— Я чудесно сегодня потренировался! — поделился он. — Просто замечательно.
— Так ветер же вон какой, — заметила Ива.
— Просто замечательно.
— Так ветер же вон какой, — заметила Ива.
— Вот! — окончательно растаял Калли. — Ты, как всегда, все на лету ловишь. Какое это ни с чем не сравнимое удовольствие — попадать в цель при условиях, когда это практически невозможно!
— О! — уважительно хмыкнул тролль. Вызов — это он любил. — А на какое расстояние?
Знахарка тут же отключилась от разговора. Тема оружия была от нее невыразимо далека. Если бы не Дрейко… Девушка задумалась и машинально погладила дракончика по головке. Тот, видно, тоже еще не проснулся, потому как принял этот фамильярный жест благосклонно. Чего за ним сроду не водилось.
Уже под самый звонок, столкнувшись в дверях с преподавателем, в аудиторию влетела Дэй. С булочками. Крылатая быстренько добежала до своего места, плюхнулась рядом с Ивой и возбужденно прошептала:
— Ой, ща чё расскажу!
Вся их компания ее услышала, а учитель постучал по столу. Гаргулья тут же изобразила предельную внимательность к уроку. Преподаватель успокоился и отвел глаза, а Дэй втихаря под столом начала раздавать своим булочки.
Ива блаженно закатила глаза. Она не позавтракала, а сладкая сдоба буквально таяла во рту. Жизнь налаживалась с каждой секундой.
— Ну что там у тебя за новости? — подался поближе Грым.
Гаргулья покосилась на преподавателя, но удержаться не смогла.
— Про девку убитую слышали?
— Ну.
Все сидящие рядом навострили уши.
— Вроде как наши все прохлопали, — выпалила Дэй. Притихла на миг. Учитель продолжал свою нудную лекцию, и она вновь ожила: — Я так поняла, там обнаружили следы присутствия то ли магии какой запретной, то ли существа потустороннего, от которого на городе защита лежит. А он, гад такой, пролез, а это значит, что наши преподы все прохлопали. И маги, что в городской страже, тоже.
— А что-то еще известно? — И Златко, похоже, пришел к выводу, что тут разговор интереснее, чем то, о чем вещал преподаватель.
— Только то, что уже и так известно. Горло перерезали и сердце вынули. А вот еще — неизвестно, чем это сделали. Я подслушала, как два стражника говорили, что, мол, так ножом или каким другим оружием из известных не сделаешь. Это, кстати, говорит в пользу версии, что существо неведомое все сделало.
— Да, маги если и делают такое, то все же ножом ритуальным. — Синекрылый почесал нос. — И вообще, маг мог бы быть поосторожнее да поаккуратнее.
— Может, сумасшедший какой? — предположила Ива.
— Только этого не хватало, — проворчал Калли. — Сумасшедшего мага, режущего глотки и вынимающего сердца.
— Мож, просто полюбовник ее прирезал, а мы тут теории разводим? — усомнился тролль.
— Маги уж больно переполошились, — доложила гаргулья. — Да и не думаю, что стражники, будь такая возможность, упустили бы такую хорошую простую и безопасную версию.
— Тоже верно. Стражники везде одинаковы, — кивнул Златко. — Они всегда ищут путь полегче. А следы там есть, или что другое?
— Ну это я не знаю. — Дэй пожала плечами. — Рассказала, что знала.
На миг повисло молчание.
— Рассказала, что знала.
На миг повисло молчание.
— А неплохо было бы побольше узнать, — тихонько подал идею Синекрылый.
Друзья понимающе переглянулись.
— Есть идеи, как это можно сделать? — Гаргулья вгрызлась в ужасающей толщины бутерброд. Они сидели в университетской столовой. Предыдущие два занятия оба были по физической подготовке, и гоняли их там как сидоровых коз. Ива до сих пор стонала от несправедливости жизни. «Ну не мое это!» — вопила она, в очередной раз получая деревянным мечом по пальцам.
Есть хотелось невыносимо, а перерыв был всего двадцать минут, и, даже если отправить в город Дэй, она не обернется за это время. Приходилось перекусывать здесь, а особыми изысками столовая похвастаться не могла, да и то, что давали, имело какой-то странный привкус. Привередливый эльф вообще решил ограничиться компотом. Ива с интересом осмотрела свой бутерброд, подумала, что-то прикинула в уме и полезла в свою знахарскую сумку, с которой не расставалась (друзья даже решили подарить ей на Зимние праздники сумку с облегчающими вес и уменьшающими размер заклинаниями). Поковырялась в ней и достала склянку с каким-то порошком. Вся компания с интересом наблюдала, как травница посыпает свою еду им.
