Сперва добыл из сумки какие?то порошки и снадобья, но потом веко впавшему в забытье гному приподнял, губы сжал и все добро свое — в сторону. Ладони на окровавленную грудь гнома положил — пальцы длинные, тонкие, как только меч такими держит? — и по лицу гримаса боли прошла. Раз руками над ранами прошелся, другой, третий… Аргнист смотрел и чувствовал, как у него ум за разум заходит.
— Да ты никак колдун, парень? — с невольным уважением прохрипел Аргнист.
Глянь — а кровь уже остановилась, страшные раны на глазах затягивались, пугающий черный цвет исчезал. Видывал когда?то и Аргнист подобное — в Галене. Главный придворный чародей его величества Игнарона проделывал…
— Ничего особенного, — незнакомец проговорил устало. Пот со лба вытер. — Теперь твою руку давай глянем…
Целитель ловко вспорол лохмотья, оставшиеся от рукава куртки Аргниста. Рана вроде бы и небольшая, а успела и загноиться, и почернеть. В гвардии?то лечить стали бы просто — мечом чуть пониже плеча рубанули бы, да и весь сказ.
А тут… Диво дивное, да и только. Ладонь колдуна, не касаясь, над самой кожей прошла — и чудовищный нарыв тотчас прорвался, гной вскипел, словно вода в котелке, открылась здоровая розовая кожа…
— Вот и все. — Волшебник обессиленно сел прямо в снег.
— Позволь теперь мне помочь тебе, мастер. — Аргнист захлопотал вокруг своего спасителя. Заклятия творить — то дело не шутейное, всякий знает.
— Благодарю, мне уже лучше, — тот открыл глаза. — Но гнома в тепло нужно скорее… Иначе он, боюсь, не встанет больше.
— Вот устроил себе! Тьфу, пропасть! Храбрый, а дурак. Ладно, дотащу уж его как?нибудь. Но а тебя?то как зовут, мастер?
— Зови меня Эльстаном. — Волшебник с некоторым трудом поднялся. — А теперь — за работу!
Аргнист несколькими ударами топора снес пару молодых сосенок. На скорую руку смастерили некое подобие носилок, взвалили на них гнома и, сгибаясь под тяжестью ноши, побрели к хутору.
Домой добрались, когда уже совсем стемнело. По дороге почти не разговаривали: Аргнист знал, что волшебникам лишних вопросов задавать не стоит, а Эльстан тоже молчал.
— Вообще?то, у меня к тебе очень серьезный разговор, почтенный Аргнист, — возле ворот хутора волшебник нарушил молчание. — Мы поведем речь об Орде.
— Так что ж ты раньше молчал, досточтимый мастер? — удивился старый сотник. — Столько шли — вот и поговорили бы!
— Я следил за ее тварями, — последовал ответ. — С этими жуками — стеноломами, правильно? — мы бы справились, но, кроме них, там кружило немало бестий и похуже. Мне нельзя было отвлекаться.
— Ну, раз пришел говорить об Орде, отчего ж не потолковать, — кивнул Аргнист.
— Сам я с юга, — чуть быстрее, чем приличествовало уважающему себя могучему волшебнику, сказал Эльстан — С Рыцарского Рубежа. Был в братьях. Ушел. Теперь странствую один. — Он выпалил все это одним духом. Простой хуторянин никогда бы ничего не заподозрил, но Аргнист недаром служил в гвардии двух королей. Молодой чародей, мягко говоря, слегка хитрил. Но хитрил отчего?то совсем по?человечески.
Ворота хутора, несмотря на почти ночное время, были широко распахнуты. Во дворе горели многочисленные факелы, из конюшен выводили лошадей, слышался резкий и повелительный голос Алорта, старшего сына Аргниста.
— Ну, что расшумелись? — сердито бросил оторопевшим домочадцам Аргнист, внезапно появляясь из?за угла со своей странной ношей. — Чего суетитесь? Я уж и задержаться в лесу не могу — ровно дите неразумное! Лучше пошлите женщин два гостевых ложа приготовить да Саату позовите! Она у нас травница, — обернулся он к Эльстану.
