— Пошли вон! — строго приказал Каспар.
Зеваки разбежались, только один из оборванцев осторожно приблизился к его милости и подал оброненный плащ.
— Спасибо, братец, — поблагодарил Каспар и, приняв плащ, дал оборванцу монетку.
Обрадованный, тот помчался с нею на Рыночную площадь.
— Нам нужно уйти отсюда, — повторил Каспар.
— Куда мы пойдем?
— Тут неподалеку есть хорошее чистое заведение. Нам необходимо поговорить.
— Извольте — я согласен.
Еще не все зеваки разошлись по своим делам, когда в темном тупике у самых складов с сухим шелестом расступился воздух и у каменной стены возник человек в черном балахоне.
Он посмотрел в спины двум уходившим вооруженным кавалерам, не спеша приблизился к лежавшему на мостовой телу и остановился рядом с ним.
Затем, пугая последних зевак, шагнул в переулок и, убедившись, что там тоже не осталось живых, ушел, как и появился, — растворившись без следа в воздухе.
10
Хорошим чистым заведением оказался кабачок под названием «Ваза». Именно туда Каспар сопроводил своего странного знакомого, поддерживая его под локоть, поскольку тот еще плохо держался на ногах.
В «Вазе» оказался небольшой, на пять?шесть столов зал, за половиной из них сидели посетители — с виду вполне приличные господа. Никаких уличных грабителей, наемников и воров.
Достаточно высокие цены надежно закрывали сюда вход неплатежеспособной публике. А тем, кто не понимал, правила доходчиво объяснял широкоплечий вышибала с дубинкой в руке.
В этом заведении Каспара тоже знали, но только с хорошей стороны, поскольку здесь он никогда не делал долгов.
Ему и его знакомому предоставили хороший столик, принесли красного вина и подали фирменное блюдо — жареную утку.
Когда хозяин спросил, не нужна ли господам компания приличных девушек, Каспар отказался:
— Благодарю. В приличных не нуждаемся. — Он повернулся к молодому дворянину. Тот жадно ел, разрывая утку на куски. Как видно, у него уже давно не было хорошего обеда. — Ну и кто же вы такой, мой нежданный враг? — спросил Каспар, не притрагиваясь к еде.
— Меня зовут Бертран, — сказал молодой человек, совладав с голодом и оставив утку в покое. — Бертран фон Марингер.
— Фон Марингер? Не из тех ли фон Марингеров, что из поколения в поколение командуют армиями герцогов Ангулемских?
— Да, — со вздохом ответил Бертран. — Сейчас этот пост занимает мой отец.
— Как же получилось, что сын фон Марингера выступает за шайку уличных воров?
— Это долгая история. Просто я четвертый сын в семье и в этом моя главная беда. Самый старший брат — Симеон готовится занять место отца на службе герцога. Второй брат — Густав получит в наследство замок Марингер. Вилгару достанется наше имение в Междуречье. А мне не достанется ничего. И мой удел — кормиться своим мечом и титулом.
— И вы, граф, решили начать кормление с меня? В ответ Бертран тяжело вздохнул:
— Я пошел на это только от отчаяния, поверьте. Когда я покидал родной дом, мне дали только коня, дедовский меч и двадцать золотых дукатов в кошельке… Я и так уже совершил невозможное, прожив на них полгода.
— О?о, целых полгода на двадцать золотых! Это безусловно подвиг.
— Да знаю я, знаю, что мне следовало бы жить скромнее, однако не забывайте: я целых двадцать лет был графом.
— Вы и сейчас граф.
— Да знаю я, знаю, что мне следовало бы жить скромнее, однако не забывайте: я целых двадцать лет был графом.
— Вы и сейчас граф.
— Это так, но вы же понимаете, что я хотел сказать.
— Я понимаю.
— У меня все еще есть этот титул, однако я стараюсь никому о нем не говорить. Для всех я просто Бертран.
