— В некотором роде он никак не выглядит. Или, точнее, он может выглядеть как угодно.
— Объяснил, называется! — обиделся Василий.- Эй, Смычок, подойди.
Смычок, довольно неприятный типчик с мордочкой, похожей на крысиную, и с похабным голым розоватым хвостиком, свисающим из штанов, был приставлен к нам Жабаном — то ли в качестве надсмотрщика, то ли лакея. Вообще-то никаких неудобств мы в замке Кощея не испытывали: обслуга живенько реагировала на все наши капризы. Словом, не жизнь, а разлюли-малина — как выразился все тот же Василий… Здесь можно было не только три-четыре дня, но и полгода прожить на полном пансионе, отдыхая от суетной Москвы.
Щеглов, конечно, мог себе позволить повалять дурака какое-то время. К сожалению, у резидента обязанностей поболее, чем у шофера, да и обстоятельства требовали от меня активных действий.
— Слушаю, вашество! — вытянулся перед Василием в струнку Смычок. Черные маслянистые глазки настороженно следили за каждым нашим движением, а остренькие зубки посверкивали в приветливо оскаленной пасти. Среди нынешней свиты Соловья-разбойника я этого типа не встречал — видимо, он сгинул где-то на тысячелетнем пути из прошлого в будущее.
— Ты Сагкха видел?
— Никак нет, вашество! — В глазах крысака промелькнул страх, и он опасливо покосился на дверь, словно ждал подвоха.
— А как Кощей с Сагкхом общается?
— Не могу звать, вашество. Мы — люди маленькие, а местами так и вовсе не люди.
— То-то и оно, что местами… — недовольно буркнул Василий.- Свободен.
Не исключено, что Смычок знал о Сагкхе больше, чем сказал нам, но, вероятно, он получил от Жабана четкие инструкции не потакать чрезмерной любознательности гостей. Впрочем, я и без этого урода знал, что вступить в контакт с Сагкхом можно только с помощью черной магии.
— Ох уж эта ваша магия! — вздохнул Василий.- От нее одни сплошные неприятности. Ну, может быть, за исключением карт… Слушай, Никита, все равно нам здесь делать нечего.
.. Слушай, Никита, все равно нам здесь делать нечего. Научи передергивать по высшему паррийскому разряду!
У Василия Щеглова, как и у всякого уважающего себя землянина, имелась мечта. К слову, не слишком благородная, но по-человечески понятная. Дело в том, что расторопный шофер Венедикта Жигановского как-то однажды очень крупно продулся в казино. И затаил на это заведение обиду, поклявшись отомстить. То есть обыграть заведение в пух и прах.
Однако владельцы казино были не лыком шиты и по части магии игры могли дать Василию сто очков вперед. Трижды Щеглов пытался отыграться, но неизменно оказывался бит самым беспощадным образом. И тогда у него родилась идея прибегнуть к помощи инопланетянина в героическом противостоянии с ловкими земными шулерами.
К сожалению, никакими способностями на избранном поприще игрока Василий не обладал. То, что легко давалось Сене Курицыну и папе Караваеву (не говоря уж о Наташке, которая в последнее время делала большие успехи в магическом искусстве, грозя заткнуть за пояс учителя — то есть меня), никак не получалось у Василия. Мешали Щеглову горячность и неуемное желание побыстрее добиться успеха. Но несмотря на бесчисленные неудачи, он не оставлял надежды овладеть приемами карточной магии и без конца изводил меня настойчивыми просьбами о помощи.
— Смычок, неси карты.
Крысак упрашивать себя не заставил и через пять минут появился с новехонькой колодой.
— Для разминки сыграем в подкидного…- Василий принялся перетасовывать карты.
— А это что еще за игра? — удивился я.
— Ну, в дурака,- пояснил Василий.
— Кто дурак-то? — обиделся я на столь странное предложение.
— Ты будешь дураком, если останешься.
Ну, это мы еще посмотрим!
