— Дело не в порядочности. Я просто не могу это сделать.
Артемис забарабанил пальцами по капсуле. Он думал.
— Свяжи меня с Жеребкинсом, — сказал он наконец.
— Я говорю от имени волшебного народца, — раздраженно произнесла Элфи. — Мы не выполняем приказы вершков.
— Пожалуйста, Элфи, — развел руками Артемис. — Я не могу позволить ему умереть. Это же Дворецки.
Тут Элфи было нечего возразить. В конце концов, Дворецки неоднократно спасал их жизни.
— Ну хорошо, — сказала она, снимая с ремня запасное устройство связи. — Но хороших новостей тебе лучше не ждать.
Артемис вставил в ухо наушник и отрегулировал микрофон, чтобы он находился у самых губ.
— Жеребкинс? Ты нас слушаешь?
— Шутишь? — раздался в наушнике насмешливый голос кентавра. — Да я весь внимание. Это гораздо интереснее ваших «мыльных опер».
Артемис собрался с мыслями. Он должен говорить убедительно, это последний шанс Дворецки.
— Я прошу у вас помощи. Вашей целительной магии. Понимаю, все может закончиться неудачей, но неужели нельзя хотя бы попробовать?!
— Все не так просто, вершок, — откликнулся кентавр. — Думаешь, каждый может пользоваться целительными чарами? Для этого требуются немалый талант и умение сосредоточиться. Я признаю способности Элфи, но для такой работы необходима целая команда квалифицированных кудесников.
— У нас нет времени, — оборвал его Артемис — Дворецки слишком долго находится в состоянии клинической смерти. Мы должны сделать это прямо сейчас, прежде чем глюкоза рассосется. Ткани пальцев уже поражены.
— Как и его мозг, наверное? — высказал предположение кентавр.
— Мозг не должен был пострадать. Я действовал очень быстро и сразу положил Дворецки на лёд.
— Ты уверен? Но вдруг мы вернем только тело Дворецки, а его разум останется где-то бродить?
— Я абсолютно уверен. Мозг не пострадал.
Жеребкинс на несколько секунд замолчал.
— Артемис, далее если мы согласимся на твою просьбу, я не могу гарантировать результат. Неизвестно, что магия сотворит с телом Дворецки, не говоря уж о его разуме. Последствия могут быть самыми ужасными. Ничего подобного никто никогда не пробовал.
— Понимаю.
— Ты действительно это понимаешь? И готов ли ты смириться с последствиями, если дело закончится неудачей? Повторяю, возможно возникновение целого ряда непредсказуемых проблем. И именно ты будешь заботиться о существе, которое восстанет из этой капсулы. Ты правда готов принять на себя такую ответственность?
— Я готов на все, — не задумываясь ответил Артемис.
— Хорошо. Теперь решение за Элфи. Никто и ничто не может заставить её пустить в ход чары, если она сама того не захочет.
Артемис опустил взгляд. Сейчас он не мог смотреть эльфийке в глаза.
— Ну, Элфи, ты сделаешь это? Попробуешь?
Элфи смахнула лёд со лба Дворецки. Он был хорошим другом волшебному народцу.
— Я попробую, — наконец промолвила она. — Никаких гарантий, но я сделаю всё, что в моих силах.
У Артемиса едва не подогнулись колени от облегчения, но он быстро собрался с силами. Расслабляться пока рано.
— Спасибо, капитан. Я понимаю, что принять такое решение было не просто. Чем я могу помочь?
Элфи указала на дверь.
— Для начала ты можешь покинуть фургон. Мне нужна абсолютно стерильная среда. Я позову тебя, когда закончу. Что бы ни случилось, что бы ты ни услышал, не входи, пока я не позову.
Элфи сняла камеру со шлема и установила её на крышку криогенной капсулы, так чтобы Жеребкинсу было лучше видно пациента.
— Ну, что скажешь?
— Хорошо, — ответил Жеребкинс. — Вижу всю верхнюю часть тела. Криогеника… Этот Фаул — просто гений, по человеческим стандартам разумеется. У него ведь было меньше минуты, чтобы разработать план. Весьма смышленый паренек.