— Ну, теперь я начинаю что?то понимать, — сказал Каспар. — А этот меч, стало быть, принадлежал вашему деду Курту фон Марингеру?
— Да, с ним мой дед водил на врага армию герцога.
— Для атаки в седле он неплох, однако для фехтования слишком тяжел. Я легко мог выбить его из ваших рук еще в самом начале.
— Почему же не выбили?
— Так мне удобнее было смотреть за вашими компаньонами. Они опасались высунуться, боясь попасть под ваш клинок… Кто заказчик моего убийства, вы, конечно, не знаете?
— Нет, на это дело меня пригласил Кривой. Но его настоящее имя — Джеберли.
— Насколько я понял, им был нужен кто?то с настоящим оружием — тут вы и подвернулись со своим мечом. Сколько вам обещали за участие в убийстве?
— Кривой говорил, что по пять золотых.
— Понятно. Что вы намереваетесь делать дальше?
— Не знаю. — Бертран снова вздохнул. — У меня еще остался фамильный перстень, расшитая золотом уздечка и вполне приличное седло. Коня, увы, я уже продал. Это был отличный конь, однако его нужно было кормить, да и место в конюшне стоит немало. Раньше я о таких вещах даже не задумывался… Одним словом, я сейчас в затруднительном положении.
— В таком случае займитесь пока уткой, а то она быстро остывает…
— Благодарю вас… э?э… — Бертран не знал, как ему обращаться к новому знакомому.
— Зовите меня Каспар. Каспар Фрай.
— Спасибо, Каспар, — улыбнулся Бертран и набросился на утку с прежним энтузиазмом.
Через пару минут от нее остались только кости, а Бертран вытер руки довольно потрепанным шелковым платком и принялся за вино. Выпив один за другим два бокала, он с улыбкой признался:
— Знаете, Каспар, в нашей семье все изощренные гурманы. Таких поваров, как у нас, нет даже у герцога, но я, пожив самостоятельной жизнью, научился ценить такие простые вещи, как молодое вино и обычная утка.
— Рад, что мне удалось хоть немного скрасить вашу жизнь, Бертран. И знаете что, мне кажется, я знаю способ, как вам помочь.
— Помочь? Вы и дальше собираетесь помогать мне, после того, что я хотел с вами сделать?
— Это хотели сделать со мной не вы. Это хотела сделать ваша нужда… Одним словом, в скором времени, через пару недель или чуть больше, у меня в руках будет хорошее дело. Верное дело. И тогда мне понадобятся толковые люди, которые смогут отправиться со мной в длительный поход.
— Куда именно?
— Мм. Пока не знаю, но даже если бы и знал, до поры не сказал бы вам.
— Что ж, я заранее соглашаюсь ехать с вами. Прежде я совсем не знал вас, Каспар, однако по нескольким фразам этих бандитов понял, что вы служите герцогу Вы его наемный убийца?
— Нет, просто я выполняю для его светлости некоторые деликатные поручения. Давайте мы поступим следующим образом. — Каспар придвинулся к Бертрану ближе, окинул зал внимательным взглядом и понизил голос. — Вот как мы сделаем. Сейчас я оплачу обед и еще дам вам три золотых. На эти деньги вы будете жить полторы недели и, таким образом, сохраните и свой фамильный перстень, и уздечку, и седло. Все это пригодится вам достаточно скоро. Итак, три золотых на десять дней, — повторил Каспар и положил три желтые монетки на стол перед Бертраном.
— Вы слишком добры ко мне, однако уверяю вас, что мои привычки с некоторых пор сильно изменились. Этих денег мне вполне хватит до нашей следующей встречи… Ну, — Бертран смутился, — я хотел сказать — хватит до похода.
— Я так и понял, — заверил Каспар.
Он не собирался сообщать графу, что на три золотых семья ремесленника из десяти ртов могла безбедно просуществовать полгода.
— Кстати, что это за труба, из которой в меня выстрелил Кривой?
— Труба? — изумился граф. — Я не видел никакой трубы… Вы же меня свалили…
