чтобы сбить человека с толку и заставить изменить линию поведения. Не
самый удачный способ беседы для двух друзей.
— Правительство всех вероятных миров линии А, находящееся в мире 0-0,
в котором был создан генератор МК.
— Что сокращено буквами МК?
— Максони-Копини — имена ребят, которые изобрели эту штуку еще в 1893
году.
— Каким образом используется эффект МК?
— Создан привод, при помощи которого приводятся в движение шаттлы
Сети.
— Где осуществляются операции?
— Во всех мирах линии А, кроме Зоны Блайта, или, как говорим мы,
оперативники, везде, кроме Зоны Поражения.
— Что такое Зона Блайта?
— Каждая линия А в пределах тысяч параметров линии 0-0 представляет
собой адский мир Чациачии или…
— Что вызвало появление Зоны Блайта?
— Неправильное обращение с эффектом МК. Ваши парни, сэр, здесь, на
линии 0-0, были единственными, кто научился правильно управлять…
— Что такое линия 0-0?
Я обвел рукой вокруг:
— Этот мир, в котором мы сейчас находимся.
..
— Что такое линия 0-0?
Я обвел рукой вокруг:
— Этот мир, в котором мы сейчас находимся. Мир, где поле МК…
— Есть ли у тебя шрам на правой ступне?
Я улыбнулся.
— Угу. В том месте, куда попал главный инспектор Бейл, между большим
пальцем и…
— Почему тебя доставили в мир Империума?
— Я нужен был вам, сэр, чтобы выдать меня за диктатора района,
известного под названием Киайта.
— Имеются ли другие жизнеспособные линии А в пределах Блайта?
Я кивнул.
— Две. Одна — это опустошенное войной место с датой Общей Истории
около 1910 года, другое — это мой родной мир, известный под шифром
В-1-три.
— У тебя шрам от пули на правом боку?
— Нет, на левом. У меня также есть…
— Что такое дата Общей Истории?
— Это дата, когда истории двух различных линий А разошлись, образуя
параллельные миры.
— В чем заключается твое первое задание в качестве полковника
разведки?
Я ответил на этот вопрос и на множество других. В течение следующих
полутора часов он задавал мне вопросы интимные и служебные, спрашивая о
вещах, известных только мне и ему. И все это время восемь вооруженных
мужчин молча стояли за моей спиной.
Мое терпение уже иссякало, когда генерал, вздохнув, положил обе руки
на стол. Мне показалось, будто он только что опустил в ящик стола пистолет
и посмотрел на меня с улыбкой.
— Пойми, Брайан, что в этой любопытной профессии, которой мы оба
занимаемся, порой сталкиваешься с необходимостью выполнять много
неприятных вещей. Позвать тебя сюда вот так… — он кивнул на вооруженных
людей, которые молча покидали комнату, — и допрашивать, словно опасного
преступника — это одно из самых неприятных дел, выпавших на мою долю. Но
это необходимо, и, поверь мне, я очень рад, что все закончилось
благополучно.
Он поднялся и протянул мне руку. Я пожал ее, чувствуя, как
подавляемый гнев кипит у меня в горле, вероятно, мое настроение было
заметно.
— Позже, Брайан, может, даже завтра, я смогу объяснить тебе этот
фарс. А сегодня я прошу принять мои извинения за неудобства и неловкость,
которые я вынужденно причинил тебе. Поверь, что это было только в
интересах Империума.
Я без энтузиазма что-то пробормотал и вышел. Что бы ни затевалось, я
был уверен, что у Рихтгофена была веская причина это сделать. Правда, это
не улучшало моего самочувствия и не уменьшало моего любопытства. Но будь я
проклят, если стану сейчас задавать какие-то вопросы.
Никто не встретил меня, когда я шел к эскалатору. Я спустился вниз и
оказался в холле первого этажа.
Я спустился вниз и
оказался в холле первого этажа. Где-то послышался звук быстро удаляющихся
шагов, хлопнула дверь. Стало удивительно тихо. Здание Управления,
казалось, окуталось атмосферой таинственности.
И тут я стал принюхиваться. До меня внезапно донесся запах горящего
дерева, асфальта и дыма. Я направился в сторону предполагаемого источника
этого запаха, двигаясь быстро, но тихо. Я прошел мимо широкой парадной
лестницы, которая вела в приемный зал, и вдруг застыл на месте: мой взор
упал на темное пятно, четко выделяющееся на белом мраморе пола. В двух
ярдах от него виднелось второе. Форма обоих не вызывала сомнений: это были
отпечатки ног. В шести футах дальше по коридору был еще один след —
казалось, кто-то случайно вступил в горячую смолу и теперь оставляет за
собой этот странный отпечаток. Следы поворачивали налево по коридору. Я
осмотрелся — было тихо и спокойно, как в морге.
Я прошел через холл и остановился на площадке. Запах усилился и
теперь напоминал запах горящей краски. Идя по следам, я повернул за угол.
В двадцати футах от меня на полу коридора виднелась глубокая выжженная
полоса. А вокруг нее — множество отпечатков ног. Там были еще и брызги
крови, а на стенах отпечаталась кровавая пятерня, по размерам значительно
превосходящая мою.
Над табличкой с надписью «Служебная лестница» был еще один отпечаток
руки. На этот раз очерченный контуром вздувшейся и почерневшей краски. Мое
запястье конвульсивно дернулось — рефлекторное напоминание о пистолете,
который я взял по настоянию Люка.
До двери было два шага. Я взялся за блестящую латунную ручку и…
резко отпрянул назад, ибо она была раскалена. Тогда я обернул руку носовым
платком и открыл дверь. Узкие ступеньки вели куда-то вниз, в темноту.
Запах горящего дерева усиливался с каждым моим шагом. В темноте я достиг
подвала, на мгновение остановился и осторожно высунул из-за угла голову.
То, что я увидел, поразило меня.
На противоположной стене плясали неясные тени, очерченные красноватым
светом. Я вышел из-за угла, подошел к повороту, намереваясь выглянуть. В
пятидесяти футах от меня двигалась какая-то фигура, которая светилась во
мраке, как нагретая докрасна железная статуя. Она метнулась вдруг в
сторону, сделала какое-то движение, проскочила через узкий проход и
исчезла в открытой двери.
Мое запястье снова дернулось, и на этот раз я взял пистолет в руку
(он сразу придал мне чувство уверенности). Запах дыма стал сильнее. На
полу я увидел обуглившиеся отпечатки ног. Я подумал, что надо было бы
вернуться, поднять тревогу… Но я уже шел к двери. Все происходящее мне
очень не нравилось, но я шел по следу…
Запах теперь стал густым. Это был запах, смешанный с запахом горячего
металла кузницы и осенним запахом костров.
Я подкрался к двери, прижался к стене и рискнул заглянуть внутрь.
Свечение, исходившее от призрачной фигуры, отбрасывало красноватые
отблески на стены заброшенной кладовой — пыльной, темной, захламленной
мусором, который, как видно, собирались убрать, но так и не закончили
этого дела.
Свечение, исходившее от призрачной фигуры, отбрасывало красноватые
отблески на стены заброшенной кладовой — пыльной, темной, захламленной
мусором, который, как видно, собирались убрать, но так и не закончили
этого дела.
В центре помещения огненный человек склонился над распростертым на
полу телом в бесформенном комбинезоне. Руки огненного человека — странные
светящиеся руки в неудобных на вид перчатках — дергали, трясли жертву с