— Что? — удивленно спросила Ива, заметив их вытаращенные глаза.
— Это ты что делаешь? — Тролль обличающее ткнул в склянку.
— От несварения, — пояснила девушка. Друзья тут же протянули ей свои бутерброды.
— Ну так что, есть идеи? — через пару минут сосредоточенного чавканья вновь подняла тему гаргулья.
— На месте преступления ничего не осталось, убрали все, — качнул головой Калли.
— Если только дознавателя расспросить, — задумчиво предложил Златко.
— Ага, так он тебе и расскажет, — фыркнула Дэй.
— Да мы и не знаем, кто дело ведет, — подала голос Ива.
— Ну это-то выяснить как раз не проблема, — откликнулся Синекрылый.
Был в их компании негласный закон: делать то, что сейчас возможно, а потом уже решать по ситуации.
— Ива! — окликнул девушку до боли знакомый голос.
— Уй, гоблин! — прошептала она. — Владигор. Идите без меня.
— Ладно, если что, знаешь, где нас найти, — сочувственно похлопал ее по плечу Златко.
Травница вздохнула и поплелась к преподавателю.
— Да, учитель? — изобразила она на личике энтузиазм.
— Прекрати, Ива. Тысячу раз говорил не называть меня так! — рявкнул Владигор. «О, да у нас плохое настроение!» — Пошли!
И он потащил девушку в свой кабинет. Юная волшебница с удивлением осмотрелась. Комната, и до этого не страдавшая подрядом, сейчас вообще находилась в полном разгроме.
— Не обращай внимания на бардак, — буркнул чародей. — Найди себе где-нибудь место и садись. Не стой над душой.
Ива, уже привыкшая к перепадам настроения учителя, пожала плечами и начала разгребать какие-то бумаги на своем любимом стуле.
— Давай это сюда, — приказал Владигор. — Ты тренируешь «Распознавание» и «Щупальца»?
Эти два заклинания магу, видимо, были особенно дороги, он каждый раз про них спрашивал.
Знахарка заученно поклялась в усердии. Волшебник хмыкнул.
— А это что?
В воздухе начерталась рыжая пентаграмма. Огонь, то и дело вырывавшийся из пылающих линий, брызгал искрами, а в середине магического рисунка едва заметно проглядывали два красно-коричневых глаза. Ива чуть помедлила, потом сделала изящный жест пальчиками и отправила в пентаграмму магический посыл.
— Заклинание третьего уровня. Вызов глоида. Четвертая степень опасности.
— Твои действия?
— Надо постараться разрушить пентаграмму до того, как глоид вырвется в наш мир.
— Ну давай. — Владигор даже ради такого зрелища оторвался от перекладывания папок на столе. Девушка успела заметить, как какой-то листок бумаги совершил побег на пол. Потом ей пришлось сосредоточиться на разрушении магического рисунка. Сначала она запустила тонкий клубочек силы в одну из линий. Нарушить целостность — что проще? Зато все сразу полетит к гоблину. Поэтому, кстати, любые — особенно сложные — рисунки и не приветствовались учениками. Однако сила с легким насмешливым шипением впиталась в пентаграмму, насытив ее дополнительной энергией. В середине начала проглядываться морда глоида. «У гоблин!» Знахарка швырнула в нее ледяную стрелу, зная, как эти твари не любят холод. Глоид зашипел, но скрываться и не подумал, наоборот, стал еще яростнее вырываться в этот мир. Девушка торопливо вызвала «Меч верующего» — забавное заклинание, когда-то подло уворованное у имперцев. Действие его было таково: магический меч просто разрубал чары, как, например, такие видимые пентаграммы или иллюзии, в крайнем случае одним прикосновением убивал призванных тварей. Сияющий белым светом меч появился в воздухе и наотмашь рубанул по рисунку. Уже нанося удар, Ива поняла, что ее оружие по силе во много раз уступает заклинанию чародея. Клинок рассыпался яркими искрами, и именно в то мгновение травница сообразила, что следует сделать. В противоположные концы рисунка одновременно ударились огненный и ледяной шар. Их сила, как и предыдущих заклинаний, впиталась в линии и побежала по ним, стремясь распределить энергию равномерно. В следующий миг две противоположные стихии столкнулись, и пентаграмма взорвалась на мельчайшие осколки. Глоид разочарованно взревел.
