— Кажется, нам повезло, — сказала Оливия.
— А… Как называется газета, которую вы представляете, сеньор? —
клерк догонял нас. — Не мог бы синьор сказать это?
Мы остановились, и служитель, запыхавшись, подбежал к нам. Оливия
хихикнула. Надо было быстро отвечать.
— Видите ли, приятель, мы представляем лигу умеренности, —
симпровизировал я. — Вопрос о Максони был просто уловкой. На самом деле мы
пишем статью под названием «Распитие спиртных напитков на работе и во что
это обходится налогоплательщику». Вам все понятно?
Клерк обалдело кивнул головой.
В дверях я оглянулся: он все еще стоял, хлопая глазами.
Музей Максони был солидным зданием с латунной табличкой, извещавшей,
что дом-музей-лаборатория изобретателя Джулио Максони открыт с 10 до
16.00, а по воскресеньям — с 13.00 и до 18.00.
Я позвонил.
Через несколько секунд дверь открылась, и оттуда выглянула заспанная
женщина.
— Вы что не видите? Закрыто! Сейчас же убирайтесь!
Я успел вставить ногу в пространство между дверью и косяком.
— Но на табличке написано… — начал я.
— Мало ли что там может быть написано. Приходите завтра.
Я засмеялся и налег плечом на дверь. Женщина попыталась
воспрепятствовать мне и уже было открыла рот, чтобы сказать что-нибудь
нелицеприятное.
— О, не говорите этого! — остановил я ее. — Графиня не привыкла к
выразительности здешней речи. Представьте себе женщину, которая очень
долго прожила на берегу озера Констанс. — При этом я многозначительно
показал глазами на стоявшую за моей спиной Оливию.
— Графиня? — выражение лица у женщины изменилось. — О, если бы я
знала, что ее милость окажет нам честь своим посещением…
— Вход, охраняемый драконом! — усмехнулась Оливия. — Но вот является
добрый рыцарь, который уничтожает этого огромного дракона одним словом.
— Я воспользовался маленькой ложью. Теперь вы — графиня. Смотрите
немного свысока и улыбайтесь.
Мы прошли по коридору и вошли в зал с высокими потолками и окнами,
застекленными матовыми стеклами. Вдоль стен тянулись стеллажи, гнувшиеся
под тяжестью огромного количества книг. «Интересно, где находится
лаборатория?» — шепнул я Оливии.
Она пожала плечами, и я продолжал свой обзор комнаты.
Взглянув на корешки книг, я заметил одну с названием «Эксперименты с
перемещением токами высокой частоты».
Взглянув на корешки книг, я заметил одну с названием «Эксперименты с
перемещением токами высокой частоты». Автор Никколо Тесла. Очень
интересно! Я взял книгу в руки. Сплошная бредятина — одни, вернее, почти
одни, математические знаки.
Я посмотрел остальные книги. Вряд ли здесь можно было найти то, что
нам нужно.
«Дракон» вернулся, успев переодеться и нанести слой косметики на
лицо. Она подобострастно посмотрела на Оливию, которая довольно холодно ей
улыбнулась. Я подмигнул своей спутнице и обратился к смотрительнице:
— Ее милость хотела бы осмотреть лабораторию великого ученого. Она
хотела бы видеть то место, где Максони совершал свои открытия.
Служащая, стараясь держаться поближе к «графине», провела нас через
сад к дверям лаборатории.
— Мастерские еще не полностью отреставрированы, — предупредила она,
открывая замок.
Зажегся свет, и мы различили какие-то запыленные, бесформенные
предметы, закрытые брезентом, немытые окна и пыль. Всюду пыль.
— Он здесь работал?
— Конечно, в те времена лаборатория была не так захламлена. Но,
видите ли, ваша милость, нам решительно не хватает средств и мы не можем
составить описание всех предметов, которые были у него в лаборатории,
избавиться от хлама и восстановить лабораторию в прежнем виде.
Почти не слушая ее, я незаметно осмотрелся. Где-то здесь может
быть… что-то, что нам так нужно. Я не знал, что я ищу, это мог быть
журнал наблюдений, рабочая модель или что-нибудь еще.
Я приподнял край брезента, покрывавшего стол и увидел неуклюжие
тяжелые трансформаторы, примитивные электронные лампы, мотки проволоки.
Массивный объект в центре стола привлек мое внимание. Я попытался
придвинуть его поближе.
— Но, сеньор, я настаиваю, чтобы вы ничего не трогали, — обратилась
ко мне привратница. — Здесь все сохраняется в том виде, в каком оставил
комнату профессор в тот фатальный последний день.
— Извините, но для меня все это выглядит просто ненужной кучей
железа, — безразлично произнес я.
— Да, профессор Максони был несколько эксцентричным человеком. Он
хранил самые разные вещи, и всегда пытался приладить их друг к другу. У
него была мечта, он часто говорил об этом моему покойному отцу…
— Ваш отец работал с Максони?
— А вы не знали? Да, он был его ассистентом в течение долгих лет.
— А не оставил ли он дневников о совместной работе с профессором?
— Нет, мой отец не был склонен к писанию. Но вот сам профессор очень
тщательно вел дневник. После него осталось пять объемистых томов. Это
просто трагедия, что у нас нет средств их опубликовать.
— Средства могут появиться, мадам, — многозначительно произнес я.
—
Графиня как раз очень интересуется изданием таких воспоминаний.
— О, ваша милость, — простонала смотрительница.
— Так что пока принесите эти тома сюда, чтобы графиня смогла
взглянуть на них.
— Они в сейфе, сеньор, но у меня есть ключ или был… еще в прошлом
году.
— Найдите его, милейшая, — потребовал я. — Ее милость и я терпеливо
подождем здесь, в комнате, где великий Максони так плодотворно работал.
— Но, может быть, лучше вернуться в зал? Ведь здесь так пыльно.
— Нет, нет. Мы подождем вас здесь.
Смотрительница кивнула головой и бросилась из лаборатории.
Оливия вопросительно посмотрела на меня в ожидании перевода (ведь
итальянского языка она не понимала).
— Я отправил ее за дневниками Максони, — произнес я.
— Брайан, что это?
Я подошел к столу и снял брезент. Тяжелое устройство занимало
центральное место среди других предметов.
— Это, — сказал я, не скрывая триумфа, — та самая катушка, которая
является сердцем привода МК. Имея ее и дневники старика, я уж постараюсь
построить шаттл.
10
Мастерская, которую я снял, была помещением двадцать на двадцать
футов, которое в прошлом занимал какой-то механик. В углах все еще лежали
ржавые детали парового двигателя, болты и гайки, металлическая стружка.
Старик, сдавший мне это помещение, с ворчанием выгреб кое-что и установил
обитый металлом стол. Это, плюс катушка генератора МК, которую я с помощью
довольно немалой суммы сумел одолжить у мадам-смотрительницы, плюс
дневники — это все и составляло мое лабораторное оборудование. Не так уж
много, но кое-что для начала.
Оливия сняла для нас комнаты неподалеку, более дешевые и удобные, чем
в гостинице. В ее комнате была маленькая плита, топившаяся углем: мы
решили в целях экономии питаться дома.
Я начал свою программу исследований, прочитав все пять томов
дневников профессора, большая часть которых была посвящена критическим
замечаниям по поводу тогдашней политической ситуации — столица Италии
переместилась из Флоренции в Рим и из-за этого мгновенно подскочили цены.
Здесь было также множество заметок о магнетизме, электричестве,
