Вторая группа, не обладающая выдающимися псионическими способностями, оставалась просто основной ударной силой проекта, боевым подразделением, ведущим обычную войну, обычные боевые операции.
Ник Завадски угодил в первую группу. Его псионический индекс равнялся восьмидесяти девяти. И пленных флоатеров Ник гонял нещадно, с хорошо заметным ожесточением.
А Пир чувствовал, что ему самому уготована судьба вечного боевика. Стрелка из хэви плазмы и метателя силовых гранат. Не больше.
Ну, может, бывалого и опытного боевика. Прошедшего все мыслимые и немыслимые миссии, огни, воды и медные трубы.
Толком попрактиковаться с летающей «Скорлупой» Пир не успел. Первые два дня его почти все время настойчиво пытали психоинженеры. А на третий случился боевой вылет — над Каспийским морем один из «Файрштормов» сковырнул трехместную тарелку.
Сигнал «ALERT» теперь касался не всех оперативников, а только тех, кто в это время находился на дежурстве. Да еще вспомогательное табло под мигающим пятаком красного сигнала сообщало, что в тревожный рукав следует спешить экипажу «Скайрейнджера». Другими словами, Пиру, Винсенту Веге и трем дистанционщикам.
К счастью, из дистанционщиков дежурили и МакМаннаман, и Бржиза. И еще молчаливый датчанин Пребен Сонтдруп, успевший набраться достаточно опыта в войне против чужаков.
Тревожный рукав, в котором торопливо экипировались всего двое оперативников выглядел до странности пустым.
Винс появился одновременно с Пиром, откуда-то со стороны новых лабораторий, только недавно введенных в строй.
— Hi, сэр, — напарник вовсе не пытался соблюдать субординацию. Просто он был от рождения вежлив, как легенда службы, где Пир состоял ранее, как покойный Виталий Бугров, который ко всем, абсолютно ко всем, даже к тем, кто был вдвое и втрое моложе него, обращался на «вы». Пир до сих пор помнил тихий и интеллигентный голос Бугрова, хозяина и повелителя обширнейшего архива, безотказного поставщика любой информации о любых событиях, когда-либо происходивших… Отдел по борьбе с терроризмом почувствовал себя слепым и глухим, когда Бугров неожиданно для всех умер от какой-то пустячной болезни.
Возможно, еще и поэтому Пир выбрал в напарники именно Винса Вегу, а не кого-нибудь другого.
— У вас вторая? — спросил Винс, глядя, как Пир облачается в защитный костюм. Он имел в виду модель «Скорлупы».
— Да.
Пир отвечал коротко, пытаясь сосредоточиться на предстоящем задании. У него получалось. Вполне. Ни нерешительности, ни страха, ни неуверенности в собственных силах Пир не испытывал ни в малейшей степени. Наоборот, хотелось поскорее взлететь и прибыть на место. Поймать еле заметным красным лучом целеуказателя силуэт врага, и увидеть, как зеленая молния ломает пополам головастика, бросает наземь здоровяка-мутона или сшибает в полете закутанного в фиолетовый плащ флоатера…
«Скорлупа», тихо прошелестев, сомкнула сервосегменты. Теперь Пира даже выстрел из хэви плазмы не убил бы наверняка. Разве что, с очень близкого расстояния, почти в упор.
Внутри «Рейнджера», напротив, совсем не чувствовалось пустоты. Все кресла, кроме двух, были убраны, зато помимо обязательного пульта дистанционщиков у левого борта техники базы смонтировали еще два. У самого шлюза на металлическом днище отсека лежали неподвижные ховертанки, похожие на притаившихся медуз. Антиграв-установки включатся только непосредственно перед высадкой — элериум приходилось беречь. До сих пор способ его синтеза в земных условиях не был найден.
Пир вспомнил, что раньше, когда танки дистанционщиков только-только придали оперативной группе, Стив МакМаннаман пользовался переносным пультом, похожим на компьютер-ноутбук, только чуть побольше.