Правила игры в подкидного дурака были столь незамысловаты, что их легко усвоил не только я, но и Смычок, решивший составить нам компанию. Василий, между прочим, принялся мухлевать уже при сдаче. Я оставил его некорректные действия без последствий. Что касается Смычка, то он оказался посредственным игроком. Я в два счета скинул карты и со спокойной душой наблюдал, кто из моих партнеров дурнее.
Разумеется, больше шансов остаться в дураках имел Василий. Каким бы недотепой ни был Смычок, азами магии он владел. Более того, я не мог не отметить, что Кощеевы слуги прошли хорошую школу при своем небесталанном патроне. А Василий действовал как самоуверенный дилетант.
Смычок уже похихикивал, предчувствуя победу, но тут случилось нечто, заставившее меня насторожиться. Щеглов отбил тузами трех Смычковых королей, включая и козырного, хотя, по моим расчетам, никаких тузов у него быть просто не могло, поскольку они уже вышли.
— Так дело не пойдет! — обиделся Смычок.- Это уже не магия, а чистое мошенничество!
Крысак был совершенно прав, но в данном случае он напрасно предъявлял претензии Василию Щеглову: нашего земного лоха явно кто-то использовал.
— Сдавай на четверых,- сказал я Смычку.
Крысак сильно побледнел и вытер рукавом кафтана пот, заструившийся по узенькому лобику. Он, конечно, понял мой намек и готов был бежать от карточного стола куда глаза глядят.
— Ты с ума сошел, благородный принц Ник! — прошипел Смычок в мою сторону.- Это же верная гибель!..
Да, в игре с таким партнером у человека шансов нет — это я знал, между прочим, и без подсказки Кощеевой шестерки. Все мои магические познания — просто пшик по сравнению с той мощью, которой обладал Сагкх.
Но игра уже началась, и он вряд ли выпустит нас из-за стола, не удовлетворив своего законного любопытства… Прямо скажем, мысль Василия поиграть в карты в замке Кощея в то время, когда здесь находится Сагкх, была не очень удачна. Ибо любая игра — в сущности, магия, где бал правит случайность, а не закономерность.
Смычок сдал карты на четверых и вопросительно глянул в мою сторону. Василий, пребывавший в эйфории от только что одержанной победы, не сразу сообразил, что ситуация изменилась коренным образом.
— Значит, так,- сказал он.- Играть давайте без ваших магических штучек-дрючек. По-честному.
— Как это — по-честному? — удивился Смычок.
— В открытую,- сказал Василий, переворачивая карты.- И попробуй теперь сказать, Смычок, что я тебя обманул.
Надо отдать должное Щеглову — мозги у него работали! Столь оригинальным ходом он лишал нас со Смычком всех преимуществ, ибо игра тут же из области высокого магического искусства превращалась в простую забаву… Я не возражал против того, чтобы поиграть с судьбой в кошки-мышки; Смычку, похоже, было все равно; оставалось заручиться согласием последнего нашего партнера. Его карты пока что лежали закрытыми.
— Ты зачем на четверых сдал? — удивленно покосился на Смычка Василий.- До трех считать не умеешь?
— Сагкх подсел к нашему столу,- негромко сказал я Василию.- Теперь от него зависит, какой будет игра.
— Это что же, играем двое на двое? — хмыкнул Василий, который, похоже, не очень поверил в участие таинственного существа в нашей забаве.
Карты Сагкха по-прежнему покоились на столе. Видимо, младенец размышлял. Никто не любит проигрывать, а дети тем более. Если бы игра шла втемную, Сагкх обставил бы нас без труда. Конечно, он это отлично понимал!.. С другой стороны, абсолютное превосходство над людьми делало игру для него неинтересной: по себе знаю, как скучно играть, зная результат наперед… Свой расчет я как раз и строил на том, что Сагкху захочется испытать судьбу. Азарт возьмет в нем верх над детским самолюбием.
