— Грым, я не знаю искусственных тварей с высоким интеллектом, способных на подобное самообразование.
— Не мог он научиться прятать тела?
— Грым, я не знаю искусственных тварей с высоким интеллектом, способных на подобное самообразование.
— Да и никто в городе не кричит о похищенных девушках, — добавила Ива.
— Может, маги какую-нибудь защиту накинули?
На этот вопрос ответа ни у кого не было.
— Не знаю, что-то сомнительно… Защиту или сеть ставят от чего-то, что еще снаружи, за пределами города, а ведь мы имеем дело с монстром, который УЖЕ в городе. — Калли аккуратно опустил чашку на блюдце. — Да и чтобы сплести такое заклинание, надо знать, кто является убийцей, хотя бы расу, тип. А владея этой информацией, проще его поймать.
— Тогда что же это получается? — вновь заговорил Златко после минутного молчания. — Четыре трупа… цикл? Или более ему не надо?
— Ну… четыре тоже магическое число, хоть намного чаще используются другие: три, девять… — протянула Ива. — Четыре стороны света, четыре времени года…
— И что это нам дает? — Синекрылый внимательно оглядел друзей.
Ответа он не услышал.
«Нет, это становится уже смешно, — подумала Ива, в очередной раз выползая из постели из-за того, что замерзла. Неженкой она не была, не раз спала и на земле, и в мороз, а то и под дождем. А тут лежит под теплым одеялом и мерзнет. — Хм, а Щапа спокойно спит. Вон как развалился. Значит, ему нехолодно».
Девушка постояла рядом с окном и совсем уже собралась его закрыть, как вдруг вновь услышала уже знакомую мелодию. Тихая, нежная, с какой-то чудесной неуловимой грустью, она летала над спящими домиками. Ей внимала только луна и одиноко застывшая у окна юная чародейка.
«Кто же это играет?»
Она слушала, и ей хотелось улыбаться. Это было волшебство в чистом виде. Мелодия возносилась в воздух, наполняя его ароматами роз, нежностью первого прикосновения и сладостью нового пути. В ее карих глазах отражалась тьма ночи и мерцали звезды. Это был омут, и Ива тонула в нем.
Девушка оперлась на подоконник и легко перекинула через него ноги, усевшись так, что почти полностью оказалась на улице. Пока эта музыка бьется в ее висках, остального мира просто не существует…
— Привет! Меня ждешь, красавица?! — Вопрос был задан нарочно бодрым тоном. И голос этот ей был знаком. Ива с трудом повернула голову. Рядом с ней прямо в воздухе висел вампир, растянул губы в приветливой (насколько это возможно при таких клыках) улыбке. В его руках был букет полевых цветов — где только достал в это время года? — совершенно дико смотревшихся рядом с черной шелковой рубашкой и безумно дорогим плащом.
Травница разглядывала его и никак не могла сосредоточиться на этом зрелище. В ее голове пульсировал сладкий зов. И вампир в него никак не вписывался. Он продолжал что-то говорить, но Ива его не слышала.
Ло смотрел на девушку. Сначала ему казалось, что она просто обижена и невероятно зла на него, но потом вампир заглянул в ее глаза, которые на него никак не хотели реагировать, и увидел в них туман, — ой как хорошо ему знакомый.
Когда холодные пальцы коснулись ее висков, травница вздрогнула и резко отстранилась.
— Что ты тут делаешь?! — «Как он посмел сюда явиться?!»
— О! Пришла в себя! — невесть чему обрадовался Ло.
— Ты зачем сюда явился?!! — Ива обнаружила, что сидит на самом краешке подоконника ногами на улицу, еле сдержала дрожь и быстренько заскочила в комнату.
— Ну прости! — Вампир пожал плечами, отчего его плащ вновь пришел в движение. — Можно я зайду?
— Заходят через дверь! — рявкнула знахарка. — А ты висишь перед моим окном!
— Ну так можно?
— Нет!
— Ива, ну прости! Я действительно хочу извиниться! Я не думал, что все так обернется! Я просто разозлился, вот и…
Травница отвернулась. Ей до ужаса неприятно было вспоминать ту позорную сцену.