Меняются времена… Меняются…
Пир уселся в кресло, переступив через зажатую в держателе хэви плазму. Небритым щекам внутри шлема было щекотно и непривычно. Только теперь Пир понял, что последняя его боевая миссия успела отдалиться на целых три месяца.
— Привет, Пир, — крикнул из-за пульта Стив МакМаннаман. — С возвращением!
Они умудрились до сих пор ни разу не столкнутся на базе за минувшие трое суток. Шотландец чувствовал себя за пультом управления, словно бармен за стойкой. Впрочем, он и еще во времена «ноутбука» не жаловался на неудобства ни разу.
— Привет, Стив! Где твоя команда?
Как раз в это момент в «Рейнджер» бегом ворвались Станислав Бржиза и Пребен Сонтдруп.
— Тормозим, танкисты? — с показной грозностью рыкнул на них МакМаннаман. — Вот, я вас!
— Застряли, Стиви, — на ходу отмахнулся Бржиза. — Что, давно сидите?
— С минуту. Давайте, по местам…
Никто из них не выглядел виноватым. Да и не был, строго говоря: отпущенное на погрузку время еще не вышло.
Дистанционщики привычно скользнули каждый за свой пульт. Тотчас «Рейнджер» дрогнул; пол с вытертой подошвами краской едва заметно сотрясла вибрация работающих турбин.
— Поехали! — сказал по трансляции кто-то из пилотов. — Взлетаем, икс-команда!
Ускорение упруго вжало оперативников в кресла. Танкисты, запустив стартовые тесты, дремали перед ожившими пультами.
«Вот, дьявол! — подумал Пир с завистью. — Да они уже, поди, по сотне миссий каждый протянули…»
Если Пир и ошибался, то не слишком.
Когда на овальном экране материализовался подтянутый Марк ван Торенс, Пир спокойно приготовился слушать. Старина Марк, пастырь идущих в битву икс-комовцев…
— Вах! — сказал удивленно Винс Вега и картинно всплеснул руками. — Что стряслось? Сам Марк ван Торенс пожаловали! Или это из-за Лихачева?
— Ты угадал, Винс. Из-за Лихачева. Надо же ему создать привычную обстановку перед миссией?
Пир вопросительно взглянул на экран.
— В чем дело, Марк? Что значит — привычную? Или на малые миссии группы консультируешь уже не ты?
Голландец развел руками:
— Именно так, Пир, не я. Теперь миссии часто накладываются, чужаки стараются проворачивать свои делишки параллельно в разных местах, чтоб икс-команда не успела сразу ко всем. Поэтому я работаю чаще с основной группой, с «Молнией».
Пир понимающе вздохнул, снова чувствуя переменчивость времени.
— Ладно, чего там сегодня посоветуешь? Учти, я долго не был в деле, так что старайся поподробнее.
Марк отвлекся на секунду, коротко перекинувшись парой слов с кем-то на командном, и начал:
— Итак, миссия сто двадцать семь, захват среднего скаута. Место посадки — устье Волги, северный Каспий. Небольшой островок, согласно нашим картам — безымянный. Экипаж скаута — мутоны, засечены четыре стандартные волны. Повторяю — четыре, поэтому будьте внимательны, чужаков может оказаться и больше. Это не стандартная для такой тарелки тройка…
— Постой, — перебил Пир. — Вы что, научились определять расу и численность экипажа на борту вражеских кораблей?
Марк взглянул на Пира с некоторым удивлением.
Это не стандартная для такой тарелки тройка…
— Постой, — перебил Пир. — Вы что, научились определять расу и численность экипажа на борту вражеских кораблей?
Марк взглянул на Пира с некоторым удивлением.
— А тебе что, не сказали?
— Нет. А должны были?
Голландец пожал плечами:
— Не знаю… Наверное. В общем, не так давно наши научники выудили у чужака-инженера принцип работы вражеских гиперпередатчиков и научились перехватывать и декодировать их импульсы. Теперь мы чаще всего знаем и расу, обслуживающую каждый конкретный корабль, и примерную численность экипажа, и даже цель полета, задание.
