— Пиши, хохол. Блокаду Руси Заморской мы не признаем и всеми силами флота и армии нашей оную сокрушать будем. Емельке же, — она поправилась, — Петру дай знать, что от лица Руси Великой его с великим деянием поздравляю. Всякая власть от бога, и не английским бумагомаракам решать, кому править, а кому нет. Отпиши ему, что вражды между нами нет и быть не может. Торговать будем, — обратилась она к Безбородко.
Благодаря неизменному Колонтареву мы слышали все это своими ушами, и наши сердца радовались такому исходу дела.
Война все еще продолжалась. Англичане удерживали часть атлантического побережья, и нашим войскам необходимо было немало потрудиться, чтобы выбить их оттуда. Однако и мне, и Лису уже было не до этого. Нам было велено возвращаться, и вот теперь на берегу безызвестной бухты мы ждали всплытия подводной камеры перехода, той самой, при помощи которой некогда навещал нас Джозеф Рассел.
Я лежал на спине среди прибрежных валунов и, печально глядя в небо, покусывал сорванную травинку.
— Черт возьми! — Лис, бросавший с обломка скалы голыши в воду, скрылся за камнем, вытаскивая из кармана подзорную трубу. — Корабли! Только этого нам сейчас и не хватало! Придется затаиться до темноты. — Мой напарник уставился на подходящие к бухте корабли. — Фрегат и транспортник. Транспортник, похоже, английский. А фрегат… фрегат — флаг не разберешь. Капер, что ли? Ну?ка, ну?ка! 0?ля?ля! Надо же… Капитан, взгляни, тебе будет интересно.
— Ну, что там еще? — неохотно отозвался я, внутренне смиряясь с необходимостью подняться.
— Давай, давай, не ленись.
Я поднялся с тяжелым вздохом, принимая протянутую Лисом подзорную трубу.
— Ну и что, фрегат как фрегат. Судя по всему, недавней постройки. Хорошие обводы… м?м… сорок четыре пушки…
— Куда ты смотришь! Под бушприт посмотри.
Я перевел взгляд туда, куда указывал вчерашний генерал?аншеф. Застывший в атаке фехтовальщик, казалось, рвался вперед, вытянув вооруженную шпагой руку.
— Ну как?
— Красиво.
— А теперь название посмотри.
«Мессир Вальдар» гласила надпись на борту.
— Что? — недоуменно спросил я.
— Что? — недоуменно спросил я.
— Спорим на три щелбана, я знаю, в чью прелестную головку пришла мысль снарядить этот корабль.
