Не толкуй «владение собой» только как самонасилие.
Это одна лишь из составляющих, далеко не главная, необходимая только в некоей дозе…
В какой? — В той же, в какой для движения автомобиля нужна стартовая энергия зажигания.
Что труднее всего сделать утром в постели, когда вставать надо, а вставать неохота?… Встать. Труднее всего просто встать. Или даже просто открыть глаза…
А вот полуприсесть потихоньку и протереть глаза (хорошо и вместе с ушами!) — чуть легче… И это уже есть дозированное, вполне осуществимое самонасилие — первая подзаводка мотора бодрствования… Дальше уже легче как?то еще подвигаться — а потом — хоп! — и переместиться на пол, принять вертикальное положение… Ты уже запустился, привет!.. Неблагодарные себе, мы не замечаем, что каждое утро совершаем подвиг преодоления постельного притяжения, равный по значению выходу в Космос. Не ведаем, какие могучие программные автоматизмы включаются на орбите бодрствования…
Не я первый заметил, что чем одареннее человек, тем труднее ему с собой совладать, и особенно в молодости, пока дух ищет себя и мечется. Гений творит не «владея собой», но позволяя творческой стихии собой овладеть. И это безмерный труд и великая смелость.
Неприглядная видимость — бездеятельность, непродуктивность — еще не есть бездеятельность внутренняя и не равнозначна бесплодию духа.
Невозможность справиться с собой может быть знаком действия способностей безымянных, исканий невыразимых. Не все, что в нас есть, согласуется с жизнью, не все должно согласовываться.
Ты не машина деятельности, какой бы то ни было, ты человек — бездна бездн. Ты работаешь не только работой, но всем своим бытием, всем молчанием…
Знаешь, когда до меня дошло, что депрессии нужны человеку для вразумления его глупой души, а потому не могут оцениваться однозначно только как зло — тогда я и поклялся себе, что в любом аду буду жить до упора, до самой ленточки…
Нарабатывай объективный, ясный, спокойно?врачебный взгляд на свои всяческие несостоятельности, наполовину, если не на все 100 процентов, мнимые. Не угрызайся виной за бесчувствие и апатию; не добивай, попросту говоря, этого и так?то забитого ребенка, который в тебе замерзает.
Жалей его, грей — но не балуй и не облизывай. А просто вот — принимай. Да — принимай Себя с депрессией. Как только почувствуешь это, принимай — не путай с «махнуть рукой»! — не сдавайся, а понимай и принимай как, скажем, повышенную температуру — так сразу же станет легче: начнет ребеночек шевелиться и постепенно отогреваться…
Депрессия прекратит обобщаться и пожирать дух — утратит свою философскую силу и перестанет быть пессимизмом. Наоборот — как боль, как целебная боль, — начнет закалять, укреплять и взрослить.
Станет легче; может быть, и хорошо станет.
Только нет гарантии, сама знаешь, что навсегда. И когда совсем хорошо станет, до счастья включительно, старайся поменьше себе обещать, хотя трудно это — не строить воздушных замков…
Не помысли, что изрекаю психотерапевтические благоглупости — можем гордиться, что принадлежим к великому племени Меланхоликов, подаривших миру, по самым скромным подсчетам, 51 процент гениальных личностей. (Остальные 49 — тоже меланхолики, только бодренькие.)
И еще несколько частностей; если хочешь, считай их врачебными рецептами; хочешь — просто житейскими пожеланиями из личного опыта…
— Доктор Движение: Худо — ходи!
Или бегай. Или — хорошо очень! — танцуй. Или (а почему «или», когда лучше «И»?!) — плавай, гоняй на велосипеде, на лыжах и/или коньках, на роликах…
Главное, повторю — инерцию одолеть, с места сдвинуться, ну хоть чуточку себя — да за шкирку!.
.
Пластом лежим? — а ну, пошевелимся. Шевелиться можем?… А как же, хоть труп, но живой ведь. Раз шевелиться можем, то приподнимемся… Удалось? — Сидеть можем? Можем. Уже достижение.
