Правда, была надежда, что их остановит Бертран, которого Каспар еще вчера перетащил в эту же гостиницу. Но лучше было проверить самому.
Не успел Каспар сесть за стол, как по мостовой зацокали копыта и возле его ворот остановился всадник.
Не успел Каспар сесть за стол, как по мостовой зацокали копыта и возле его ворот остановился всадник. Он соскочил на землю и постучал в ворота.
Каспару пришлось спуститься, отворить ворота и принять у курьера пакет.
— Его светлость приказал мне убедиться, что вы прочтете.
Каспар отошел чуть в сторону и сорвал печать.
В письме герцог предупреждал его, что этим вечером — в девять часов прибудет к нему в дом инкогнито. Он обещал дать последние наставления и привезти с собой карту.
— Ну все — я прочел, — сказал Каспар.
— Благодарю, ваша милость, — поблагодарил курьер и, взобравшись в седло, умчался обратно в замок. Каспар поднялся в дом.
— Что?нибудь не так, ваша милость? — спросила Генриетта, заметив на лице хозяина печать озабоченности.
— Нет, все в порядке. Это был курьер герцога. Сегодня вечером у нас будут гости.
Завершив наконец обед, Каспар стал собираться в город.
Генриетта подавала ему меч, кинжал, шляпу и плащ. А затем сказала, что очень беспокоится за его милость. Сильнее, чем беспокоилась прежде.
— Вы уж берегите себя, — сказала она.
— Ну, раз ты просишь — обязательно поберегу, — пообещал Каспар. — К тому же со мной мой кривой кинжал.
И, весело подмигнув Генриетте, он отправился по делам.
В конце улицы Бычий Ключ за ним увязался «хвост». Каспар сразу приметил его. Это был не Синий Колпак, а какой?то оборванец рангом пониже.
С опаской приглядывая за Фраем, оборванец держался поближе к стенам и, стоило тому остановиться, сейчас же нырял в подворотню.
На Рыночной площади Каспар первым делом поймал экипаж — арбу для перевозки крашеного льна.
— Куда прикажете, ваша милость? — спросил возчик. Каспар узнал в нем того, кто доставлял его домой, едва живого, две недели назад.
— В хозяйство Табриция, — буркнул Каспар, взбираясь на высокую арбу.
Возчик дернул вожжи, и пара трудолюбивых пони потащила грохочущую арбу по булыжной мостовой.
По дороге Каспар развлекался тем, что наблюдал за приставленным к нему соглядатаем. Бедняга старался не отстать от арбы. Пони трусили все резвее, и соглядатаю приходилось прикладывать немало усилий. Пару раз он столкнулся с прохожими, а в одном месте даже перевернул лоток с товаром, за что был бит разгневанными торговцами.
Возле высокого каменного забора, за которым начинались владения торговца лошадьми Табриция, Каспар расплатился с возницей и, бросив взгляд на стоявшего в отдалении шпиона, постучал в ворота.
Ему открыл охранник, который знал Фрая в лицо. Лошади в здешних местах ценились очень высоко, а потому охранялись надежно.
Услышав скрип ворот, навстречу Каспару вышел сам Табриций. Они обменялись рукопожатиями, и хозяин повел Фрая показывать лошадей, которых отобрали по его заказу.
— Это чистокровные мардиганцы, — предупредил заводчик. — Они не особенно скоростные, зато выносливы и могут целый день подниматься в гору без воды и корма.
— Я знаю. Прошлый раз ты продал мне именно таких.
Когда Каспар и Табриций вошли на конюшню, где в стойлах находились отобранные лошади, заказчик удовлетворенно кивнул. Эти животные сразу ему понравились.
Они были одинаковой темно?коричневой масти, ширококостые, с мускулистыми ногами, что говорило об их силе и выносливости.
— Их здесь пять, — сказал Фрай.
— Ну да. Ты ведь и просил у меня пять.
— Да, я просил пять. Но, судя по всему, мне понадобится и шестая. Найдется шестая?
