— Стало быть, ты знаешь, как туда проникнуть?
— Я знаю, как мне туда проникнуть. А потом я вернусь за тобой.
Мокасин мгновенно насторожился:
— А почему я не могу пойти с тобой? Это куда проще, чем болтаться по округе у всех на виду.
— Во-первых, я залезу в дом, только когда стемнеет. Во-вторых, ты, конечно, можешь пойти со мной, если так хочешь, но нам придётся проползти через канализационный отстойник и подняться по девятиметровой сточной трубе.
Во-вторых, ты, конечно, можешь пойти со мной, если так хочешь, но нам придётся проползти через канализационный отстойник и подняться по девятиметровой сточной трубе.
При одной мысли об отстойнике Мокасину стало так дурно, что пришлось открыть окно.
— О'кей, — наконец сказал он, немножко очухавшись. — Ты пойдёшь первым и вернешься за мной. Но будь на связи и, если случится что плохое, немедленно сообщи.
— Есть, сэр, босс, — сказал Мульч, вставляя наушник в волосатое ухо и прикрепляя микрофон к пиджаку. — Разве я могу лишить тебя возможности вдоволь поиздеваться над маленьким мальчиком?
Оттачивать на Мокасине сарказм было бесполезно. Он всегда думал, что сарказм — это такой вид горчицы.
— Вот именно, — сказал человек из Килкенни. — Я тут босс. И ты не лишишь меня такой возможности.
Чтобы отвлечься, Мульчу пришлось снова сосредоточиться на дороге, а то его борода уже пошла мелкими кудряшками. Волосы гномов чрезвычайно чувствительны к витающему в воздухе настроению, и борода Мульча ещё никогда не подводила своего хозяина. Их партнерство с Мокасином ничем хорошим не кончится.
Мульч остановил машину у стены, окружающей родовое поместье Фаулов.
— Ты уверен, что нам нужно именно это место? — спросил Мокасин.
Мульч показал похожим на обрубок пальцем на изысканно украшенные железные ворота.
— Видишь, на них написано «Поместье Фаулов»?
— Да.
— Я думаю, нам нужно именно это место. Такую насмешку даже Мокасин не мог пропустить мимо ушей.
— Тебе, Подкопайли, — процедил он, — лучше провести меня в этот дом, иначе…
— Иначе что? — продемонстрировал ему свои зубы Мульч.
— Иначе мисс Фразетти очень расстроится, — запинаясь, закончил фразу Мокасин.
Прекрасно понимая, что эту битву он проиграл, Мокасин стиснул зубы и поклялся про себя проучить Муча Подкопайли при первой же возможности.
— О, нам совсем не хочется расстраивать мисс Фразетти, — сказал Мульч.
Он спустился с сиденья и достал из багажника свою сумку. В ней находились несколько очень необычных для взломщика инструментов, которыми его снабдил все тот же друг из Нью-Йорка, что делал ему документы. И все же Мульч очень надеялся, что к крайним средствам прибегать не придётся. По крайней мере, если он попадёт в особняк так, как запланировал.
Мульч постучал в дверь машины.
— Что надо? — рявкнул Мокасин, опуская боковое стекло.
— Не забудь, о чём мы договорились. Сиди тут и жди, пока я не вернусь.
— Это похоже на приказ, Подкопайли. Теперь ты тут отдаешь приказы?
— Я? — удивленно воскликнул Мульч, обнажая ровные ряды огромных зубищ. — Отдаю приказы? Даже думать об этом не смею.
Мокасин поднял стекло.
— Вот и не смей, — проворчал он себе под нос, когда между ним и ужасными зубами снова возникла какая-никакая, а все ж преграда.
Тем временем Дворецки заканчивал приводить себя в порядок, убирая с лица и головы лишние волосы. Наконец он снова стал похож на самого себя, только очень постаревшего.
— Кевлар, говорите? — переспросил он, разглядывая темное пятно на груди.
