А дома Каспара ждала горячая ванна с травами. Вспомнив о Генриетте с ее вкусными завтраками и к месту поданным полотенцем, Каспар вздохнул. Здесь ему оставалось только предаваться мечтам.
— Все было тихо, — отчитался Бертран. — Только под утро сильно выли шакалы, но затем успокоились.
— Должно быть, наткнулись на останки лошади, ваша милость, — сказал гном и зевнул. — Для них это большая радость. Раз — и целая лошадь.
— Для них радость, а для нас нет, — угрюмо заметил орк, надевая доспехи. — Не надо было оставлять им лошадь.
— А что было делать — тащить ее на себе? — спросил гном.
— Хоть бы и на себе. Вон какие у них окорока. Мы бы ими знаешь сколько могли бы питаться?!
— Окорока у них, — передразнил гном. — И ты спокойно жрал бы окорока товарища своего боевого коня? Ай?яй?яй, гляди, как они на тебя смотрят.
Углук обернулся и, взглянув на полусонных лошадей, тут же отвел взгляд.
— Да ладно, я пошутил, — сказал он и вздохнул. — Я товарищей не ем.
— Пора нам трогаться, — заметил Фрай. Ему не терпелось поскорее тронуться в путь, чтобы просохла одежда и согрелась кровь.
Отряду недоставало еды и воды, и это было очень скверно.
Когда поделили последнюю солонину, настроение у орка совершенно упало, поэтому Каспару пришлось рассказывать историю о том, как тепло его встречали местные жители. »
— За мелкую серебряную монетку нам могут зажарить целого барана или дикую антилопу. Их в этих местах довольно много.
— Правда? — Орк оживился и, приподнявшись, стал смотреть по сторонам в надежде увидеть хоть одну антилопу. — Как ты думаешь, Фундинул, если я буду есть антилопу, это не будет товарищ моего боевого коня?
Гном немного подумал, а потом сказал:
— Нет, все?таки антилопа — это не лошадь.
— В таком случае надо немедленно найти антилопу, а его милость или Аркуэнон сейчас же ее подстрелят.
— Антилопы не так глупы, чтобы ходить возле голодных орков, — сказал гном, и на это Углуку возразить было нечего.
57
Через какое?то время все согрелись под лучами солнца, и настроение в отряде улучшилось. И тут совершенно неожиданно из?под одного из барханов показалась дорога.
Видимо, время от времени ее заносило песком, но теперь по ней можно было ехать и вела она как раз в том направлении, куда стремился Каспар, — на юг.
— Надо же, как в городе, — заметил Бертран, когда они спустились с сыпучего бархана на твердую дорогу.
Древние строители делали ее из глины, поскольку в здешнем климате ей не грозило превратиться в размоченное дождем грязное месиво.
— Куда ведет эта дорога, ваша милость? — спросил гном.
— Понятия не имею. Ты же видишь — ее постоянно заносит песком. Когда я последний раз был в этих краях, никакой дороги не было и мы ехали по барханам.
— Как долго нам придется добираться до ближайшего колодца? — поинтересовался мессир Маноло, который ехал позади Каспара в одном с ним седле.
Пока еще их конь выдерживал двоих, однако без воды он быстро терял силы.
— К обеду будем на месте.
Не прошло и часа, как ехавший впереди Бертран натянул поводья и остановил лошадь.
— Что такое? — забеспокоился Каспар и поспешил к нему.
Он боялся, что Бертран снова увидел калхинуду, однако это оказалась непонятная, сооруженная поперек дороги преграда.
— Ну и на что это похоже, мессир? — спросил Каспар. — Как по?вашему?
— Похоже на старое поваленное дерево.
— Откуда здесь деревья?
— А по?моему, это кости какого?нибудь животного. Скелет, — заметил наблюдательный гном.
— Давайте подъедем ближе. Как будто ничего страшного в этом сооружении нет, — предложил Каспар.
Отряд стал медленно приближаться к заграждению. Когда подъехали вплотную, стало ясно, что этот гигантский остов принадлежал какому?то древнему существу.