— Я не… я не думал что ты так отреагируешь…
— А как ты думал, я отреагирую?! — «Сколько злости! Это от смущения».
— Я вообще не думал… Ну Ива, ну прости! — Вампир сделал умильную рожицу в стиле Калли. — Прости, я не хотел портить с тобою отношения.
— Тогда оставь меня в покое! — приказала знахарка.
— Не могу, — поднял он на нее темно-синий взор. В том все еще светилось раскаяние, но была и твердость. — Проси чего хочешь, но я тебя так просто не оставлю.
— Почему?! — взвыла Ива. — Ну почему?! Неужели это такой принципиальный вопрос — переспал ты со мной или нет?!
— Я не хочу с тобою переспать! — выкрикнул Ло. — Вернее, хочу, но не только это!!!
— О боги! Чего тебе от меня надо?!! — Похоже, они сейчас перебудят все соседние домики.
— Не знаю, — вампир, кажется, и сам в это не верил, — но что-то нужно. Прошу тебя, Ива, не гони меня. Давай хотя бы попытаемся стать друзьями!
— Слушай, придумай что-нибудь пооригинальнее! Сил нет эту ерунду слушать!
— Но это правда! Я действительно сожалею и правда хочу с тобой хотя бы подружиться!
— А-э-у! — раздалось со стороны.
— Ну вот! Щапу разбудил! — всплеснула руками знахарка. Она метнулась к зверьку, вытащила взлохмаченного и заспанного шуша из домика. Когда девушка вернулась к окну, вампир выглядел вновь похолодевшим.
— Ива, прошу тебя — можно я хотя бы на подоконник присяду, мне тяжело вот так долго держаться.
— Вот и летел бы отсюда.
Ло укоряюще посмотрел на нее. Травница махнула рукой:
— Садись уж.
Вампир обрадованно опустился и протянул ей букет, что до сих пор держал в руках. Этот девушке понравился много больше предыдущего — только полевые цветы: васильки, ромашки, колокольчики, клевер, лютики и много чего еще. Ива склонила голову, словно раздумывая, взять или нет. Ло покорно ждал. «Правду Владигор сказал — умные, жестокие, необычайно хитрые бестии. Ишь, извиняется он!» Но тут Щапа, все это время заинтересованно принюхивающийся, подался вперед, рискуя свалиться с рук девушки, и протянул лапки к букету. Вампир невольно усмехнулся и отдал цветы ему. Шуш счастливо вздохнул. Ло поднял на знахарку свои волшебные глаза, она улыбнулась, отступая, но не сдаваясь.
— Ну что ж, можно попробовать… — прошелестел ее голос в ночи.
«И тебе с ними не справиться», — почти вживую услышала она голос учителя в голове. Вообще, у Щапы был хороший нюх на людей.
Но Ло — вампир, а у шуша сейчас насморк.
— Резче! Резче, Ива!!! — Голос преподавателя по боевой магии бил прямо в мозг. — Это же нападение, Ива!!!
Сегодня их пятерке приходилось заниматься с Астером Многоликим. Это был отличнейший боевой маг, которого ректор невесть как сумел привлечь на преподавательскую работу. Свое прозвище он получил из-за разнообразия стилей, которые он практиковал в сражениях, что делало его невероятно опасным противником. В общении он был строг и холоден и, как учитель, подмечал все промахи, все недочеты. Обычно с их пятеркой занимался Владигор, но в связи с его отсутствием их перенаправили к этому высокому, худому валкарцу.
Девушка вот уже битый час воевала с идеальнейшим фантомом в виде среднего сложения мужчины. Астер, как и основная масса боевых магов, был приверженцем смешенного стиля боя: использование магии и холодного оружия одновременно. У Ивы получалось просто ужасно. Реакция была слишком медленной, внимание рассредоточенным, удары нечеткими, а решения неэффективными. Более всего в этот момент ей хотелось психануть, расплакаться и забраться в свою комнату, чтобы никто и никогда ее больше не трогал.
