— Имею честь служить князю Лоттвиц-Лоер из Альдоваара, — коротко склонил я голову.
— Вы дворянин? — ошалело спросил Дериц.
— Заморский, — коротко ответил я. — Я с востока. Ну что, вы успокоились? Или все-таки придется вызывать меня на поединок? Учтите, у меня нет меча, а ни у вас, ни у ваших друзей я не вижу пистолетов. К тому же я не уверен, что мой господин будет доволен, если я ввяжусь в драку. Но если вам очень хочется, могу съездить пару раз по роже.
Мне показалось, что сейчас он упадет. У парня было честное, хотя и несколько испорченное надменностью лицо, и мне было бы очень неприятно драться с ним по-настоящему. Мой расчет оказался верным: Дериц, краснея, неловко поклонился и прошипел — так, чтобы его не услышали товарищи:
— Я не разглядел ваш пистолет. Вы же сидели… немного неудобно.
— Бывает, — так же тихо ответил я. — Ну что, может быть, выпьем за примирение?
Он радостно кивнул и позвал разносчика. Через полминуты я уже сидел в компании молодых музыкантов и их подружек, пил вино и горестно рассказывал о том, что у меня на родине идет ужасная война, на которой я потерял всю свою семью, а потому мне не оставалось ничего другого, как удирать в благословенную Пеллию. У самой младшей из девчонок, рыжеволосой и чем-то похожей на удивленную белку, часто заплясали ресницы.
Дериц, понявший, что я расположен вполне дружелюбно и совсем не желаю вспоминать про его глупость, охотно подливал мне вина и, кажется, даже гордился тем, что именно ему выпала честь привлечь в компанию столь необычного гостя.
— Вы здесь с братом, старина? — спросил я между глотками.
— Да, — чуть порозовел Энгард, — он недавно женился.
«И ты, мой друг, был бы не прочь сделать то же самое, — догадался я. — Что ж, если ты сможешь быть достаточно настойчивым, то и тебе, пожалуй, перепадет от этого пирога… и впрямь: какая женщина!»
В зале начались танцы. Молодые люди, подхватывая своих юных фей, поволоклись принять участие в плясках, Энгард же, коротко куснув губу, остался со мной на диванчике.
— Я не умею, — признался он мне с мучительно выдавленной улыбкой. — В детстве упал с пони, нога срослась неправильно, мне ее ломали, и потом я отчаянно боялся учителя танцев. Так из меня ничего и не вышло. А вы?.. вы остались из-за меня?
— А я просто отказался учиться, — почти честно ответил я, — так как предпочитал торчать в библиотеке или махать мечами. И вообще, откуда бы мне знать пеллийские танцы?
Дериц сочувственно покачал головой и вновь принялся за вино — похоже, свадьба старшего брата порядком выбила его из колеи.
— Мне, кажется, приходилось слышать про вашего господина. Он королевский корсар, да?
— Чистая правда. А я судовой врач его барка.
Парень едва не свалился с дивана. Видимо, мой авторитет вырос в его глазах до невообразимых высот.
Видимо, мой авторитет вырос в его глазах до невообразимых высот. Это было немного смешно, так как нас разделяли от силы два года, — но, с другой стороны, год назад, оказавшись в его шкуре, я вел бы себя точно так же.
— Он подобрал меня там, на востоке, — объяснил я, смакуя отличное пойло, — у него умер врач, и тут случайно подвернулся я. В детстве отец старался дать мне разностороннее образование — а мой духовник был превосходным лекарем.
— Как я вам завидую, — произнес Дериц. — Я тоже мечтаю поступить на королевский флот. Теперь, когда отец умер… наверное, я смогу это сделать. Вот если бы попасть на корабль его светлости! Говорят, у него лучшее судно в Пеллии.
— Да, барк производит впечатление, — согласился я. — Но вряд ли он возьмет вас к себе. Нам, видите ли, предстоит долгое путешествие на запад. Ну что, пойдем посмотрим на танцующих?
