Ками бросилась на шею Эльтаре, едва та вошла в свои покои.
— Мама! Я так боялась… так боялась…
— Ничего, теперь все позади. — Хрофт осторожно погладил девочку по волосам. — Правда, тебе с мамой придется какое?то время погостить у меня. Там, конечно, не так красиво, как здесь, зато мама будет всегда с тобой…
На призывный свист старого воина откуда?то сверху, с небес, раздалось ответное звонкое ржание, и восьми?ногий золотистый жеребец, скакавший по воздуху столь же уверенно, сколь и по земле, оказался рядом с Хрофтом.
Ками замерла, во все глаза глядя на это чудо; Слейпнир (ибо это был именно он) дружелюбно покосился на девочку большим лиловым глазом.
— Зови своего грифона, — распорядился Хрофт. — Долго собираться тебе, я думаю, не надо?
…Однако кое?что собрать все же пришлось. По совету матери Эльтара взяла с собой несколько драгоценных безделушек, золото, имевшее хождение в Галене и Фейне, и оружие. Ее собственный недлинный меч, который она самонадеянно не взяла с собой в прошлый поход, больше полагаясь на свою волшбу.
..
— Летим, Ками!
Грифон и Слейпнир рванулись в небо. Ни отец, ни кто?либо из эльфранских лордов провожать их не стали.
— Постой! — вдруг крикнула Эльтара своему спасителю. — А Айалан?
Хрофт коротко рассмеялся.
— Это был не Айалан, это был я…
МЕСТО ДЕЙСТВИЯ:
ПРИМЕРНО СТО СОРОК МИЛЬ
К СЕВЕРО?ВОСТОКУ ОТ ГАЛЕНА.
ВОЙСКО АРГНИСТА
После того как перебили гнавшуюся за ними Орду, народ в отряде Аргниста переменился, точно по волшебству. Никто больше не думал об отступлении. Напротив, все как один кричали, что надо идти вперед и добивать всех тварей, что ни попадутся. К прежней тысяче добавилось еще три полные сотни, а вдобавок подошло наконец первое долгожданное подкрепление с юга. Сотня панцирных всадников, гвардейский полк «Ночных бабочек» — и среди немолодых, закаленных, покрытых шрамами десятников отыскалось немало былых знакомцев Аргниста. Командовавший гвардейским отрядом молодой сотник из числа галенских «благородных» — боевой, настоящий сотник, не прыщ из придворных, получивший пост только благодаря протекции (впрочем, такие на север и не пошли), — сразу же признал верховенство Аргниста. Теперь в отряде было почти две тысячи человек, и он превратился во внушительную силу…
— Идти надо на северо?запад, — предложил Арг?нист. — Бежане говорят, вся Орда туда повалила…
— Да, перед нами на день пути тварей больше нет, — подтвердил Фрабар, назначенный Аргнистом начальником разведки и только что вернувшийся из рейда.
— А бежан куда? — спросил кто?то из сотников. — Не бросать же здесь…
— Да, тут же земли Ордена, — заметил Гертен, тот самый молодой гвардейский сотник, что привел отряд панцирников. — Отцы?капитулярии еще на них отыграются — зачем, мол, без приказа землю бросили?..
— А мы отца Иеронимуса заставим присягнуть, что это он всех землепашцев с нами уводил, — нашелся Аргнист.
— Точно!… Верно!… Правильно!… — раздались голоса со всех сторон. Орденский капитулат здесь не слишком любили — даже те, кто раньше состоял в армии этого самого Ордена…
Отыскать отца?эконома труда не составило. Мрачный, как туча, он сидел возле небольшого одинокого костерка — никто не захотел пустить его к своему.
-…Вот еще, как же, дождетесь вы от меня!.. — яростно прошипел монашек в ответ на предложение Аргниста. — Ничего я делать не буду!.. Не надейтесь!
— Отец?эконом, но нельзя же так, — попытался было усовестить его Гертен, однако монах лишь разразился отборной бранью.
