глаза и улыбнулся. Это была его победа. Грым уже открыл было рот, чтобы что-нибудь сказать, но в этот миг в него полетела ушедшая в «бито» колода. Брошенные уверенной рукой карты казались дротиками необычной формы. По привычке тролль увернулся, но тут возникло престранное ощущение. Таверна вокруг пропала, а он сам начал куда-то падать. Темнота заполнила все вокруг. И последней мыслью, перед тем как отключиться, было: у того мужика очень странные глаза — черные, будто без белков вообще, хотя тролль мог поклясться, что до последнего момента они были льдистого, бледно-голубого цвета.
— Ну все, — прошептала Ива, чувствуя, как темные силы вновь заворочались, вот-вот примутся потихоньку пить из нее силы, — нам хана!
— Гоблин твою мать! — выругался Грым, услышав всю историю.
На это не ушло много времени. Да и времени у них больше не было. Все пятеро ощутили, как что-то — совсем недоброе и чуждое — начало просыпаться вокруг.
— Что происходит? — тихо, стараясь не завыть и не показать этим самым своего страха, спросила гаргулья.
— А происходит то, деточки, что ваша сила скоро наконец-то даст мне новую жизнь. — Голос, казалось, раздавался одновременно отовсюду. Негромкий, но всепоглощающий, чуточку шипящий и оставляющий ощущения холодных капель, ползущих по озябшей спине.
Друзья безошибочно повернули головы к центру зала. Сначала на полу образовалось темное пятно, потом из него начала вырастать такого же цвета фигура. Вымахав примерно в рост Златко, она стала приобретать более четкие очертания. Более всего это походило на мужчину, завернутого в широкий плащ. Лица его так и вовсе не было видно. На том месте, где оно должно, по идее, находиться, клубилось что-то вроде густого тумана, то и дело меняющего форму, так что все пятеро смогли-таки опознать в нем черты своих обидчиков — тех, благодаря которым оказались здесь.
«Правильно сказал Златко, — мысленно застонав, подумала Ива, — попались как дети».
— Я те ща покажу наши силы! — с полуоборота завелся тролль. — Я те покажу! А ну иди сюда, проклятая тварь! Гад такой…
Дальнейшие его высказывания подпадали под разряд непечатных. Знахарка, немало наслушавшаяся крепких слов по кабакам да и в своей деревушке, стояла с открытым ртом и поражалась богатству воображения друга. У нее даже мозги не в состоянии были повернуться в подобную сторону.