Элфи тщательно вымыла руки в раковине операционной.
— Только почему-то этот твой гений постоянно попадает во всякие неприятности! Поверить не могу в то, что сейчас делаю! Жеребкинс, мы ведь пытаемся вернуть к жизни существо через четыре с четвертью часа после его смерти! Это станет первым подобным воскрешением в истории, если, конечно, у нас все получится.
— Но с технической точки зрения, если верить Фаулу, после смерти Дворецки прошло только две минуты. Надеюсь, ему действительно удалось то, о чём он рассказывал. Главное было как можно быстрее понизить температуру тела Дворецки. Но…
— Что? — спросила Элфи, быстро вытирая пальцы полотенцем.
— Любое замораживание нарушает биоритмы и магнитные поля тела, а в этих вопросах даже медицина волшебного народца ещё не до конца разобралась. На карту поставлены не просто кожа и кости. Мы понятия не имеем, что подобная травма могла сотворить с разумом Дворецки.
Элфи приблизила лицо к видеокамере.
— Жеребкинс, ты уверен, что мы поступаем правильно?
— Очень жаль, Элфи, но у нас нет времени для дискуссии. Каждая секунда стоит нашему другу пары мозговых клеток. Я буду давать тебе инструкции по ходу операции. Сначала следует тщательно осмотреть рану.
Элфи сдвинула в сторону несколько пузырей со льдом и расстегнула костюм из фольги, в который облачили Дворецки санитары. Входное отверстие было чёрного цвета и походило на засохший бутон цветка, скорчившийся в центре кровавого пятна.
— У него не было шансов. Пуля вошла прямо под сердце. Я увеличу картинку.
Элфи опустила забрало и при полощи фильтров шлема увеличила изображение пулевого отверстия.
— Вижу какие-то волокна в ране. Скорее всего, это кевлар.
Из динамиков послышался стон Жеребкинса:
— Только этого нам не хватало. Осложнения…
— Не понимаю, какие осложнения могут вызвать волокна? И хватит стонать. Выражайся нормально.
— Ладно, ладно. Краткий курс волшебной хирургии для чайников. Если ты попытаешься обработать целительными чарами рану, магия, конечно, восстановит клетки Дворецки, но добавит в них кевлар. К жизни Дворецки не вернётся, зато станет абсолютно пуленепробиваемым.
Элфи почувствовала, как по спине её поползли мурашки.
— Итак, что я должна сделать?
— Нужно нанести ещё одну рану и действовать уже через неё.
«Великолепно, — подумала Элфи. — Новую рану… Кончится все тем, что мы его на кусочки порежем».
— У него тело твердое, как камень.
— У него тело твердое, как камень.
— Значит, тебе придётся немного согреть его. Воспользуйся «Нейтрино-2000», но поставь самую малую мощность. Если мозг очнется раньше времени, нам не удастся спасти Дворецки.
Элфи достала свой «Нейтрино» и установила мощность на минимум.
— Как считаешь, в каком месте лучше нанести новую рану?
— На другой грудной мышце. И будь готова немедленно пустить в ход целительную магию — тепло будет распространяться очень быстро.
Элфи навела бластер на грудь телохранителя.
— Жду инструкций.
— Немного ближе. Чтобы до тела оставалось примерно пятнадцать сантиметров. И двухсекундный импульс.
Элфи подняла забрало и несколько раз глубоко вздохнула. Использовать «Нейтрино-2000» в качестве хирургического инструмента? Это что-то новенькое…
Элфи плавно нажала на курок. Раздался едва слышный щелчок. Со вторым щелчком бластер извергнет импульс смертоносной энергии.
— Две секунды.
— Давай!
Щелчок. Из ствола лазера вырвался горячий оранжевый луч и распустился на груди Дворецки экзотической орхидеей. Будь телохранитель в сознании, он бы тут же грохнулся в обморок от жуткой боли. С небольшого участка тела идеально круглой формы лёд испарился и осел каплями воды на металлическом потолке фургона.
