Почел за благо закурить снова дозированно: полпачки в день.
Вред усиленно компенсирую йогой и спортом. Пока так: отступил, но не сдался…
Личное добавление от Ольги Катенковой
Галя, хорошо бы еще спросить себя: только ли в курении Сергея причина ваших неладов, только ли «табак — дело»? Брось он курить однажды раз навсегда — не найдется ли чего?то другого, тебя не устраивающего, раздражающего, возмущающего?
Мой опыт показал, что всяческие зависимости и пристрастия, пороки и недостатки — что?то вроде матрешки: одну изымешь — за ней другая, третья, четвертая… И вовсю работает закон сохранения бяк: сколько в одном месте убавится, столько в другом прибавится.
Бывший мой муж и пил по?страшному, и курил как паровоз, и в казино зарплаты оставлял — было с чем побороться, было… Оба мы и не заметили, как этой борьбой заполнили свои отношения, забили ею до отказа свой мир, еще недавно такой богатый любовью, такой разный. Добились победы: бросил и пить, и курить, стал спортом заниматься, следить за здоровьем, все честь по чести… И в казино играть бросил. А дальше…
Дальше ему оставалось бросить только меня с дочкой, что он и сделал вскоре. Свеженький и здо ровенький — перебрался к девице, талант которой, кажется, единственный — вить веревки из мужиков. Материал оказался вполне подходящим. Он ис кал, как выяснилось, именно такую зависимость — и получил по полной.
Ни о чем не жалею теперь, но можешь себе представить, каково было первые года два после расставания… Доктор называет это любовно?зависимостной психалгией, зависимостной депрессией; я зову просто адом. Урок еще не вполне усвоен: думаю, сопоставляю…
Алконавты на проводе
Переплыли в Алкогольный Залив, удивившись, как щедро его дали и побережья воспеты поэтами, как обжиты прозаиками, и как скудно служители муз воздали дань остальным пространствам Моря Зависимостей — исключая, конечно, любовную… Старый стихоман, конечно же, не удержался и подкинул коллегам на аналитическое растерзание парочку и своих околоалкогольных стишат.
Я в одиночестве не пью,
но жанр запоя признаю.
Вчера в нетопленой избе
позволил выпить я себе.
Я опьянялся как умел,
но не пьянел, а лишь немел.
По жилам тек не алкоголь,
а чья?то кровь и чья?то боль,
и кто?то требовал: «Налей!»
(Спроси любого алкаша:
чем беспробудней пьешь, тем злей
трезвеет сонная душа.)
Я пил за верность Тишине,
моей единственной жене,
за сотворение травы,
за то, что есть на свете львы
и вечно жив Хозяин Звезд,
за воздух и за этот тост,
за шум цветов и злобу дня,
за смех и праздник без меня…
Я снова жив, и я спасен.
И остается лишь одно:
забыть себя как страшный сон и
всплыть, ударившись о дно…
ДС — В стихе дан образ типичного алконавта?запойника, долго сидевшего в алкозависимостной депрессии и наконец развязавшего: сплошной внутренний негатив, боль и кровь, мировая скорбь по ходу принятия сменились, как обычно в начале развяза, ощущением беспреградности, радостного единения со всем сущим, готовностью к жертвенному исчезновению…
ОК — Самопожертвование для алконавтов, насколько я знаю, не характерно: «смех и праздник без меня» — это как так?…
ДС — У продвинутых бывает, под настроение.
ОК — А что означает «Я снова жив, и я спасен…» — возврат полноты жизнеощущения через опьянение?… «Забыть себя как страшный сон» — в угаре пьянки забыть себя?трезвого, опуститься до самого дна оскотинения, удариться о него и возникнуть вновь — так? Использовать маятник?…
ВЛ — Если вы меня спрашиваете, то я не знаю.
ОК — А что означает «Я снова жив, и я спасен…» — возврат полноты жизнеощущения через опьянение?… «Забыть себя как страшный сон» — в угаре пьянки забыть себя?трезвого, опуститься до самого дна оскотинения, удариться о него и возникнуть вновь — так? Использовать маятник?…
ВЛ — Если вы меня спрашиваете, то я не знаю.
