Последовал продолжительный период тишины. Рекс и Чипс отчаянно пытались придумать какой-нибудь способ казни, кроме расстрела.
Мульч дал им немножко подумать, а потом вежливо предложил:
— Я бы, например, закопал меня в землю живьём.
— Живьем? — пришёл в ужас Чипс. — Да ты что! Ты ведь наверняка будешь орать и брыкаться. А потом меня целую неделю будут мучить кошмары.
— Я обещаю лежать неподвижно. Кстати, я вполне заслужил столь ужасную смерть. Ведь я обозвал вас парочкой накачанных одноклеточных кроманьонцев.
— Правда? И когда?
— Ну, если раньше я вас так не обзывал, то сделал это сейчас.
— А кто такие кро… кро?..
Положение спас Рекс. Он был более импульсивным из этого славного дуэта.
— О'кей, мистер Подкопайли, — потер он свои лапищи. — Знаешь, что мы с тобой сейчас сделаем? Закопаем тебя живьём!
Мульч схватился за голову.
— Знаешь, что мы с тобой сейчас сделаем? Закопаем тебя живьём!
Мульч схватился за голову.
— О, какой ужас!
— Ты сам напросился, приятель.
— Неужели?
Рекс достал из багажника вторую лопату.
— Еще никто и никогда не называл меня накачанным одними клетками кротом-миньонцем!
Мульч послушно растянулся в могиле.
— Твоя правда, — откликнулся он. — Я тоже не знал, что такие кроты существуют.
Рекс принялся яростно засыпать яму. Здоровенные мускулы чуть не рвали пиджак. Буквально через пару минут тело Мульча полностью скрылось под землей.
— Это было ужасно, — вдруг пробормотал мучимый угрызениями совести Чипс. — Просто ужасно. Бедняжка, какая страшная смерть…
Однако Рекс и не думал раскаиваться.
— Этот гад сам напросился. Обзывал нас… всякими словами.
— Но хоронить заживо? Это ведь типа совсем как в ужастике. Ну, знаешь, это киношка, в которой показывают всякие ужасные ужасы и кошмарные кошмары…
— Кажется, я видел этот фильм. Там ещё в самом конце была целая куча слов.
— Ага, он самый и есть. Честно говоря, эти слова испортили мне все впечатление.
Рекс закончил размахивать лопатой и чуток попрыгал на рыхлой земле.
— Не волнуйся, дружище. В этом кине никаких слов не будет.
Они сели в «шевроле», но Чипс все никак не мог успокоиться.
— А знаешь, меня реально пробило, — сказал он. — Всё это реально реальнее, чем в самом реальном кине.
Рекс, не обращая внимания на запрещающий знак, пересек сплошную линию и помчался к центру города.
— Тут все решает запах. А в кине запаха нет.
Расчувствовавшись, Чипс шмыгнул носом.
— А ты помнишь его в самом конце? Ну, этого, Подкопайли… Он вроде очень расстроился.
— Неудивительно.
— Я собственными глазами видел, как он плакал. Его плечи тряслись так, будто он смеялся, но, наверное, он плакал. Какой дурак будет смеяться, когда его закапывают живьём?
— Точно плакал, не иначе.
Чипс вскрыл очередные чипсы, на этот раз с ароматом бекона.
— Ага. Прямо-таки рыдал, бедняга.
На самом деле Мульч хохотал так сильно, что едва не подавился, когда первая же порция земли угодила ему в пасть. Ну и клоуны! Впрочем, им крупно повезло, что они были клоунами, иначе это им пришлось бы выбирать метод собственной казни.
Раззявив челюсти, Мульч прокопался вниз на пять метров, после чего повернул на север: роя себе могилу, он приметил в той стороне какие-то заброшенные склады. Волоски бороды посылали во всех направлениях звуковые волны. В районах, густо населенных вершками, нужно было проявлять крайнюю осторожность. Люди имели дурацкую привычку закапывать в землю что ни попадя. Мульчу не раз приходилось натыкаться на трубы, канализационные отстойники и бочки с промышленными отходами. Хуже нет, когда тебе в рот попадает то, чего ты совсем не ждёшь.
