Когда от валяющейся возле колодца рассохшейся колоды стали доноситься хлесткие удары розги по жестким и непокорным крестьянским спинам, волшебник отвернулся к гному, с любопытством наблюдающим за телесным наказанием. Тот ухмыльнулся и проворчал.
— Впервые вижу такое! Не столько больно, сколь урон для чести — голым задом светить. Надо будет нашим старейшинам отписать про ваши забавы, а то с молодыми иной раз спасу нет…
Чуть смутившись, Локси вздохнул.
— Ладно, ладно тебе, борода. Лучше скажи — можно ли к дому будущему башенку пристроить — изящную такую? Всегда мечтал иметь комнатку или спальню в башне, чтоб окна со всех сторон и света побольше…
Борг погладил бороду, подумал и кивнул.
— Можно, отчего ж нет. Я старшим бригад объясню… да вот и они.
В самом деле, к ним степенно подходили два гнома — пониже, чем Борг, но по их виду, а также заткнутым за пояс топорам сразу было видно, что это мастеровые, да не из последних — знающие себе цену. Поклонившись едва ли не до земли своими бородищами, бригадиры поздоровались и, прищурясь, стали осматривать место, слушая пояснения лорда.
— …Подробности — у Борга, рыжего хоббита и Стеллы. — закончил Локси.
— А кто такая Стелла? — поинтересовался один из гномов, разматывая с извлеченного из бездонных карманов колышка бечевку с узелками и намереваясь начать замеры.
— Как увидишь или услышишь — сразу узнаешь, — ухмыльнулся Борг. — Маленькая буря…
В это время с улицы на будущую площадь вылетел всадник на взмыленном коне. За спиной его, цепко держась, сидела дочь трактирщика в вязаной безрукавке и со счастливым лицом. Это был один из солдат, что по приказу десятника, задержавшись в городе с девчонкой, теперь привез ее от целителя.
Однако, кубарем слетев с поводящего боками коня, запыленный солдат сунул трактирщику его дочь и, придерживая болтающийся на боку короткий меч, сразу бросился к своему лорду.
Едва отдышавшись, он отсалютовал и выпалил.
— Ваша светлость! По дороге сюда барон Дюферк со своей дружиной едут. Они по большаку гору объезжают, а я тропкой пастушьей срезал, чуть коня не загнал…
— Сколько с ним людей? — деловито приценился Локси. Не иначе, как до соседского барона дошла весть о непонятных в лордстве Мэй событиях, и тот самолично решил проверить слухи. И если удастся — захапать землю себе?
— Более полусотни конных, ваша светлость, все при оружии, — без запинки ответил солдат, размазывая пот по грязному от пыли лицу.
— На визит вежливости мало похоже, — заметил подоспевший Щигл. По его физиономии не было заметно, чтобы он волновался — каждый знает, что даже самый уставший маг запросто разнесет полсотни солдат. Или заманит в такую трясину и глухомань, что дай боги живыми ноги унести. А может и хворость какую напустить — сам не рад будешь…
— Как девчонка?
Солдат пожал плечами.
— Целитель там пошептал чего-то, дал настойку, да сказал пить, и — через седьмицу все будет в порядке.
Локси бросил солдату большую, блеснувшую на полуденном солнце золотую монету.
— Благодарю за службу. Отдыхай, — и повернувшись к Щиглу и уже управившемуся с воспитанием крестьян Ревазу, спросил.
— В лошадях кто разбирается?
Те кивнули на радостно улыбающегося солдата.
— Да вот он и есть, Корки-то — любая коняка у него и ухожена, и послушна.
— Корки, если будешь служить так же и дальше — быть тебе десятником. А сейчас подай мне и Боргу пару хороших коней.
Просиявший солдат бросился со всех ног исполнять приказ, а волшебник повернулся к десятникам.
— Щигл, ты со своими отдыхаешь здесь, Реназ — сажай десяток на коней и за мной. Сейчас соседский барон на всю жизнь запомнит, что такое боевая магия…
— Ваша светлость! — вытянулся Щигл. — Дозвольте слово молвить?
