— …При благоприятной погоде, а летом погода в Атлантике на этих широтах обычно благоприятна, мы прибудем на место приблизительно через два — два с половиной месяца. Можем ли мы рассчитывать, что к этому времени Салават Юлаев уже преодолеет Берингов пролив? — вещал граф Орлов?Чесменский, вычерчивая на висевшей тут же навигационной карте пути следования нашей эскадры.
— А что с Салаватом Юлаевым? — Я наклонил голову поближе к уху сидящего рядом Лиса.
— А что с ним станется, все в порядке. Когда в последний раз виделись, был вполне здоров, — не оборачиваясь, бросил Лис.
— Я имею в виду, что еще за история с форсированием Салаватом Юлаевым Берингова пролива?
— Вальдар, ну ты какой?то странный! Сам посуди: ваш кинг Жора в своей разнарядке на поставку двадцати тыщ экземпляров казаков, видимо, по рассеянности ни словом не упомянул о башкирах. Поэтому Салавату, так сказать, загранпаспорт не оформили, отчего он впал в великую грусть и толкнул речь, что, поскольку Земля круглая, мы пойдем другим путем, так сказать, по следам дедушки Ильи Муромца.
— Кстати, откуда взялось сказание о похождениях Ильи Муромца на Северо?Американском континенте?
— Как это откуда взялось? — удивленно взглянул на меня мой напарник. — Народ сложил. В моем лице. Надо же было Салавата столкнуть в нужное русло. Идея оставаться один на один с Катериной Алексеевной, всея Руси самодержицей, его, похоже, вовсе не радовала.
— Но ведь там Сибирь! Какой может быть поход?
— Ага, белые медведи бьются с бурыми на улицах сибирских городов за недоглоданный кусок человеческой берцовой кости. Ты что думаешь, во времена Чингисхана в тех местах были проложены шоссейные дороги? Вряд ли. А Орда шастала туда?сюда со скоростью неимоверной. Да что Орда! Казаки на Камчатку ходили с завидной регулярностью. А в годы нашей Гражданской войны Красная армия Колчака задницей в самый Тихий океан уперла. Тоже, кстати, не по небу прилетела.
Так что дойдет Салават до Америки, не боись. А в Канаде его местные власти до колоний, что называется, за ручку доведут и еще вслед платком махать будут. Чтобы только не возвращался. Единственное, о чем беспокоюсь, с тем наступательным порывом, с которым башкиры двинулись в путь, по дороге он спокойно может стать основателем новой династии китайских императоров. Тут уж действительно как в древних былинах: налево пойдешь — попадешь в Русь Заморскую, направо — в Империю Поднебесную, а прямо — Великий Тихий океан, но он нам и за так не нужен.
— Вальдар Реймондович. — Я отвлекся от разговора с Лисом, чтобы обернуться на зов. Стоявший у карты Алексей Орлов явно ждал моего ответа.
— Слушаю вас, ваше сиятельство.
— Не могли бы вы пригласить сюда вашего ординарца, господина Редферна. Я бы хотел узнать у него, насколько судоходна река Святого Лаврентия.
В последние дни авторитет Питера, единственного среди нас жившего на далеком континенте, возрос многократно. К моему удивлению, его ответы были дельны и обстоятельны, так, как будто он намеренно изучал места предстоящего похода.
— Да, конечно, — кивнул я, делая знак дежурному вестовому, ожидавшему у выхода распоряжений господ офицеров. Он вскочил, собираясь бежать за нашим экспертом по Руси Заморской, распахнул дверь и едва не столкнулся с высоким стройным мужчиной в адмиральском мундире.
— Добрый вечер, господа, — приятным мягким голосом поздоровался вошедший на великолепном французском. — Прошу простить меня, граф, я невольно слышал ваш вопрос. Спешу вас уверить, река Святого Лаврентия вполне судоходна, во всяком случае, до Монреаля. Извините, господа, поскольку меня здесь некому представить. — Он обвел зал взглядом, и наши глаза на долю секунды встретились. Я мог представить этого человека, но, честно говоря, не сразу, а только после того, как вновь обрел бы способность ясно мыслить и говорить. — Я представлю себя сам, — продолжал вошедший. — Вице?адмирал российского флота Джон Пол Джонс. К вашим услугам.