Но как приятно было снова оказаться под землей, в родной для всех гномов стихии. Пальцы ловко просеивали почву, и очень скоро Мульч вошел в привычный ритм. Он набирал полную пасть земли, дробил её зубами и выбрасывал отходы через отверстие на противоположном конце своего тела.
Волоски бороды сообщили Мульчу, что на поверхности все чисто, и он, разгоняясь, двинулся наверх. Наружу он вылетел как пробка, придав себе ускорение остатками кишечных газов.
Элфи поймала его в метре от земли.
— Очень миленько, — сказала она.
— А что? — сразу начал оправдываться Мульч, — Мною движут естественные позывы. Кстати, ты что, приглядывала за мной всё это время?
— Да, на случай, если что-нибудь пойдёт не так.
Знаешь, ты устроил настоящее шоу.
Мульч стряхнул с комбинезона прилипшую глину.
— Пальнула бы пару раз из своего «Нейтрино», и мне не пришлось бы рыть землю.
Элфи улыбнулась, почти как Артемис.
— Это не предусмотрено планом. А мы должны работать по плану, верно?
Она набросила на плечи гнома кусок маскировочной фольги и пристегнула к «Лунному поясу» тонкий, но очень прочный тросик
— Только поосторожней, прошу тебя, — встревоженно произнес Мульч. — Гномы — земные создания, и нам очень не нравится летать. Мы настолько не любим высоту, что даже стараемся лишний раз не подпрыгивать.
Элфи включила двигатель крыльев и направилась к центру города.
— Я буду так же внимательна к твоим чувствам, как ты — к служащим Легиона подземной полиции.
Мульч побледнел. Странно, но факт: эта миниатюрная эльфийка вселяла в него куда больший страх, чем здоровяки головорезы.
— Элфи, если я чем-нибудь обидел тебя, то приношу свои искренние…
Закончить фразу Мульч не успел, поскольку от резкого ускорения слова застряли у него в горле.
Шпиль Спиро
Арно Олван проводил Артемиса в камеру. Она была достаточно комфортабельной, и в ней имелось все необходимое, даже игровая приставка. Хотя, впрочем, кое-каких привычных вещей там не хватало. В частности, окон и ручек на дверях.
Олван похлопал Артемиса по голове.
— Я не знаю, что произошло в том лондонском ресторане, но если ты попытаешься повторить свой фокус здесь, я выверну тебя наизнанку и сожру твои маленькие подлые внутренности.
Для убедительности он звонко щёлкнул наточенными зубами, а потом наклонился поближе к уху Артемиса. Мальчик чувствовал, как острые клыки чуть ли не касаются его мочки.
— Мне наплевать, что говорит босс. Очень скоро он наиграется с тобой, так что на твоем месте я бы не стал меня раздражать.
— Если бы ты оказался на моём месте, то я оказался бы, на твоем, и в таком случае я очень постарался бы спрятаться куда-нибудь подальше.
— Правда? И почему же?
Артемис сделал паузу, чтобы дальнейшие слова лучше дошли до Арно Олвана.
— Потому что за тобой идёт Дворецки. И он очень зол.
Олван даже отступил на несколько шагов
— Не может быть, парень. Я сам видел как он умирал. Видел его кровь!
— А я и не отрицаю, что он умер, — усмехнулся Артемис — Я лишь сказал, что сейчас он идёт за тобой.
— Ты пытаешься меня запутать. Мистер Спиро предупреждал об этом!
Олван попятился к двери, не спуская глаз с Артемиса.
— Не волнуйся, Олван. Или ты думаешь, Дворецки прячется в моём кармане? У тебя ещё есть несколько часов или, может, дней. Но не больше.
Арно Олван хлопнул дверью так сильно, что даже стены задрожали. Артемис улыбнулся ещё шире. И в плохом можно найти что-то хорошее.
Артемис вошел в душевую кабину и подставил лоб под струи горячей воды. Честно говоря, он немножко волновался. Одно дело разрабатывать план у себя дома. И совсем другое — осуществлять этот план в логове льва. Его уверенность за последние дни несколько поослабла, хотя сам Артемис в этом никогда не признался бы. Спиро перехитрил его в Лондоне, причём без особых усилий. Артемис сам шагнул в ловушку американца, как турист в тёмный переулок.
