От женщины несло потом, и Парамонову захотелось скорей ее отодвинуть.
— Кладите на стол фотографии и отъезжайте на стуле к середине кабинета, — нашелся он что сказать. Благо эти современные стулья ставят на ролики.
Сам же он изобразил, что впивается взглядом в фотографии. Хотя, если честно, глаза бы его не глядели на эти рожи. У мужа было лицо самодовольного бугая. Такой волевой руководитель, который, заперев кабинет, драит секретаршу. Обе бабы, толстые и грудастые, словно взяты из буфета мелкой железнодорожной станции. Насмотревшись на них, Парамонов прикрыл глаза, откинулся на спинку и заговорил, как бы отстраняясь от вещного мира:
— Вижу, вижу… Двухкомнатная квартира на пятом этаже… Это — ваша квартира… Ваш муж… Но там какой-то еще молодой мужчина.
— Это кто же еще там? — поинтересовалась тетка.
— Имя молодого мужчины… — Парамонов сделал вид, что вслушивается в эфирный мир, — имя молодого мужчины — Артем. Артюха…
— Так это ж сын мой! — обрадовалась клиентка, нисколько не удивившись сеансу ясновидения, которое доктор Парамонов только что перед ней продемонстрировал.
— Сын разговаривает по телефону… Я даже могу расслышать имя женщины, с которой он беседует. — Парамонов поднял предупреждающе руку, чтобы клиентка нечаянно его не отвлекла. — Да, я слышу… Женщину зовут Ольга.
— Верно! Его полюбовница! — снова обрадовалась клиентка. — Уж три года как любятся.
— Но у Ольги есть муж. И она не хочет с ним разводиться. Да, его зовут Виктор.
— Ага, Виктор. — Клиентка не удивилась и тут.
Это была вся информация, которую удалось надыбать Владлену по прослушке. Небогато. Но все же доверие клиентки было установлено.
Парамонов вынул из выдвижного ящичка золотистую нить с медным отполированным шариком на конце. Это был один из его рабочих инструментов — маятник. Зажав свободный конец нити, он вытянул руку с маятником так, чтобы шарик висел над фотографиями.
Методом Штангла он пользовался давно, даже не догадываясь, что этот метод так называется. Парамонову рассказал о работе с маятниками один забавный старикан в Перми. Только старик чаще привязывал охотничий нож на толстую веревку. Ну а уж Андрей Бенедиктович усовершенствовал этот метод, как сумел. И лишь потом прочитал о нем в книгах Штангла.
Расслабив руку, он сосредоточился на вопросе о первой женщине. Вопрос, обращенный к Высшим силам, всему миру и самому себе, так и звучал: «Есть ли интимная связь между мужчиной на фотографии и первой женщиной?»
В отличие от мнимых сеансов ясновидения такой диалог с маятником был настоящей работой экстрасенса. И порой он давал поразительные результаты. Правда, иногда наоборот — самые дикие. Маятник, поколебавшись немного, стал уверенно вращаться против часовой стрелки.
Маятник, поколебавшись немного, стал уверенно вращаться против часовой стрелки.
— Первая женщина отпадает, — сообщил Парамонов клиентке, которая смотрела на его манипуляции с маятником равнодушно, словно он при ней занимался этим ежедневно.
— Это Зинка, с его работы. Значит, с ней чисто дело? — переспросила она все же.
— Испытаем вторую, — сказал Парамонов вместо ответа.
Он снова расслабил руку и спросил о второй.
Однако и насчет второй ответ тоже был отрицательным.
Работу с маятником Парамонов любил. С тех пор как он потерял связь с Высшими силами, которая проявлялась у него сама по себе в детстве, это была одна из немногих ниточек, связывающая его со Вселенским разумом, Богом или, наоборот, с Сатаной. Маятник не требовал никаких сверхспособностей. И работать с этим простейшим инструментом мог бы научиться почти каждый. Если бы тренировался столько, сколько он.