В зале мы пробыли недолго — вынырнувший откуда-то Эйно сообщил мне, что чета Дерицев собирается домой и мы едем вместе с ними, так как у леди Эрны разболелась голова, а господин Холгер хочет продолжить попойку во что бы то ни стало. Он подмигнул мне, а я подмигнул Энгарду. Парень скорчил умильную мину, поклонился Эйно и отправился распорядиться насчет кареты.
— Вы что, успели подружиться? — подозрительно спросил у меня князь.
— Сперва чуть не подрались, — отозвался я, — но теперь все на мази. Он отличный парень.
— Прекрасно. Такие связи не будут лишними. Едем…
Я не стал прощаться с хозяевами — собственно, насколько я помнил церемонию, это не входило в мои обязанности. В ожидании, пока Эйно высосет еще пару бокалов, я выбрался на свежий воздух и тут только обнаружил, что от громкой музыки меня слегка мутит. Следовало выпить. Пока я размышлял, как бы попросить об этом прислугу, к подъезду подкатил огромный, обшитый кожей сундук с затейливым гербом на дверце, и с козел лихо спрыгнул Энгард. Услышав мою жалобу, он щелкнул пальцами, нырнул вглубь кареты и вернулся с флягой в кожаном чехле — похоже, Дерицы стремились зашить в кожу все предметы своего обихода. Я не удивился бы, обнаружив кожу на крыше фамильного гнезда.
Леди Эрна наполнила салон кареты удушливым смрадом своих духов, крепко перемешанных с винной отрыжкой. Она уселась со своим мужем, постоянно смеющимся молодым мужчиной в черном костюме, и принялась томно обмахиваться веером. Холгер и Эйно без умолку трещали о морских делах, до которых Дериц-старший был большим поклонником. Как я понял, он тоже мечтал о флоте, но не смог попасть на службу по упрямству старого отца, который вообразил, что море слишком опасно и вообще их семья и так много служила короне в океанах. Поэтому королевскую повинность он отбывал хоть и морским офицером, но на берегу, занимаясь поставками канатов, смолы и всего прочего. Что, конечно, считал унизительным — да только папаша откинул копыта слишком поздно, когда проситься на корабли было уже действительно глупо. С горя господин Холгер взял да и женился. Я так и не понял — жалел он об этом или нет?
В особняке — а Дерицы обитали в довольно милом старом доме наподалеку от набережной, — мигрень леди Эрны как рукой сняло, и она вновь принялась за Эйно. Я не стал наблюдать, что там у них срастется дальше, а, испросив разрешения, уволок Энгарда в сад. От дыма, шума и духов мигрень уже начиналась у меня.
— Святые и грешники! — сказал я, усаживаясь на каменную скамейку. — Мне опять захотелось в море. Впрочем, в ближайшее время я насмотрюсь на него до тошноты.
— А скажите-ка, — судя по всему, Энгард Дериц еще не овладел высоким искусством пьянства — язык у него уже начинал заплетаться, — не случалось ли вам видеть морских демонов?
— Демонов? Даже и не слыхал о таких.
— А скажите-ка, — судя по всему, Энгард Дериц еще не овладел высоким искусством пьянства — язык у него уже начинал заплетаться, — не случалось ли вам видеть морских демонов?
— Демонов? Даже и не слыхал о таких. А что вы имеете в виду?
Дериц напустил на себя ужасно умный вид, почесался и вновь потянулся за бокалом.
— В одной из рукописей моего деда описывается, как морские демоны спустились в одной лагуне, далеко на западе, там, — он махнул рукой на север, — а перед этим, рано утром, почти на рассвете, мой дед, адмирал, сам наблюдал полет зеленой звезды, предвещающей появление морских демонов. Я сам читал…
— Как вы сказали? — я принялся набивать трубку, пытаясь таким способом скрыть неожиданно охватившую меня дрожь. — Зеленой звезды? Интересно… правда, я редко стоял вместе с ночными вахтенными — я, если вы помните, всего лишь лекарь, — и, кажется, о зеленых звездах я не слышал. И часто их видят на западе?
