— Так что ж теперь?то?! — не отставал гном. — Что с этими? И Губитель откуда?
— Губителя кто?то выпустил из клетки… — процедила Тень. — И меня утешает лишь то, что они схватились с Возрождающим, а значит — рано или поздно они разнесут этот мир на мелкие куски. Так уже случалось… Почтеннейшая Ялини может помнить больше, чем я. Сколько раз вы пускали в ход эту Косу Смерти, любезнейшая?
Ялини вся покраснела — мучительно, до корней волос, до самых ключиц. А Тень все не унималась, гвоздя ненавистную победительницу:
— Сколько миров превратились в кладбища? Сколько душ отправились к Демогоргону в ужасе и муках, корчась от боли? Сколько мириадов было поражено безверием, когда их благие боги оказались повержены Губителем? И кто же это спустил его с цепи на сей раз? Уж не эти ли наши любимые Новые Боги?
— Это сделал я, Тень, — произнес густой мощный бас.
В нескольких шагах от них стоял человек — вернее, стояла отдаленно напоминавшая его фигура. Один сплошной мрак, и ничего больше. И лишь на месте глаз сверкали кровавые огоньки. Двалин не выдержал — отшатнулся.
— Черный… — прошептала Царица Теней, потрясенная, как видно, до глубины души. — Так это твоих рук дело?!
— Ну, не совсем так, — призналась фигура. От нее веяло самым настоящим злом — злом мрака, затмевающего солнце и губящего урожай — Губитель — это ведь лучший, неотразимейший из неотразимых мечей Молодых Богов Да, его не раз спускали с цепи… и ему удавалось преуспеть там, где пасовали даже Лишенные Тел. Замысел Ямерта был прост — пока Новые Боги отсутствуют, Губитель обратит в ничто все живое в этом мире, и тогда они, любимые дети Творца, смогут начать все сначала. И если бы Губителя освободила из темницы именно их воля — его и впрямь не остановило бы ничто Он залил бы мир кровью и воздвиг новые горные хребты из Трупов — что он уже не раз проделывал в прошлом. Мне пришлось опередить былого Владыку солнечного света… Хоть я и знал, чем это грозит моему Поколению… А теперь можно не бояться. Сила Возрождающего равна силе Губителя, истощив друг друга, они остановят бой… и тогда уже можно будет ничего не бояться. Просто в мире станет одним волшебником и одной волшебницей больше… — Казалось, Черный смеется. — Так что мне пришлось срочно многое поправлять… ибо иначе вас было бы уже не спасти, сестричка.
Сестричка? У слышавшего это Горджелина голова шла кругом. Да, остальные Новые Маги возникли из сплетения стихийных сил — а откуда же взялся Черный? Кто он такой?
Словно прочитав мысли волшебника, темный призрак повернулся к нему. Снежный Маг невольно пошатнулся — алые клинки взоров проникли в святая святых его души — и сын Фелосте не знал защиты от этого чародейства.
— А ты еще не догадался, брат? Я был одним из них… Старшим Они резвились и играли со всем, что попадало под руку… Прежнее Поколение ушло на Брандей, а Молодых Богов не стало, и некому было провести нас через великое Посвящение… Я прошел его сам — в глубинах первородной Тьмы. Я стал ее сердцем, ее средоточием. Я думал, что смогу вернуться… но вместо этого погрузился в сон… А когда проснулся, было уже слишком поздно.
— Поздно? Для чего поздно?! И почему, почему, брат, ты пошел против нас? — простонала Тень. — Мы думали…
— Что я навеки замер, застыл, заснул и никогда уже не вмешаюсь в дела тварного мира? Как бы не так. Тьма дала мне память бесчисленных предшественников… я стал ими, они — мною… Частью меня явился сам Ракот! Деяния всех, облаченных в цвета Ночи, слились во мне… И настал день, когда сон мой прервался. Весы опасно колебались — раскачанные вами, мои дорогие! И пришлось спасать вас, сестра, как я уже сказал.
— Это еще почему?! — вырвалось у Царицы Теней.
Вместо ответа Черный что?то сделал — непонятно как, потому что рук у него видно не было, — и прямо перед зрителями развернулось странное видение.
…Из полыхающей багровыми огнями бездны медленно двигалась необычная процессия. Впереди летел, устало и редко взмахивая опаленными крыльями, ко?ричневоперый сокол. За ним тащился, прихрамывая, восьминогий жеребец, на спине которого, устало ссутулившись, ехал бородатый широкоплечий старик с Золотым Мечом в хрустальных ножнах, а перед ним, боком, свесив ноги, сидела молодая женщина — тоже очень измученная, но спокойная. И замыкал процессию мощный осанистый человек с густой гривой всклокоченных иссиня?черных волос, за его плечами развевался алый плащ.
— Это возвращаются Новые Боги, сестра. Хедин, Ракот и Один Неназываемый отброшен — пусть на время, но отброшен, и они направляются, чтобы навести порядок э подвластных им землях.
Теперь ты поняла? Я спасал всех вас! С моего куба все, что я мог, — это послать тех, кто сумеет остановить ваши забавы… ибо иначе, Поколение, мы останемся на скрижалях Истории как самое глупое и коротко жившее. Нас повергла наша же сила — и мы сможем оправдаться перед богами Равновесия. А развлекаться будете чем?нибудь иным. Я подскажу. Я, пока сидел во тьме, много чего успел напридумывать!
ЭПИЛОГ
Они расставались.
Аратарн и Лидаэль возвращались к себе, а потом девушка обещала навестить отца. Сын Губителя, мрачный и сосредоточенный, решил идти дальше — неважно, один или в компании. Он поклялся разыскать давшего ему жизнь, чего бы это ни стоило. Правда, пока никто не мог растолковать, как же это сделать, но Горджелин обещал помочь…
Гном Двалин уходил с Яриной?Ялини, не в силах порвать связующую с ней нить. Сама же хозяйка Зеленого Мира собиралась осмотреть все леса Большого Хьёрварда — не для того, чтобы повелевать (ведь пришло время Богов Равновесия!), но чтобы лечить, помогать и защищать. Горджелин торопился в свой замок — прибраться к появлению дочери. Хисса все сообща решили помиловать и отпустить на все четыре стороны. Пусть скачет по своим болотам.
Губитель же исчез бесследно.
А еще просыпался Эльстан. Его грудь мерно вздымалась, он ровно дышал во сне, но вот?вот должен был проснуться. И Горджелин знал, что ему, Снежному Магу, еще предстоит жестокая схватка. Потому что он ни на миг не сомневался, что найдет способ спасти Эльтару.
В Хьёрварде кончалось Смутное Время.