— Ну, и? — нахмурился лорд.
— У барона Дюферка брат мой служит… может, как-нибудь без смертоубийства? — старый солдат виновато смотрел на своего хозяина.
Вздохнув, Локси ткнул того кулаком в плечо.
— Посмотрим. Если барон и его люди проявят благоразумие, никто не пострадает. Тогда оставайтесь здесь и ждите меня. Борг, за мной!
Вилли фон Дюферк отнюдь не отличался кротким нравом. Да и, по правде говоря, этакие мирные голубки на свете долго не заживаются. А посему, едва утром до него дошла весть, что в соседнем с ним маноре происходят какие-то непонятки, а тамошнего лорда уже и под забором закопали, он не медля ни мига кликнул сбор.
Ведь деревенька, тем паче в таком хорошем месте, да с лесами, лишней не будет. Если удастся ее присоединить к себе без особых хлопот, на будущее лето вырисовываются совсем неплохие перспективы. Можно прикупить стадо жеребцов с новых прибылей, а можно и замок подлатать, в порядок привести…
И такие вот мысли совместно с солнышком весьма приятно согревали барона, пока он ехал по дороге в сопровождении своих солдат и совсем уже хозяйским глазом озирая раскинувшиеся места.
Так что ход мыслей соседушки Локси предугадал почти верно. Пока фон Дюферк трясся на могучем жеребце, что только и мог нести тяжеленную баронскую тушу вместе с доспехами, мечом и прочим железом, молодой волшебник проскакал по дороге в сопровождении лишь Борга, и выбрал место встречи.
Здесь дорога, по которой они приехали, выходила из леса, а уже показавшаяся из-за склона горы пыльная и иногда поблескивающая колонна непрошенных гостей потихоньку, щадя коней, приближалась сюда. А волшебник тем временем спешился, привязал недовольно косящегося на седока коня к придорожной сосне и, закурив, присел на старый пенек.
— Борг, ты вообще, кем был до того, как ко мне прислали?
Гном не спеша окутался клубами дыма, тоже взяв огня с кончика пальца Локси, и только потом отозвался.
— Сотником в «Кулаке».
— Ого! — молодой лорд удивленно покачал головой, беспечно наблюдая за приближающимся отрядом. Дело было в том, что особый, ударный полк тяжелой гномьей пехоты, за свою выучку и подвиги носящий это простое и гордое имя, считался элитным и едва ли не образцом для подражания. Стало быть, сотника Борга можно было смело приравнять к прошедшему огонь и воду боевому офицеру с кучей наград на груди. Однако, непростой этот борода…
— Интересно, а в каком качестве тебя прислали? Уж не ткнуть ли чем острым в спину, когда прикажут? Может, тебя тут втихомолку и поджарить?.. — Локси специально пошел на обострение, чтобы посмотреть на реакцию такого могучего и, судя по всему, весьма неглупого бойца.
Однако Борг даже не подумал хвататься за секиру. И даже не стал вскакивать с кочки, которую вмял в землю своим седалищем.
— Да нет, лорд — я солдат, а не полночный убивец. Думаю только, что однажды попросят вас об услуге… не бесплатно, разумеется. Вы ж вроде, с Кольцом-то, вскорости в такую силу войдете, что только держись. Вот и решили наши седобородые с вами вроде как подружиться.
Локси, прищурившись, посмотрел на приближающихся всадников. Эк им сейчас, небось жарко — на солнышке-то, да в железе. А тут в тени красота…
— Не убедил, Борг. Если ко мне по-хорошему, то и так договориться можно, — он выпустил последнюю струйку дыма и принялся выколачивать трубку о каблук сапога.
— А кто ж вашу светлость знает… не в обиду будь сказано — Сила ко всяким приходит. И слишком многие после такого становятся, как бы это помягче сказать… — гном замялся, подбирая слова, и только сердито пыхкал своей трубкой, отчего стал похож на обвитую дымом маленькую гору.
