А когда Хенрик должен был получить аттестат, на его имя пришло приглашение из замка Монтаеззи.
— Вы знали, что ваша сестра планирует похитить милорда Зигеля дель Ксаро?! — Задал вопрос председатель и я вновь напрягся.
— Нет. — Отрицательно качнул темноволосой головой маг. — Не знал.
У меня отлегло от сердца. Непонятно, когда они успели сговориться, но им это может помочь. А я, естественно, не стану их выдавать.
А я, естественно, не стану их выдавать. Потому что имею своё мнение по поводу всех произошедших в замке событий.
— И знать не мог. Ведь это я придумал и провел операцию по захвату милорда. Неужели вы поверили, что нежная, добрая девушка может измыслить, а тем более осуществить такой план? — Уверенно и чуть насмешливо сообщил королю Хенрик, заставляя меня крепче вжаться в кресло. — Мне давно стало понятно, если вернется Терон, то он выгонит из замка и меня и мою жену! Да и сестре придется несладко. До нас доходили слухи из столицы… он был хорошо известен как игрок, задира и грубиян. Если бы ему удалось склонить к ненавистному браку мою сестру, думаю, он бы быстро превратил нашу спокойную жизнь в ад. Вот я и предпринял кое-какие действия. И очень жалею, что они не увенчались успехом.
Ну всё. Он закопал и себя и ее. Теперь никто не поверит в глупую выходку не знающей реальной жизни девчонки. Сейчас налицо преступная семейка, всеми силами цепляющаяся за не принадлежащее им по закону именье.
— А как же ему удалось сбежать, раз ты так хорошо все продумал? — Интересуется председатель.
— У него был спрятан на груди амулет переноса. Я не догадался его обыскать. — признался Хенрик.
— А почему с ним вместе в перенос попала твоя жена? — Смотрит испытующе король.
— Случайно. Она ничего не понимает в переносах, и когда увидала, что Зигель исчезает, испугалась за него и схватила за камзол.
— А если бы Зигель уперся и ни в какую не захотел жениться? — Интересуется председатель, и я замираю.
Все. Смолчать про то, что я провел в подвале три дня, мне не удастся!
— Мне пришлось бы… подлить ему одно из тех снадобий… что делают людей сговорчивее. — Вздохнул Хенрик, почему-то быстро взглянув на меня.
Ну, хоть что-то сообразил. Однако это теперь такая мелочь, по сравнению с тем, в чем он признался!
Ему задали несколько не существенных вопросов и отправили в его комнату.
Несмотря на то, что каждая из этих уютно обставленных комнат имеет примыкающую умывальню, на окнах там стоят красивые витые решетки, а двери запираются на ключ. И стены защищены заклинаньями.
Чтобы те, кто выйдет оттуда свободным человеком, не могли пожаловаться на неудобства, а те, кому хотелось бы быть отсюда подальше, не смогли осуществить свои желания.
Председатель объявляет перерыв на час и мы встаем, проявляя таким образом почтение к стремительно выходящему прочь королю.
— Идем, выпьем чаю со свежими пирожками, — зовет Кларисса, и я нехотя плетусь за ней.
Не хочу я сейчас ни есть, ни пить, от точащей душу тревоги мне хочется сделать что-нибудь такое… чего не ожидают от меня те, кто уверен, что знает меня как себя.
Мы проходим мимо комнат, в которых заперты привезенные на сегодняшний суд подозреваемые и я мечтаю, чтобы двери хоть на миг стали прозрачными. Не все… только в одной комнате.
После перерыва в судную комнату ввели Мари. На голове девушки одет простенький чепчик, а выглядит она побледневшей и утомленной. Хотя маги уверяют, что здоровье ей подправили.
Девушка провела всю ту ночь, когда мы их искали, и следующий день, взаперти в маленькой заброшенной охотничьей избушке на болотах. Осенью, когда начинается перелет гусей и уток, в тех местах многолюдно, и её освободили бы быстро. Но сейчас весна и, пока до нее не добрались маги, Мари сидела, забравшись с ногами на стол, потому что по полу, оказывается, бегали мыши.
— Как твое девичье имя? — Первый же вопрос председателя вгоняет Мариту в легкий ступор.
Она оглядывает нас подозрительным взглядом, тяжело вздыхает, словно ей предстоит прыжок с моста в реку и тихонько бормочет:
— Марита Чануа.
Король вопросительно глянул на Клариссу, получил подтверждающий кивок и нахмурился.
— Кто может подтвердить, что ваш брак состоялся без применения силы и незаконных действий? — Взглянув на короля, переводит в слова его недовольство милорд.
А с чего его величество должен радоваться? Единственная дочь одного из самых толстых денежных мешков столицы могла бы оживить своим приданым любую из захиревших знатных фамилий.
— Я. — Произношу заранее приготовленное слово и это первое, что я сказал за сегодняшнее судилище.
— Как вы познакомились со своим мужем? — продолжает милорд совершенно не имеющие к делу вопросы.
Однако никто из нас не протестует. Король тоже человек и ничто человеческое ему не чуждо, в том числе и любопытство.
Да и я пока не имел случая поподробнее узнать эту историю.
— Я его обругала. — Чуть виновато и мечтательно вздыхает Марита. — Я приехала в одну из лавок отца, туда утром привезли расписанные вручную отрезы антийского шелка… я собиралась отложить себе парочку. А он стоял у прилавка и выбирал бусы. Это я потом увидела… когда задела его локтем. Он оглянулся… и нечаянно порвал нить… бусы рассыпались. А я и сказала… неужели есть девушка, которой нравится этот растяпа?! Он покраснел… и стал таким милым… и пробормотал что это бусы для сестры. Продавцы кинулись помогать собирать бусинки, а я пошла в ту комнату, где лежали ткани. Но в дверях услышала… как он попросил прислать эти бусы в гостиницу «три коня». Я потому и запомнила… смешное название. А вечером отец познакомил меня с каким-то облезлым бароном и объявил, что это мой жених и что свадьба через три дня. Он, наверное, боялся… если у меня будет больше времени, я очухаюсь и придумаю, как удрать. Но мне хватило и трех дней. А когда я убежала… то помчалась в эти «три коня»… больше мне некуда было идти. Я не сразу сказала ему свое имя… просто объяснила, почему убежала. Он велел подождать и ушел. Я только много позже узнала, что он маг и может запутать следы. Если бы не он, меня поймали бы через день.
— Через несколько часов. — Сухо поправляет ее Кларисса, но в глазах у нее мелькают смешинки. — Тебе очень повезло, что Хенрик вовремя подчистил следы.
— Да. — С гордостью соглашается Марита. — Он самый лучший!
— А ты знала, что он решил захватить в плен милорда Зигеля, чтобы женить на своей сестре?! — Строго спросил осмелевшую девушку председатель, и она внезапно расхохоталась.
— Это, небось, он вам такое наплел? Ох, не могу! Да вы на них посмотрите, что он, что сестра, они же слова поперек правил приличия сказать не могут, не то, чтобы закон нарушить! Куда им, такие планы придумывать! Это я сама дельце провернула, и слуг приглядела и подкупила, и Зигеля в замок привезла! Да спросите его самого, кто с ним в подвале разговаривал? Можете даже опознанье устроить. Только парик мне черный отдайте, я тогда Ортензию изображала! И утром, пока он спал, в спальню пробралась, чтоб потребовать исполнения клятв… какие он якобы ночью давал… а он гад такой, перенос открыл. Я его удержать хотела… не пустить… За камзол ухватила… да куда там… здоровый, бугаище!