ОК — Если автор не знает, что означают строки его стихотворения, кто же знает?
ВЛ — Стихотворение. Быть может, и его герой. Герой, правда, не то слово…
ДС — Если бы не предыдущее, я эту концовку сделал бы как раз выражением освобождения от зависимости, и алкогольной, и всякой.
ВЛ — Под кайфом отдача себя зависимости и переживается именно как приход свободы, снятие всех цепей. Старый дьявольский перевертыш.
ОК — «Верность тишине, моей единственной жене» мне понравилась. И «сотворение травы».
ВЛ — Ради этих строк остальные… А вот еще.
…и проклянешь себя, и медленно уснешь…,
Последний сон с такою неохотой,
с такой тупой размазанной ухмылкой
уходит… нет… толчется…
Подождешь еще немного.
С внутренней икотой
потянешь лапу к полу за бутылкой…
СТОП. Ты же завязал, голубчик. Врешь,
не завязал. Всего лишь воздержался
на время жизни. Внутреннее время
совсем другое. Внутренне ты пьешь
как крокодил. Твой вирус размножался.
Там, в красногубом слизистом гареме
ты удержу не знаешь и куешь
потомство для шестнадцати галактик…
Но ты не тактик.
Внутренняя дрожь,
хозяйка мыслей, слез и предвкушений,
выводит на газон единорога,
которого ты совестью зовешь.
Натянут поводок. Суров ошейник,
тобою почитаемый за Бога.
Ты внутренне его как нитку рвешь
и просыпаешься…
ДС — «Утро в завязе» назвал бы я эту икотную картинку. Муторно, тяжко парню. Мотивирован к трезвости от тупого нельзя, позитива нет.
ОК — Написано в состоянии алкогольно?зависимостной депрессии, угадала?
ВЛ — Почти. По воспоминанию. ДС — Преисподняя вожделений… Совесть?единорог, Бог?ошейник… И все это во сне… А наяву? ВЛ — Вот это.
Я помню все, что было не со мной.
С мучительной, сквозной, безумной силой
я помню, как молитвенник в пивной,
все то, что не со мной происходило.
Вот входит во врачебный кабинет
какой?то расторможенный брюнет
и тень за ним — бледнеющий ребенок.
Глаза его бездонны, профиль тонок.
Он эгоист, беспомощен и глуп,
ему не удержать дрожащих губ,
себя не удержать… Как сумасшедший,
седой брюнет бросается на женщин,
ребенок засыпает за стеной…
Я помню все, что было не со мной:
блондинку, глаз косившую блудливо,
молитвенник, упавший в кружку пива…
Чья это жизнь была, ошибка чья?
Все то, что было, — то уже не я,
а кем?то не дописанная повесть,
и я, о ней зачем?то беспокоясь,
дрожа, как на экзамене студент,
спешу придумать звучный хеппи?энд…
Как найти смысл в трезвости?
ВЛ, с 22 до 34 лет я хорошо выпивал и посиделки в компании были смыслом жизни. Очень хочу бросить. Но вопрос: как найти новый смысл жизни?
Иван
Иван, вопрос ваш очень точен и предельно огромен. Если мы с вами найдем на него хотя бы 51 процент ответа — спасем, если не осчастливим, 51 процент человечества. Шутка, но не совсем.
Давайте для начала освежим представление о том, что такое смысл жизни.
С 22?х до 34?х, говорите, этим самым смыслом для вас были дружеские попойки. Но смысл ли это был? Или что?то другое?…
Хорошо помню то время, когда и у меня все смыслы и ценности жизни спирально суживались к столу, за которым сидел друг?собутыльник или несколько, а при отсутствии таковых — некий собирательный образ в лице самой Госпожи Бутылки и ее содержимого.
Бутылка была жертвенником, на который приносилась энергия физическая и душевная, материальные средства, человеческие отношения… Идол, за мои деньги дававший мне мгновения кайфа, чувство свободы и единения с миром.
Не только за деньги он этим меня одалживал. Платой было и здоровье, и сила, и ум, и самоуважение, и любовь близких, которую он отнимал безжалостно, и все остальные смыслы и ценности — он их растаптывал, пожирал, заливал блевотиной, этот идол…
