Гангегороса подвели поближе к командирам. Диротренорос прищурился, осматривая пленника с головы до ног, и с интересом произнес:
— Несомненный мутант — это очевидно даже профану. Весьма необычный цвет кожи. Нос отсутствует, вместо него мы видим два продольных разреза-ноздри. Губы также отсутствуют, обнажая зубы и десны. Причем следует заме- тить, что ни нос, ни губы не были отрезаны или удалены иным способом — здесь безусловно потрудилась сконь.
Причем следует заме- тить, что ни нос, ни губы не были отрезаны или удалены иным способом — здесь безусловно потрудилась сконь. Было бы весьма любопытным понаблюдать за этим процессом — сокращались ли данные органы в размерах, пока не стали практически неосязаемыми рудиментами, или же они просто высохли и отвалились?
— Сокращались, — весело ответил Гангегорос. — Это не одномоментно произошло. После того как нас облучило в Судном Часе, одни изменились сразу же — и этим особенно не позавидуешь, уж очень болезненно у них все протекало. А вот другим, в том числе и мне, повезло больше — мы менялись постепенно. Кажется, у меня это окончательно прекратилось только через три месяца.
— Вот как? — искренне заинтересовался Диротренорос, — Весьма любопытные сведения. Говорите, болезненных ощущений у вас не было?
— Лично у меня — не было. У других — были.
— Чрезвычайно интересно. Скажите, а отсутствие губ не мешает вам разговаривать?
— Поначалу мешало. Потом я привык — сейчас-то разговариваю, как видите. На самом деле это не так уж сложно — надо только приноровиться.
— А шрамы вот эти — они откуда, не поделитесь? Не очень верится, что они случайно получились такими аккуратными.
— О, это весьма занятная история, — клацнул челюстями Гангегорос. — Собственно, начать следует издалека — еще с того времени, когда я только-только явился на распределение…
Сидящий в кабине Моргнеуморос напряженно следил за монитором. Пока что Гангегорос успешно заговаривает врагу зубы, но вечно это продолжаться не будет — с минуты на минуту кто-нибудь вспомнит, что в танке осталась одна из своих.
Надо срочно принимать какое-то решение — только вот какое? Атаковать бесполезно — силовая установка по- прежнему включена. Отступать бесполезно — геродермы расстреляют в мгновение ока. У него есть заложник, но это всего лишь рядовой боец — не слишком ценная фигура…
И тогда Моргнеуморос принял решение. Он оценил расстояние между танком и бронетранспортером, осторожно взялся за рычаги и… что есть силы надавил на газ.
Шестиногая машина совершила резкий скачок. Вот только что еще неподвижная, словно застывший в окоченении жук, она устремилась вперед с максимальной скоростью. Расслабившиеся бойцы в геродермах схватились за оружие, на лице Диротренороса отразился страх, Гангегорос хищно хохотнул…
Силовая броня превосходно защищает от энергетических атак разного рода. Лазерные лучи, плазменные сгустки, магнаторные импульсы — все это томурайская силовая установка отразила бы без труда. Но тяжеленный танк проломил эту защиту, как мыльную пленку. Не ожидая такой атаки, почитая кабину совершенно пустой, томурайцы промедлили какую-то долю секунды — и этого оказалось довольно.
Моргнеуморос вылетел из люка, когда ноги танка еще двигались. Уродливый мутант пронесся по воздуху живым снарядом и схватил за шкирку опешившего Диротренороса. У горла старика зажужжал циркулярный виброрезак.
Одновременно с ним крутанулся и Гангегорос. Правая нога взлетела кверху, нанося страшный удар в ухо томурай- скому командиру. Тот в последний миг дернул головой и схватил мутанта за талию — но Гангегорос лишь совершил полуоборот, легонько ударяя противника под ложечку. Казалось, что он едва его коснулся, однако этому возражали выступившие на глазах слезы и сдавленный кашель. Рукопашный бой бигору знает несколько поистине страшных приемов.
— Всем стоять! — рявкнул Моргнеуморос. — Оружие бросить! Живо бросить, не то грохну его на [цензура]!