— Это будет нелишне, — согласился тот.
— Отец! Но ты же в крови! — вдруг воскликнул Армиол. — Что случилось? Неужто Орда?…
— Пустяки, полдюжины стеноломов, и потому хватит квохтать! — строго прикрикнул на юношу отец. — Чай, не баба. Не видишь — на ногах стою.
Армиол осекся. Старшие братья, Алорт и Арталег, покосились на младшего с неодобрением — в самом деле, чего нюни разводит?… Отец умирать будет — и то все сделает, чтобы никто не заметил…
— Лучше помогите вот его внутрь внести, — распорядился Аргнист, и сыновья тотчас подхватили тяжелые носилки.
— Гнома подобрали, — пояснил Аргнист собравшимся у ворот людям. — Орда его потрепала. А это Эльстан, целитель искусный и стрелок отменный.
Молодой волшебник приложил руки к груди и поклонился.
— Пропустите, да раздайтесь же! — вдруг послышался высокий женский голос, заметно дрожащий от сдерживаемых слез. — Да отойдите же, не застите!
Работники, служанки и даже сыновья сотника поспешно расступились. Супругу Аргниста, почтенную Дееру, дочь Лииты, боялись все без исключения, и даже ее собственный муж. Когда хозяйка гневалась, от нее лучше было держаться подальше.
Она вынырнула из?за людских спин, высокая, статная, прямая, с едва заметной сединой в густых каштановых волосах. Большие темные глаза смотрели с укором и горькой обидой, пальцы теребили край передника.
— Да что ж это такое! — напустилась она на Аргниста, чего никогда не делала на людях. — Не иначе, на тот свет собрался, муженек! Мыслимое ли это дело — по лесу так долго шастать! Пусть даже и весной! Вот, пожалуйста, добродился! — Взгляд Дееры упал на окровавленный рукав. — Ну, что я тебе говорила?!
— Ладно, хозяюшка, не серчай. Видишь, какое дело приключилось… Гном в беду попал — что ж мне, бросать его было, что ли?
Против подобного аргумента Деера ничего возразить не могла.
— Да и гости у нас. — Аргнист шагнул в сторону, и Эльстан вновь поклонился — на сей раз одной Деере. Кое?кто из девушек демонстративно и томно вздохнул — гость был красив, очень красив…
— Так что ж ты его у ворот держишь? — тотчас возмутилась Деера. — А вы что встали? — повернулась она к сыновьям, так и застывшим с носилками на плечах.
— Несите наверх, в пустую светелку! За Саатой послали?
— Послали, матушка, — тотчас отозвался Алорт.
— Вам не напомнишь — в отхожем месте штаны спустить забудете, — махнула рукой Деера.
Мало?помалу суета улеглась. Гнома уложили на заботливо приготовленное ложе; он оставался в полузабытьи, но Саата, быстро отыскав какое?то снадобье, влила?таки его в рот Двалину, и гном моментально уснул.
— Правильно, почтенная, — негромко сказал молодой женщине Эльстан.
Саата подняла глаза на гостя… и тут же опустила их, густо покраснев. В самой глубине глаз Эльстана чуть заметно мерцал теплый огонек, и любая женщина безошибочно угадала бы, что он означает…
Положение спас сам хозяин, позвавший Эльстана отужинать.
Уважая гостя, за едой его никто ни о чем не спросил. Однако, едва только ужин окончился, Эльстана тесно обступили со всех сторон. Аргнист назвал молодого волшебника «целителем и стрелком», отнюдь не чародеем; произнеси хозяин хутора слово «колдун», никто бы не подошел к Эльстану ближе чем на полет стрелы.
Все загомонили разом, требуя скорее подробностей. Саата скромно держалась в сторонке, хотя именно она?то и могла сказать кое?что о странном госте. Ее, травницу, обмануть было не так легко: раны на шее и руках Двалина говорили сами за себя. Однако она молчала…
— Погодите, погодите! — рассмеялся Эльстан, в шутливом ужасе вскидывая руки. — Сперва мне надо поговорить с почтенным Аргнистом. А потом я весь ваш, друзья мои! Споем и станцуем, а, как вы?