— Слушай, толстяк, а может, нам тебя просто повесить на первой же осине? — задумчиво предложил Аргнист. — Зачем мы тебя вообще с собой таскаем, а? Эх, надо было оставить тебя в Гзсаре, когда его Орда заняла… То?то они бы порадовались!
— Не посмеешь! — прошипел Иеронимус. Крохотные черные глазки монаха налились ненавистью. — Тут тебе не север!..
— Но тут у нас война. А война, знаешь, она ведь все спишет, — спокойно возразил Аргнист. Монах мрачно помолчал.
— Вздерните его, — приказал хуторянин.
…Иеронимус истошно завизжал, как придавленная кошка, когда его потащили к болтающейся на суку петле.
— Нет!… Нет!… Все напишу!… Печать приложу!… Только помилуйте!…
— Вот с этого и надо было начинать, — заметил Аргнист, принимая пергаментный свиток, на котором четким почерком отца?эконома было написано, что он, Иеронимус, отдал приказ оставить свои наделы поселянам из следующих деревень… — Можешь быть свободен, монах.
Всхлипывая и утирая нос, отец?эконом побрел прочь и весьма удивился, заметив возле своего одинокого костра согбенную человеческую фигуру в видавшем виды сером дорожном плаще.
— Выпейте, отец Иеронимус. — Незнакомец с улыбкой протянул монаху приятно булькнувшую флягу. — После такого потрясения вам надо как следует выпить. Какие звери!…
Несколько минут спустя Иеронимус и представившийся Аргларом гость — немолодой, тщедушный, с глубоко посаженными черными глазами — уже были друзьями. Арглар охотно слушал жалобы и сетования монаха, охотно поддакивал, а потом…
— А ведь вы можете легко отомстить за себя, — как бы невзначай заметил он. — Этот дерзкий выскочка, поверьте, встал поперек горла не только вам, почтенный. Возьмите вот это. — На пухлую ладонь монаха легла небольшая черная коробочка. — Не открывайте ее, вообще ничего с ней не делайте — просто приложите ее к одежде Аргниста, к плащу или к сапогам… Больше от вас ничего не потребуется.
Рассудок Иеронимуса, затуманенный винными парами, воспринял из этой тирады только одно — есть возможность отомстить! Он вцепился в коробочку и спрятал ее за пазуху.
— Не открывайте ее! — услыхал он на прощание, и странный гость растворился в зарослях.
Иеронимус встал, пьяно покачиваясь. Вино крепко ударило ему в голову, однако не зря же он столько лет прослужил в экономах. Любого другого это вроде бы слабое винцо свалило бы с ног, а монах сумел сделать несколько шагов вслед скрывшемуся гостю. Он миновал кусты — и тут его взорам открылось такое, что весь хмель разом выветрился у него из головы.
Человек в сером плаще, по?стариковски покряхтывая, устраивался на спине жуткого чудовища с длиннющей шеей, несколькими гибкими щупальцами и прочим смертоубийственным снарядом. Отец?эконом насмотрелся на этих тварей после штурма Гэсара… Этот Аргнист называл таких «хоботярами»…
«Это что ж, выходит, он из Орды?!» — только и смог подумать монах. Он, конечно, терпеть не мог Аргниста… но Орда напала на его Орден, которому он как?никак присягал… и вообще, связываться с этими врагами рода человеческого?!
Протрезвев окончательно, отец Иеронимус со всех ног бросился к Аргнисту.
Коробочку испытали на павшей корове. Едва тряпка с намертво прилепившейся к ней черной коробочкой оказалась наброшена на тушу, как из?под холстины одна за другой полезли крошечные извилистые змейки, в один миг оставившие от трупа один белый костяк…
— Ну, спасибо тебе, отец?эконом! — Аргнист положил руку на плечо монаха. — Спасибо. Спас ты меня — и не только… И… ты прости меня, в чем обидел. Но крепость держать надо было…
— Да я понимаю… — промямлил несчастный отец?эконом. В груди его разливалось странное тепло — как все ж таки хорошо, когда можно ни на кого не злиться и в обращенных на тебя взглядах видеть ответную приязнь!…