Артемис кивнул:
— Очевидно, в рану попали волокна, и магия вживила их в твоё тело. Но Жеребкинс утверждает, что ничего страшного не случилось, просто иногда тебе будет трудно дышать. Правда, от пули эти волокна тебя тоже не спасут, разве что она попадёт тебе в грудь на излете.
Дворецки застегнул рубашку.
— Все так изменилось, сэр. Я ведь больше не могу вас охранять.
— А мне больше и не понадобится охрана.
Элфи была права. Мои гениальные планы вечно приводят к тому, что страдают люди. Как только мы разберёмся со Спиро, я намереваюсь полностью посвятить себя учебе.
— Как только мы разберёмся со Спиро? Вы и правда об этом думаете? Сэр, Йон Спиро — опасный человек. Я полагал, что вы уже поняли это.
— Я все прекрасно понял, мой старый друг. И поверь, я учту это в своем плане, который, кстати, уже начал разрабатывать. Мы сможем вернуть Всевидящее Око и нейтрализовать мистера Спиро при условии, что Элфи согласится нам помочь.
— Кстати, а где Элфи? Я хотел бы поблагодарить её. Ещё раз.
Артемис снова взглянул в окно.
— Ей нужно было совершить Ритуал. Ты сам можешь догадаться, где она сейчас.
Дворецки кивнул. Два года назад они познакомились с Элфи в священном для волшебного народца месте на юго-востоке Ирландии, где она совершала восстанавливающий магическую силу Ритуал. Хотя сама Элфи предпочитала отзываться об этом «знакомстве» как о «похищении».
— Она должна вернуться примерно через час. Ты пока можешь отдохнуть.
Дворецки покачал головой.
— Сейчас не время для отдыха, сэр. Я должен проверить дом. Вряд ли Спиро удалось так быстро собрать новую команду убийц, но осторожность не помешает.
С этими словами громадный телохранитель направился к стенной панели, которая скрывала за собой комнатку, где располагался центр управления охранной сигнализацией. Каждый шаг давался Дворецки с трудом, Теперь из-за кевлара в груди даже подъём по невысокой лестнице будет для Дворецки нелегким испытанием.
Слуга перевел большой экран в многоканальный режим, чтобы видеть передаваемые со всех камер изображения одновременно. Одна из картинок вдруг заинтересовала его и он, нажав пару кнопок, увеличил изображение.
— Так-так, — удивленно протянул он. — Вы только посмотрите, кто заглянул к нам поздороваться.
Артемис подошёл к Дворецки и увидел на экране какого-то коротышку, демонстрирующего непристойные жесты прямо в направленную на кухонную дверь видеокамеру.
— Ну надо же, Мульч Рытвинг… — пробормотал Артемис. — А я как раз думал, как бы его найти.
— Это неудивительно, сэр, — хмыкнул Дворецки. — А вот зачем он вас нашёл?
Привычки гнома ничуть не изменились: развалившись в кресле, он тут же потребовал принести ему сэндвич. Мол, о деле на пустой желудок не говорят. К сожалению для Мульча, Артемис лично отправился готовить ему еду. Через некоторое время мальчик появился из буфетной, держа в руках блюдо, на котором словно бы что-то взорвалось.
— Это оказалось несколько сложнее, чем я думал, — объяснил Артемис.
Мульч распахнул массивные челюсти и разом заглотил все содержимое блюда. Несколько минут он сосредоточенно жевал, потом запустил в пасть всю пятерню, достал оттуда громадный кусок жареной индейки, внимательно осмотрел его и снова сунул в рот.
— В следующий раз добавь побольше горчицы, — двигая челюстями, сказал он и смахнул с рубашки хлебные крошки.
Мульч даже не заметил, что совершенно случайно включил прицепленный к лацкану пиджака микрофон.
— На здоровье, — язвительно отозвался Артемис.
— Это ты должен меня благодарить, юноша, — наставительно произнес Мульч. — Ведь я прилетел в такую даль из Чикаго только ради того, чтобы спасти твою жизнь. И тебе жаль для благородного Мульча какого-то сэндвича? Кстати, благородный Мульч вовсе не считает сэндвич достойным вознаграждением за эту услугу.