Сиднем сидим? Сидим. Встать можно? Можно.
А ну?ка, встанем, походим. Пошли, пошли…
По комнате ходим вполне хорошо, в туалет даже и порезвей при нужде можем, ведь так?…
А теперь оделись — и вон из дома! — На воздух!
Меняй положения и места, двигайся всячески!
Перемещайся — теки! Депрессия есть застой, а движение есть поток: освежение жизни.
Любое движение — и ходовой шаг, и махание руками, и шевеление пальцев — имеет физиологический, психологический и фортунологический (относящийся к раскладу событий жизни, к Судьбе) уровни действия. Движение — и чистильщик тела и духа, и успокоитель, и возбудитель, а может быть даже и наркотиком, далеко не худшим.
У двигающегося всегда есть вероятность найти новое и перемениться. Сколько километров тоски человечество преодолело с помощью ног, лошадиных копыт, собачьих упряжек, колес, пропеллеров?…
Что до меня, то я лечу свои депрессии прежде и лучше всего ногами, я стал ходоком и останусь им, покуда живу, даже если мне когда?либо придется ходить без помощи ног. Километры моей тоски перешли в светограммы строк…
Слышу, слышу… Да, да, понимаю… С места не сдвинуться — стартер не работает, батарейки сели совсем, все обесточено, обездвижено…
Ну тогда — наготове для тебя, поспешает на плоте
— Доктор Пост, он же Великий Чистильщик.
О нем я писал немало, напомню только, что пост, как и голод, — понятие растяжимое и необязательно состоит в абсолютном отказе от мяса или полном воздержании ото всякой пищи.
Помимо очистки от внутренних нечистот, играющих на потребу депрессии, — Доктор Пост, или, скажем уж посильней, Доктор Голод, Грамотный Голод, включает могущественные внутренние двигатели оживления и обновления.
Работая по принципу маятника, Великий Чистильщик сперва может показаться жестоким мучителем, садистом, усугубляющим и без того невыносимые страдания — ведь известно: бывают депрессии и от недоедания и голодания, механизм их вполне понятен — нехватка сил, нехватка и райских веществ, нутряных наркотиков — эндорфинов.
Зато потом, на восстановлении — сколько новорожденных сил, сколько желанной свежести, сколько счастья — жить, просто жить!.. Природная мощь! Омолаживание! Огромная жизнеучительная сила!..
Сурово, да, а иногда и рискованно. Не каждому можно голодать и уж подавно не каждому этого захочется, особенно тем, кого вместе с депрессией повадилось посещать животное по имени Жрун…
Многие боятся даже разочек отказаться от ужина или завтрака — а ведь и такая щадящая мера, как запрет на еду после шести вечера или до двух дня, поможет и постройнеть, и выскочить из депрессии, а заодно исцелить пару?другую любимых болячек…
Вот, к слову, и кажущийся злым, страшным, а на самом деле сердобольный и ледокольный
— Доктор Боль. Для чего боль депрессивному человеку, с душой и так?то болящей?…
Подобное лечится подобным, заметили не только гомеопаты. Ад лечится тоже адом — в дозах уменьшенных либо даже, наоборот, увеличенных…
Недаром многие душестрадальцы, дети особенно, часто стремятся не только смотреть страшилки, но и испытывать на себе непосредственно… Раскачка застрявшего в адском болоте эмоционального маятника — лучше через еще?хуже. Пробуждение хоть какой?то чувствительности в случаях, когда все погружено в тупо?маразматический мрак… Да, уже приближение к заповеднику садомазохизма, где всяк, кто ищет, обрящет… Я предлагаю до зверинца не доходить, а применять мой личный метод контрастного самомассажа.
Сочетание?чередование болевых воздействий — до нестерпимости — и разнообразно?приятных.
Кому показан?… Любому, кто к своей любимой депрессии настолько неравнодушен, что готов доказать это добросовестным рукоприкладством.