Томурайцы растерянно глядели на Диротренороса с лезвием у горла и бессильно хрипящего командира.
В душах солдат закипала ненависть к проклятым мутантам. Неуже-
14 Дети Судного Часа
ли же эта погань до скончания века будет бродить по земле?! Неужели людям никогда не доведется вздохнуть свободно?!
— Вы… — процедил какой-то солдат, крепко сжимая лазер.
— Что, этот вам не нужен? — удивился Моргнеуморос, на волос приближая виброрезак к коже старика. Все глядящие на это невольно сглотнули — еще чуть-чуть, и кровь брызнет фонтаном.
— Бросить оружие!.. — прохрипел командир. — Немедленно!..
Через полминуты на земле лежала гора разнокалиберных стволов. Бронепехотинцы оставили свои геродермы, из бронетранспортера тоже всех выгнали — шеренга томурай- цев мрачно таращилась на двух мутантов и своего обожаемого лидера. Гангегорос слазил за плазмометом, перезарядил баллон со сжатой смесью и теперь ехидно ухмылялся, держа палец на сенсорном спуске. Моргнеуморос ощупывал обезоруженных солдат мрачным взглядом, не опуская виброрезака. Даже если по нему хлестнут пульсатором или стрекалом, он успеет дернуть рукой.
— Уже второй раз вы берете меня в заложники, — печально вздохнул Диротренорос.
— Комбат в этом спец, — усмехнулся Гангегорос.
— К сожалению. Каковы будут ваши требования?
— Немедленно отвести «Холмы» от ГИОТ, — приказал Моргнеуморос.
— Отказываюсь, — без раздумий ответил Диротренорос.
— Что-что?!
— Отказываюсь, — повторил Диротренорос. — Вы можете меня убить, но гнездовье мутантов будет вскрыто, сами они — истреблены, а присвоенные ими сокровища — переданы более достойным.
— Да ты что, издеваешься?! — прорычал Моргнеуморос.
— Отнюдь, — хладнокровно ответил Диротренорос, — Не так уж я трясусь за свою жизнь, как вам могло показаться. Ради дела Очищения не жаль никаких жертв.
Что-то подсказало Моргнеуморосу — здесь не помогут ни угрозы, ни пытки. Этот фанатик не отзовет войска, хоть режь его на кусочки.
— Вы двое, можете уйти живыми, — брезгливо предложил Диротренорос. — Берите любую машину и убирайтесь куда угодно. Обещаю, что вас не будут преследовать.
— Но мы же мутанты, — напомнил Гангегорос. — Разве нас не нужно… обезвредить?
— Два-три мутанта погоду не сделают. Важно прихлопнуть ваше логово, а не гоняться за каждым в отдельности.
Моргнеуморос в ярости обернулся к гигантскому куполу ГИОТ. Там все оставалось по-прежнему. «Холмы» методично зачищали окрестности, их противники отступали к последней линии обороны, не в силах противостоять комбай- нам-дезинтеграторам. Еще немного, и все будет кончено.
И тут один из «Холмов» упал.
Это произошло без видимой причины, внезапно. Словно экипаж боевой машины вдруг рехнулся и отключил генератор антигравитационного поля. Нет, даже не отключил, а сломал — сломал резко и безжалостно.
Моргнеуморос не представлял, сколько может весить такая громадина, как «Холм-9000». Сказать «много» — значит, ничего не сказать. Свалившись с высоты всего лишь двух человеческих ростов, «Холм» устроил настоящее землетрясение. Его нижняя половина совершенно скрылась в туче пыли и скони, поднятых от страшного толчка.
Забыв о неловкой ситуации, томурайцы и мутанты равно пораженно глядели на рухнувшего колосса. Фантастически прочный, он остался целехоньким, но лежал недвижимо, как каменный утес.
Фантастически прочный, он остался целехоньким, но лежал недвижимо, как каменный утес. Белый «глаз» дезинтегратора потух, стрельба прекратилась.
— Ого, — приподнял брови Гангегорос. — Твои ребята подбили «Холм», комбат. Не ожидал.
