— Вот так история! Ладно, посмотрим, что будет дальше.
— Немного дальше уже есть, — заверил я, выходя к своему конвою,
— Ладно, не волнуйся. Если что, я тебя вытащу, — встревоженно зарокотал лорд Джордж, глядя моими глазами на делегацию встречающих.
— Вы лейтенант Вальдар Камдил? — отчеканил прапорщик, стараясь казаться грозным.
— К вашим услугам.
— У меня есть предписание военного коменданта города разоружить вас и доставить на гарнизонную гауптвахту вплоть до дальнейших распоряжений. Вашу шпагу, сударь!
— Пожалуйста, — с деланным безразличием кинул я, с явным недоумением разглядывая лица сопровождающих лиц. — Господа, вы намерены идти до гауптвахты пешком? Если вы не против, я распоряжусь, чтобы нам подали экипаж. К тому же, — обратился я к прапорщику, — вы можете отпустить солдат в казарму. Я даю вам слово дворянина, что никуда не убегу.
Французский прапорщика был плоховат, но, похоже, он понял суть моей пламенной речи. Во всяком случае, на гауптвахту в экипаже мы поехали вдвоем.
— Кстати, дядя, — начал я, когда повозку в очередной раз тряхнуло на ухабе. — У меня для вас небольшая новость.
— Ну?ка, ну?ка!
— Фон Ротт, оказывается, большой приятель графа Григория Орлова. Во всяком случае, секундантом его сегодня был именно он.
— Вот как! Весьма занятно. — В тоне моего дядюшки чувствовался неподдельный интерес. — Я уже начал наводить по нему справки. На сегодняшний день контр?адмирал Герман фон Ротт занимает должность главноначальствующего всей береговой артиллерией Финского залива. То есть по статусу своему он один из ближайших подчиненных нашего генерала?фельдцехмейстера. Но если он не просто подчиненный, а еще и друг, то это… Да, очень может быть. Представим себе на минутку, Алексей Орлов возвращается в Санкт?Петербург во главе своей эскадры, имея при этом на борту самозванку, о которой упоминала Екатерина. Помнишь, ту, которую Орлов вроде бы обещался посадить на престол.
— Помню, конечно.
— Отлично. Государыня скорее всего ждет прихода эскадры Алексея в Зимнем дворце. Повод достойный, чтобы выехать из Царского Села в столицу. И вот тут?то ловушка захлопывается! С Невы на Зимний дворец глядят пушки эскадры, а со стороны города нажимает тысяча гвардейских солдат, которая, по словам Безбородко, финансируется из кармана Григория Орлова. Не является же в самом деле Григорий Григорьевич создателем благотворительного фонда в помощь неимущим гвардейцам!
— А фон Ротт?
— А фон Ротт отвечает за береговые батареи и Петропавловскую крепость. Сырой порох, пьяные канониры, некондиционные ядра, черт его знает, что там должно было быть. Сейчас это уже не важно. План не сработал.
— Ты полагаешь, что здесь был заговор?
— Я полагаю, здесь есть заговор. Отчего не сработал первый вариант, необходимо узнать. Это может многое объяснить. Но наверняка заговорщики предусматривали и другие сценарии. А это уже совсем интересно. Теперь учти следующее. Ты своей ловкой рапирой скорее всего внес в планы этих господ изрядную коррективу. Такой поворот событий у них вряд ли был предусмотрен. Если фон Ротт действительно таков, как мы о нем думаем, то, вероятно, сейчас он должен начать дергаться, стараясь залатать прореху в паутине. А когда противник суетится, ему нужно только помочь споткнуться, чтобы он расшиб себе лоб.
А когда противник суетится, ему нужно только помочь споткнуться, чтобы он расшиб себе лоб. Это славно. Заговор — это как раз то, что нам нужно. Если перевести интерес императрицы в нужное русло, думаю, ей некоторое время будет не до масонов. Выйдешь с гауптвахты, займешься подготовкой разоблачения фон Ротта.
