Офис психа Сиротина внушал уважение. Это обстоятельство слегка насторожило Крюкова, хотя он и вычитал в ориентировке, что Евграф Виленович человек небедный. Однако одно дело — прочитать, а другое — увидеть собственными глазами мраморные полы и набыченную охрану, которая, впрочем, быстро расслабилась, увидев удостоверение в руках молодого человека, довольно высокого, приятной наружности и спортивного телосложения. Реакция «стражей» Федора отнюдь не удивила. Он вежливо попросил проводить его в кабинет Евграфа Виленовича Сиротина, к которому у его ведомства появились кое-какие вопросы.
Реакция «стражей» Федора отнюдь не удивила. Он вежливо попросил проводить его в кабинет Евграфа Виленовича Сиротина, к которому у его ведомства появились кое-какие вопросы.
Весть о появлении человека из органов летела по офису со скоростью птицы, тогда как сам Крюков передвигался по коридорам обычным прогулочным шагом. Именно поэтому в приемной видного бизнесмена и политика лейтенанта уже ждали, предупредительно распахнув перед ним двери в кабинет шефа.
— Здравствуйте, Евграф Виленович,- вежливо произнес Федор, с интересом разглядывая отделанные ценными породами дерева стены.
Кабинет ему понравился, а вот хозяин — гораздо меньше: бегающие глазки всегда вызывают подозрение у работников компетентных органов, равно как обильные капли пота, выступающие на лбу и выдающие нешуточный испуг ни в чем вроде бы не обвиняемого пока человека.
— Здравствуйте, товарищ лейтенант,- дрогнувшим голосом приветствовал гостя сутулый субъект невысокого роста, обладавший на редкость невыразительным лицом.- Садитесь, пожалуйста… Чем могу быть полезен?
— Я по поводу вашего заявления… — Крюков охотно воспользовался приглашением и пристроился на стуле у стола в двух метрах от приунывшего бизнесмена.
— Какого заявления, простите? — Евграф Виленович вытер белоснежным платочком посеревший лоб и испуганно глянул на уверенно расположившегося напротив лейтенанта.
— Вы хотите сказать, что ничего нам не писали? — с металлом в голосе произнес Крюков, пронзив забывчивого собеседника стальными клинками серых глаз.
— В некотором роде… — Рука Сиротина противно задрожала, и он поспешно убрал ее со стола.- У меня, знаете ли, бывают провалы в памяти… Видимо, склероз.
— Для законченного склеротика вы еще довольно молоды, Евграф Виленович,- холодно отозвался Крюков.- Я расцениваю ваше поведение как попытку скрыть от органов важную информацию.
— Ну почему же? — растерянно произнес Сиротин.- Я всегда готов к сотрудничеству. И даже сам как-то раз пытался…
— Ну, вот видите,- обворожительно улыбнулся Крюков,- вы все сразу вспомнили.
— Я писал,- кивнул головой бизнесмен.- Но прошу учесть, товарищ лейтенант, что я находился тогда в состоянии умопомрачения, вызванном алкогольным психозом. У меня и справка есть на этот счет.
— Не трудитесь,- остановил Крюков бизнесмена, зашарившего рукой в ящике стола.- У нас имеется заключение вашего лечащего врача… Скажите, вам что, угрожают? Уж больно вы нервничаете!
— Кто угрожает? — Глаза Сиротина округлились от страха.
— Ну, допустим этот Мышкин?
— Нет! — энергично затряс головой Евграф Виленович.- Не стану клеветать на человека офицеру компетентных органов. Никита Алексеевич — очень вежливый, любезный и щедрый молодой человек!.. Что же касается черных магов, то да: шантаж и обман имели место быть! Иначе я никогда не подписал бы бумагу о сотрудничестве с орденом Золотого Скорпиона.
— Почему вы не заявили о шантаже в компетентные органы?