Насколько я понимаю, упоминание о российском флоте было сделано специально для меня. Впрочем, мундир не оставлял сомнений в этом факте. И все же передо мной был мой давешний знакомый, североамериканский капер, год тому назад плененный на палубе королевского корвета «Феникс».
— Мне оказана честь, — продолжал Пол Джонс, — возглавлять эскадру, которая будет сопровождать караван до берегов Северной Америки. И можете мне поверить, господа генералы и офицеры, вряд ли в российском флоте есть человек, имеющий более опыта плавания в водах Атлантики, а уж тем более у берегов тех земель, куда направляетесь вы.
— Эт?то уж точно, — пробормотал я, не спуская с лица адмирала завороженного взгляда.
— Ты что, его знаешь? — заметив мое состояние, поинтересовался Лис.
— Да, — кивнул я. — Очень близко. Последний раз, когда мы виделись, его извлекли из?под меня и заковали в ручные и ножные кандалы.
— Вот как интересно! И что же натворил этот почтеннейший? Чего ж ему под тобой?то не лежалось?
— Пытался захватить корвет, на котором я плыл в Россию.
— Ага, ну, судя по тому, что приплыл ты не на корвете, а на яхте нашей подруги Бетси, отчасти затея ему удалась. Что ж, весьма солидная рекомендация. Большой души козырек. Ну и как, ты думаешь, он намерен ознаменовать эту встречу?
Я пожал плечами:
— Коварство этого человека мне доподлинно известно, как и его актерский талант. В его отваге у меня нет даже тени сомнения. О его дерзости и искусстве морехода в Англии ходят легенды, но все это хорошо, если он будет на нашей стороне, и может быть фатальным, если Пол Джонс пойдет против нас. Но откуда он здесь взялся? Последнее, что я о нем слышал, было намерение французского суда упечь его за решетку за захват французской шхуны.
— Читай Библию, Вальдар, там все сказано. По приказу коронованной головы левая рука старательно не знает, что делает правая. Французская Фемида, как и большинство других французских женщин, неравнодушна к обаятельным мужчинам. Так что заключение в тюрьме твоему знакомому заменено ссылкой в Россию, где, как мы помним, белые медведи борются с бурыми…
— Да?да, помню. И все же я хотел бы знать, откуда здесь взялся этот, с позволения сказать, адмирал.
И все же я хотел бы знать, откуда здесь взялся этот, с позволения сказать, адмирал. — Я вызвал Колонтарева: — Добрый вечер, Андрей.
— О Вальдар! Давно не было тебя слышно.
— Прости, весь в делах. Сам понимаешь, не сегодня?завтра отплываем. У меня к тебе как раз по этому поводу есть вопрос.
— Я весь внимание.
— Не знаешь ли ты, откуда взялся в России адмирал Джон Пол Джонс, командующий нашим эскортом?
— М?м… Тут я тебе мало чем могу помочь. Если вопросы, связанные с ним, и обсуждались с Екатериной во дворце, то не в мое дежурство. У меня информация самая поверхностная. Бывший пират, но это тебе самому известно. Вроде бы в Россию приехал из Голландии, но это, что называется, на уровне слухов. С каких таких заслуг Екатерина его сразу произвела в адмиралы, для меня самого загадка, однако факт остается фактом. Что еще? Прибыл он, по?моему, в сентябре, а в октябре императрица послала его под Очаков командовать эскадрой. Да только там вышел глобальный скандал: командовавший до этого командор Алексиано пришел в дикую ярость, когда узнал, что его подчиняют вчерашнему пирату. Ряд боевых капитанов, твоих соплеменников на российской службе, и вовсе отказались повиноваться изменнику родины. Для них ведь все восставшие колонисты — изменники родины. В общем, еще немного, и флот бы разделился на две части и пошел топить друг друга почем зря. Так что Пол Джонса из?под Очакова отозвали. А не так давно он получил назначение в вашу эскадру. Говорят, что перед этим у Пол Джонса была аудиенция у ее величества, но в любом случае не здесь, а либо в адмиралтействе, либо в Зимнем дворце. Мне об этом ничего не известно.