— А герцогиня Кингстон? — спросил я с тайной надеждой. Мне очень не хотелось шпионить за этой милой женщиной.
— А что герцогиня Кингстон? — непонимающе остановился лорд Баренс. — Она на тебе.
Санкт?петербургская гауптвахта была не самым уютным местом северной столицы. В сравнении с гауптвахтой форта Норич, куда я как?то загремел за драку с патрулем, это были просто нечеловеческие условия. Но все же мой офицерский чин и благородное происхождение давали право на кое?какие льготы. Пол камеры был вымыт, нары заменены койкой с вполне пристойным тюфяком, а уж то, что в камере не было кондиционера и до ветру пришлось тащиться под конвоем ярдов за сто, так и в императорском дворце подобные удобства были немногим лучше. Пока же от нечего делать я завалился на тюфяк и задремал в ожидании дальнейших действий «царских сатрапов».
То, что пошла связь, я понял, когда картинка во сне вдруг перестала соответствовать произносимому тексту. Я резко сел, стряхивая остатки дремы.
— …Генерал?поручик Бибиков, ваше величество, на мой взгляд, вполне мог бы заменить Суворова в Польше, — слышался приглушенный голос Безбородко.
— Бибиков? Чем же он так хорош? Коли я не ошибаюсь, это тот самый генерал, который командовал при Ларге одним из каре Румянцева?
— Истинная правда, ваше величество. Андрей Аполлинариевич генерал знающий и основательный. Коли идти надо, ему, пожалуй, за Суворовым не поспеть, но ежели стоять крепко, тут лучше его и не сыщешь.
— Ну что ж, хорошо, пусть будет Бибиков. Подготовь к вечеру рескрипт. По Емельке что?
— По повелению вашего величества я скудостью ума своего обмыслил…
— Ладно, душа моя, не томи, говори толком!
— Коли вы, ваше величество, хотите Пугачева с войском за море спровадить, то посылать против него Суворова смысла нет. Генерал «Вперед!» от него и духу не оставит.
— Так что же, его в Польше держать?
— Ан нет, ваше величество! Для ляхов — честь велика, для нас — толку чуть. Пусть отправляется на Яик.
— Да ты ж сам только?только говорил, что нельзя ему идти против Пугачева!
— И впредь говорить буду. Пусть Александр Васильевич отправляется на Яик, да только малой скоростью. И чтоб с фокусами своими и причудами, дабы слава его впереди за сто верст бежала. Пусть супостат, еще и не встретившись с Суворовым, уже потери от него имеет. Оно среди бунтовщиков завсегда так: народу много, да смельчаков мало. А своя рубашка до тела ближе. Вы же тем временем повелите из гусарских и верных вам казачьих полков охотницкие команды сформировать. Коли враг ушел в степи и боя не ищет, так и мы их искать не будем. Сейчас главное из степей Пугачева не выпустить. Пусть охотницкие команды крутятся близ разбойников, что оводы вокруг мерина, да жалят побольнее: лошадей уводят, колодцы засыпают, посты да разъезды бьют. Без воды, без коней да без глаз ему в степи несладко придется. А тут еще, не ровен час, Суворов объявится. Вот здесь?то мы ему лазейку и покажем. Оно ж не зазря говорят, ваше величество, что загнанная в угол крыса бросается на кота. Пусть себе выходит, да только туда, куда мы пожелаем.
— Что ж, толково. А далее?то что?
— А далее след послать к Емельке верного человека, дабы он договорился о тайной встрече.
— С кем же, душа моя?
— Человек должен быть солидный, известный, доверием вашим облаченный да с широкими полномочиями.
— Не себя ли, голубь, имеешь в виду?
— Да что вы, матушка?императрица, я в переговорных каверзах не изощрен. Вот ежели бы графа Панина, к примеру?
— Ох, не любишь ты его, хохол. Знаю, что не любишь!
— Да что вы, ваше величество, токмо о пользе отечества забочусь.
