— Ужин! — подхватил господин Авдрис. — Поужинаете — и сразу в путь! Эх, молодость!.. Эх, молодость…
Оруженосец толстяка спешился, чтобы придержать стремя, толстяк с трудом вскарабкался в седло, бормоча:
— Эх, молодость… как я вам завидую, эх, вот это настоящая жизнь — перехватил кусок на ходу, и в путь! В путь!
Кавалькада проскакала к башне, во дворе все спешились, хозяин, смешно переваливаясь на ходу, умчался на кухню отдать распоряжения поварам. По дороге толстяк метал громы и молнии — исключительно в переносном смысле, — грозя слугам, что казнит их, если не сумеют угодить друзьям господина. Страшные проклятия, изрыгаемые сеньором, никого не пугали.
Авдрис не обманул — все мигом завертелось, гостей почтительно проводили на второй этаж строения и усадили за стол, на котором с невероятной скоростью стали возникать блюда с яствами. Сперва, пока не зажарилась свежатина, — колбасы, сыры и печенье.
Джегед озирался и поминутно давал объяснения Морогану, которому было любопытно все, до последнего гвоздя. Парень хорошо разглядел башню Скарлока и Серую Чайку — древние крепости, возведенные за многие века до нисхождения Павшего. А здесь был обычный замок, даже не слишком обширный и грозный. Что он выстроен в виде цилиндрической башни — всего лишь дань традиции, это обычное поместье небогатого сеньора.
Конечно, Авдрис — маг, как и все здешние владетели, но не богат и не родовит. Что, разумеется, не имеет большого значения. Хозяин несколько раз возникал в зале, клялся, что сейчас сядет за стол, вот только отдаст последние распоряжения, вот самые распоследние — и тут же уносился, выкрикивая приказы: какой соус подать к говядине, какой бочонок поднять из подземелья, какие кубки еще выставить на стол…
— Откуда ты знаешь этого чудесного господина? — поинтересовалась Инига.
— О, — Джегед ухмыльнулся, — прежде Авдрис занимался тем же ремеслом, что и мы с Годвином. В свое время я отбил у него несколько выгодных заказов, но, надеюсь, он меня простил. Я был молодой, задиристый, не то что нынче… Славное времечко! Я рад за Авдриса, он, между нами говоря, был не очень удачлив в деле, зато хозяин поместья из него вышел превосходный.
— А в этом ты убедишься, когда заглянешь на обратном пути, как обещал, — объявил толстяк, врываясь в зал. — И не меньше трех дней… Павший меня помилуй! Не меньше недели, старый друг! Старый враг! Ах, Джегед… как славно, что ты заехал сюда!
— Старый враг? — удивился Мороган.
— Да, милый мальчик, — подтвердил Авдрис, — представь себе, однажды мы с Джегедом оказались по разные стороны ратного поля. Его заслуга, что оба живы до сих пор. Он взял меня в плен едва живого и самолично выходил. Джегед спас мою жизнь — после того, как отделал меня столь славно, что едва не угробил.
— Это было давно, — неохотно вставил Джегед, — я только начинал карьеру солдата удачи и не умел сдерживаться. Никогда себе не прощу…
— Пустое! — махнул пухлой ладошкой хозяин. — Главное, что мы живы! Ох, помню, как я был удивлен, открыв глаза и увидев над собой этого молодца, который глядел на меня, как заботливая мамаша на недужное дитя! Старина, у тебя была такая глупая улыбка!
— Я узнаю о тебе все более удивительные вещи, — улыбнулась Инига, глядя на Джегеда.
Для девушки все было в порядке вещей, ничего странного, в ее замок явился отважный герой, и, куда они ни попадут — его все любят, вспоминают его подвиги и добрые поступки, жених Иниги совершил немало славных деяний! Точно как в романе!
— Выпьем за славного Джегеда! — объявил хозяин, поднимая кубок.
— Теперь ты не таков, — подмигнул приятелю Годвин. — Никого не выхаживаешь.