— Это огр! — с уверенностью произнес Углук. Он спрыгнул с лошади и шагами померил длину скелета.
— Примерно двадцать пять ярдов! — сообщил он.
— Где ты таких огров видел — двадцать пять ярдов? — тут же спросил Фундинул. — По сравнению с этим гигантом огры просто дети.
— А я говорю — огр! — настаивал на своем Углук. — Еще мой дед говорил, что в годы его молодости огры были высотой с дерево, орки были ростом с огров, а гномы вырастали как люди.
— Как лю?у?уди? — недоверчиво переспросил Фундинул и покосился на стройного, ровно сидящего в седле Бертрана. — А почему же после все изменилось?
— Потому что весь наш мир заколдовали. Это же просто, гном, — сказал Углук и усмехнулся, впервые за все время почувствовав превосходство над Фундинулом.
— Поехали дальше, — скомандовал Каспар.
Стоявший первым Бертран тронул своего коня, заставив его взбираться по бархану, чтобы объехать останки невесть как попавшего сюда гиганта.
Что с ним случилось — погиб ли он от руки древних разбойников или упал от слабости посреди дороги? Узнать это было уже невозможно.
Отряд снова выбрался на дорогу и продолжил путь.
Скоро стали появляться первые признаки жилья — птицы. Они проносились в небе по своим делам, не обращая внимания на небольшой караван.
Затем, недобро зыркая на путников, появился ворон. Он сделал над ними круг и опустился на сухой колючий куст.
— Что это еще за новость? — произнес Бертран, глядя на зловещую птицу.
— Пуская себе сидит, — ответил Фрай, думая о своем.
Аркуэнон покосился на черного ворона и положил руку на лук, а мессир Маноло достал свой маленький нож и вытянул руку, как будто на расстоянии коснулся птицы лезвием.
Видимо, ворон почувствовал это. Он громко каркнул и, тяжело взлетев, понесся прочь.
— Что вы с ним сделали, мессир Маноло?
— Я показал ему, что вижу его.
— Кого его? Мы все его видели.
— Нет, вы видели ворона, а я — того, кто его прислал.
— Опять эти колдовские фокусы?
— Да. И боюсь, наше появление в этом селении не будет неожиданным.
58
Через какое?то время неожиданно поднявшийся ветер принес запах дыма.
— Судя по запаху, это торф, — сказал Углук и заулыбался, демонстрируя крепкие клыки. — В моем селении тоже топили очаги торфом и варили кашу с мясом. Она попахивала дымком, а уж вкусная была… Ммм…
Орк даже глаза зажмурил от воспоминаний о сытых днях своего детства.
— Это не торф. Это помет домашних животных.
Это помет домашних животных. Местные жители сушат его и используют как топливо, — сообщил всезнающей Каспар. — В этих суровых краях не пропадает ничего.
Наконец дорога, по которой отряд ехал почти полдня, кончилась — пришлось снова взбираться на преграждавший путь бархан.
Поднявшись на его вершину, бойцы отряда увидели довольно большое поселение. Сколько в нем домов, понять было трудно — эти своеобразные сооружения напоминали квадратные коробки, прилепленные друг к другу. Сделаны они были из глины и огорожены такими же глиняными заборами.
— Я не вижу ни одного дерева, — произнес удивленный Бертран.
— В этих местах нет деревьев, — ответил ему Каспар.
— Нет деревьев? Совсем? — недоверчиво воскликнул молодой граф. — Откуда же они берут фрукты?
— А у них и фруктов нет, — сказал сидевший за спиной Каспара мессир Маноло.
— Но постойте, ведь все знают, что на юге самые лучшие фрукты. В наше имение привозили целые возы засахаренных фруктов с юга.
— Они привозят их не отсюда, а от самого моря, где климат более мягкий. Там растут деревья и на них фрукты, которые и привозили вам торговцы. Здесь же ничего этого нет, — сказал Каспар и пустил лошадь по склону бархана.