— Найдется и шестая. У меня еще таких десять голов, так что будет из чего выбрать.
— Это хорошо. Подбери шестого, и будет полный порядок.
Подбери шестого, и будет полный порядок.
Шестую лошадь Фрай запросил для еще одного участника похода, которого обещал привезти герцог. И хотя в записке его светлость ничего об этом человеке не сообщал, Каспар был уверен, что увидит его этим вечером.
— Если я не сообщу тебе ничего дополнительно, то давай договоримся, что ты доставишь лошадей завтра утром, сразу после восхода. Шесть коней вместе с седлами, уздечками и седельными сумками за реку, к началу Старой дороги. Деньги я отдам тебе там же. Сколько это будет стоить?
— За шесть лошадей — восемнадцать золотых.
— Хорошо. Договорились.
На том они и расстались. Табриций нашел для Каспара транспорт — один из конюхов довез клиента до Рыночной площади на специальной подрессоренной тележке.
Потолкавшись среди покупателей и продавцов, Каспар не заметил своего «хвоста». По?видимому, тот не сумел угнаться за скоростным экипажем.
Однако это еще ни о чем не говорило. Весь город был наводнен ворами, у них повсюду были глаза и уши.
Перейдя площадь, Фрай отправился в гостиницу.
25
Подходя к «Коту и Ботинку», он не услышал шума, который мог сопутствовать драке гнома с орком. Окна на втором этаже все были целые, а значит, с самого утра здесь было все спокойно.
Перешагнув через слишком настырного нищего, Фрай поднялся по скрипучей лестнице и вышел в сумрачный, больше похожий на тюремный коридор.
Там он нашел нужную дверь и негромко постучал.
— Кто там? — спросили изнутри. Каспар узнал голос Фундинула.
— Это я — Каспар Фрай.
Дверь открылась, Каспар вошел в просторные двухкомнатные покои. Это было дорогое удовольствие, однако Каспар решил, что лучше пусть весь его отряд находится в одном помещении.
— Добрый день, ваша милость, — поздоровался Углук.
Он сидел за столом, а перед ним на огромном подносе лежал растерзанный жареный поросенок. Косточки других жертв были сложены рядом аккуратными кучками.
— Ты, я вижу, никак не наешься, Углук?
— Я сыт, ваша милость, но, если есть возможность скушать еще немного, почему же отказывать себе? Тем более что в походе мы будем жить куда скромнее.
— Голодать мы не будем — это я обещаю. Солонины закуплено вдоволь.
— Я бы предпочел копченое мясо, — сказал Бертран, который сидел за другим столом и перелистывал старую книгу.
— Копченое брать нельзя. По ветру его запах разносится на мили… Как настроение, Бертран, и что за книга?
— Я перечитываю труды Ранделя.
— Кто такой этот Рандель?
— Великий философ древности.
В ответ Каспар только пожал плечами. Великие философы древности его ничуть не занимали.
— Если вы видите в этом какую?то пользу, Бертран, читайте. Можете даже взять эту книгу с собой.
Оставив в покое графа, Каспар обратил внимание на эльфа.
Тот одиноко стоял у окна и смотрел на улицу, туда, где между домами была видна часть Рыночной площади с ее сутолокой.
Кровать, на которой этой ночью спал эльф, была настолько идеально застелена, что Каспар засомневался, ложился ли на нее эльф или так и простоял у окна всю ночь.
Сам эльф тоже выглядел очень опрятно. Как будто над ним трудился целый штат цирюльников и гладильщиц?белошвеек.
И точно так же он выглядел вчера — будто бы и не прожил много дней на чердаке, среди крыс и голубиного дерьма.
Его длинные волосы были аккуратно зачесаны за остроконечные ушки и стянуты в хвост широкой кожаной лентой.
Лесная куртка и кожаные штаны также были чисты и безупречны. Короткие мягкие сапожки выглядели так, будто их сшили только недавно.