— Федор Васильевич, я вас умоляю! — беспорядочно замахал руками в сторону Крюкова Сиротин.- Это же верная психушка! А я там уже побывал — благодаря моему старинному приятелю Виссариону Дмитриевичу Пацакову.
— Пацаков, следовательно, знает об инопланетных пришельцах?
— Ха! — дернулся Сиротин.
— Он не просто знает- он все видел собственными глазами!.. Но Виссарион будет молчать, товарищ лейтенант! И другие тоже! Кому охота прослыть сумасшедшим?! Ведь доказательств-то — никаких!.. Да заикнись Пацаков об этом перед журналистами — и все! Конец политической карьере!.. Я вам написал по глупости… по простоте душевной… Ну, и из страха тоже… А кто бы на моем месте не испугался? Я такое видел собственными глазами, Федор Васильевич, что ни в сказке сказать, ни пером описать! Даже вам боюсь рассказывать, потому как все равно не поверите — психом посчитаете! Я ведь дракона видел — вот как вас сейчас! Шестиглавого!.. Ну да вы наверняка его тоже видели в кино. Сюзи- теперь звезда экрана!..
— А я думал, что там комбинированные съемки, компьютерные технологии…
— Какие компьютерные, уважаемый? — нервно хохотнул Сиротин.- Самая натуральная рептилия о шести головах! Говорящая к тому же. И сильно пьющая!.. Лично имел неосторожность выпить с ним на брудершафт!..
Кажется, Крюков совершенно напрасно пришел к Сиротину. Если у лейтенанта и были какие-то сомнения по поводу психического здоровья Евграфа Виленовича, то после услышанного они полностью отпали… Как ни странно, видного бизнесмена недоверие, явственно читавшееся на лице гостя из органов, нисколько не огорчило — даже вроде обрадовало.
— А вы мне не верьте, дорогой Федор Васильевич… Не верьте! Так для вашего здоровья полезнее… И протокол не пишите — иначе вас сочтут «двинутым по фазе». Чего доброго, отправят на обследование к психиатру! Уволят из органов, поломают карьеру!.. Просто сообщите начальству, что я — псих, и с меня взятки гладки… В крайнем случае организуйте финансовую проверку деятельности нечистой силы.
— Какой еще нечистой силы? — насторожился Крюков.
— Язык мой — враг мой! — спохватился Сиротин, запоздало зажимая рот рукой.
— Нет уж, Евграф Виленович, выкладывайте все начистоту! — строго сказал лейтенант.
— Так я ведь — как на духу… — заторопился псих.- Все, что знал, выложил вам, не таясь… Но если скажу, что в этой корпорации монстров заправляет небезызвестный Соловей-разбойник, вы ведь не поверите?
— Какой еще Соловей?
— Тот самый, которому Илья Муромец бил морду за антиобщественное поведение!
Крюков рассердился, даже побагровел от гнева, что с ним случалось крайне редко. У лейтенанта сложилось твердое мнение, что Сиротин над ним просто издевается. Ибо есть же, в конце концов, пределы и помешательству!.. В Соловья-разбойника Федор верить отказывался категорически!
— А я ведь предупреждал… — махнул рукой в его сторону Сиротин.- Вот вы уже и обиделись… Но что делать, Федор Васильевич, если мы угодили в историю, которая не подходит ни под одну статью Уголовного кодекса?.. А вы отметьте Соловья в своей записной книжечке как вора-рецидивиста с многолетним стажем. Можете и начальству доложить, что некий Соловьев Степан Степанович, развивший бурную деятельность на ниве шоу-бизнеса, несмотря на почтенный возраст — человек сомнительный и с богатым криминальным прошлым! А возглавляемая им контора «Кощеево царство» — рассадник аморализма и всяких непотребств!
— За аморальность у нас сейчас не судят,- хмуро бросил Крюков вежливо улыбающемуся Сиротину.
— И не знаю тогда, чем вам помочь,- развел руками Евграф Виленович.- Вот разве что фотографией… Извольте полюбоваться.