«Хотя бы знать, в какой области трудится», — подумал о мужике Парамонов. Назовешь генеральным директором, а он, оказывается, на пару с лицом кавказской национальности всего-навсего держит ларек с шавермой. В принципе, эту бабищу можно было бы усыпить и пройтись вместе с ней по ее жизненному пути. Там бы какая-нибудь деталь высветилась. Но не хотелось полоскаться в ее подробностях. Потом до вечера будешь чувствовать себя немытым.
Но что-то говорить было надо. Тетка, шумно дыша, по-прежнему смотрела на него хотя и вяло, но требовательно.
Можно было с помощью маятника начать игру в вопросы и ответы. Идти, так сказать, от общего к частному. Но и эту волынку не хотелось начинать из-за нее.
Он снова прикрыл глаза и решил попробовать ускоренный метод — вступить в контакт с эфирным телом этого мужика. Даже произнес мысленно несколько заклинаний.
Как ни странно, что-то забрезжило. Словно проступающую из тумана, Парамонов увидел мужскую компанию, которая расслаблялась. Все они сидели обнаженными, прикрыв тело простынями. Выпивали. С ними была и дама. Но одна. И вроде бы они играли в карты. Да. Трое полуобнаженных мужчин, у одного были усы, с какими изображали маршала Буденного. И с ними полуодетая дама.
Вот откуда у Владлена в прослушке были слова: «Завтра встретимся на Пятой Советской, там и обсудим». Это сказал мужу клиентки кто-то другой. И в другом звонке тоже обозначалась эта Пятая Советская. На этой улице, по сведениям Парамонова, был полулегальный салон с сауной и прочими устройствами для расслабухи. Оттуда даже приходил вполне приличного вида человек, который предлагал ему там раз в неделю работать. Деньги обещались хорошие. Но только Парамонов не любил работать с мужиками.
Туманное видение исчезло, изгнанное веселой мыслью: ничего себе парни устроились — интимный салон преобразовали для игры в подкидного дурака. А может, в преферанс или бридж.
— Я увидел вашего мужа, но не с женщинами, а в кругу приятелей. У одного из них — большие усы.
— Ага, Витька Чемоданов! — обрадовалась клиентка. — Вместе работают. Ну и чего они там делали — водку хлестали? Так мой вроде бы не хмельной. — Она спросила это так, как будто он только что сунул голову в соседнюю комнату, где и узрел ее мужа.
— В карты играли.
— В карты?! — И клиентка из вялой тестообразной мгновенно преобразилась в мускулистую тигрицу. Она даже со стула соскочила. Словно надеялась тут же застать мужа за этим занятием. — В карты?! Я ему покажу карты! Я его из этих карт десять лет назад вытащила! Так он снова туда! Вы мне эту… видеозапись можете представить, с кем он там играет? Я бы за нее хорошо заплатила.
— В карты?! Я ему покажу карты! Я его из этих карт десять лет назад вытащила! Так он снова туда! Вы мне эту… видеозапись можете представить, с кем он там играет? Я бы за нее хорошо заплатила.
— Нет, таких возможностей пока нет, — с сочувствием развел руками Парамонов.
После того как по телевизору показали министра и генерального прокурора с женщинами, народ словно взбесился. Всем подавай видеозаписи с видениями.
— Я бы вам хорошо заплатила за такую пленку, — снова повторила клиентка.
«А что, если Владлен под суетится и с гляделкой…»
— Это будет очень дорого стоить, — проговорил он с сочувствием — Для записи видений нужна особая аппаратура…
— Да заплачу я!
Ей прямо не терпелось уличить мужа в этой игре. Даже несмотря на то, что в прошлые годы он, видимо, немало принес ей в своем клювике.
— Финансовые вопросы решает мой менеджер. Сейчас вы пройдете к ней и там договоритесь.