— Теперь я стал аккуратней обращаться с друзьями, — отозвался Джегед. — Но если однажды доведешь меня так, что не сдержусь, то не сомневайся — я постараюсь спасти то, что от тебя останется.
— Спасти для Оллы, — напомнил Годвин.
— Нечестно прикрываться именем юной девушки, — укорил Джегед.
Тут слуги подали горячее мясо, разговор прервался, гости накинулись на еду. Зато Авдрис смог говорить без помех:
— Кстати, о твоей родне, Джегед! Мне рассказывали, что хозяин башни Скарлока убит. И я бы не поверил…
— Это правда, мой брат мертв, — вставил Джегед.
— М-да. Сочувствую… Эй, бездельники, еще вина! Выпьем в память твоего брата, друг. Да, так я говорю — не поверил бы, но, похоже, возвращаются крутые времена. Нет-нет, а насильственная смерть настигает хозяев башен. Странно, конечно…
— Кто-то еще погиб? — заинтересовался Годвин.
— Ха. А как бы я заполучил это местечко? Башня Гослой лишилась владельцев, мой двоюродный дед был убит. Какая-то мразь зарезала его во время охоты. Его и обоих сыновей! Представляете? Убийцу пока не нашли, но если попадется мне…
Авдрис потряс круглым кулачком и снова схватил кубок.
— Ну, за наших родичей… Я, признаться, не надеялся, что смогу получить такое наследство, но, клянусь Павшим, попадись мне убийца, я заставлю его пожалеть, что облагодетельствовал меня! Так что, Джегед, ты унаследовал башню Скарлока?
— Нет, теперь господином племянник, Эдзар. Хороший юноша, и, милостью Павшего, из него выйдет отличный владетель.
— А что случилось с твоим братом? Как он погиб? Может, мы сумеем вычислить виновного?..
— Я и сейчас иду по следу, Авдрис. Но пока что непонятно, что в этой истории к чему. Кстати! Мороган, твои столичные знакомые не вспоминали о господах из башни Гослой?
— У-у, — отрицательно помотал головой паренек. На более обстоятельный ответ его не хватило, рот Морогана был занят куда как важным делом. Слуги Авдриса торопились подать на стол, и мясо вышло не вполне прожаренным, жестковатым.
Хозяин неожиданно заинтересованно поглядел на Морогана.
— А кто этот славный юноша?
— Кузен Иниги. — Джегеду не хотелось вдаваться в подробности.
— Ага… ну, выпьем за наших родичей, — снова предложил хозяин, но без прежнего задора. Авдрису, похоже, пришла в голову некая неприятная мысль, и хозяин стал задумчив.
За окнами стемнело, дело близилось к ночи. Веселья не выходило, первый радостный порыв быстро схлынул, гости насытились, а хозяин, пожалуй, выпил лишнего. Речь Авдриса стала медленней, он растягивал окончания и начал клевать носом. Потом, встряхнувшись, требовал еще вина — и предлагал новый тост: за Джегеда и его доброе сердце, за красоту Иниги, за отважных солдат удачи — да, Авдрис хотя и большой барин нынче, но в его груди — сердце воина! Сердце бродяги и рубаки! За это непременно следует выпить!
Джегед решил сменить тему и стал расспрашивать о странном обряде, свидетелями которого приезжие стали в деревне.
— И что ж? — пьяно махнул рукой Авдрис. — Пусть приносят свои жертвы, кому от этого хуже? Мне — не хуже.
— Дикий обычай, — заметил Мороган.
— Древний обычай, — поправил Джегед. — Парень, ты слишком много говоришь. Годвин, не наливай мальцу больше, с него хватит.
— Э, в моем доме гостям положено вставать из-за стола пьяными! — встрепенулся Авдрис. — Это тоже древний обычай! Уже третий месяц, как я ввел этот древний обычай в башне Гослой.
— Ну, раз так, мы будем тщательно следовать обычаю, — отсалютовал хозяину кубком Джегед. — Но малец уже пьян, а ведь нам еще полночи ехать!..
