«Ну, куда? — подумал он. — В контору? Пожалуй…» И тусклой кометой понесся по зеленоватой глубине. Вдаль. К ближайшему решетчатому кубу мощного районного сервера.
Пальцы Бая привычно отстучали на клавиатуре адрес конторы Камилла, логин и пароль.
[Enter_]
Вход.
Холд, что и неудивительно, был устроен на манер домашнего холда Бая. Многие пользователи, из тех, что еще не успели накопить достаточно опыта, пользовались единым сетевым пространством, просто входили в него из разных мест. С домашнего терминала, с работы, из гостей. Бай давно отказался от этой порочной практики. Дом домом, а работа работой. Работу можно и потерять. А дом — крепость. Поэтому «на выезде» Бай просто создавал маленькую копию, филиал домашнего холда. Разумеется, помещая туда ровно то, без чего обойтись нельзя, плюс то, что можно было и не таить от любопытного сетевого народа.
Бай с самого начала отчетливо сознавал: его окружают тысячи людей, куда более умелых, нежели он сам. Даже учитывая способность ходить в Сеть без мнемоюстов. Поэтому всегда допускал возможность взлома собственной крепости, надеясь все же, что этого никогда не произойдет.
«Ну-с, — подумал Бай с некоторым оживлением, — глянем, чем я тут последнее время занимался…» Конечно, он и так это знал. Памятью своей ущербной местной половинки. Но у нее прежде недоставало любопытства да и просто желания представить всю картину целиком, а не отдельными пикселами, как на экране старых мониторов. Увидеть изображение, а не комбинацию синих, красных и зеленых точек.
Отпихнув вязкий комок идентификатора доступа и попутно скормив ему светлую полоску парольной строки, Бай привычно потянулся к логам.
Статистика, она ведь всегда превыше всего.
Довольно быстро он нашел что искал — ссылки на рассылаемые в самые разные места программки. Прежний Бай никогда не интересовался, что они собой представляют? А действительно — что?
Наскоро собрав исполняемый модуль из готовых массивов, Бай натравил на него декомпилятор и плотно засел за изучение.
Все, что он понял, — в определенное время эта программа должна начать генерить определенный цифровой ряд. Наподобие тех, которые Бай совсем недавно ломал и менял на различных почтовках.
Недоумения Бай ощутить не успел. Кто-то виртуально отвесил ему виртуального пинка под виртуальный зад.
Бая подбросило. Не зная что думать — холд взломан или админ Камилла заинтересовался изысканиями Бая, — он заполошно взглянул назад.
В реале пальцы молниеносно отстучали на клавиатуре команду оттрассировать принятый пинг-сигнал.
В полумраке холда висело нечто объемное, похожее на большую картофелину с нашлепкой сверху.
Потом картофелина неожиданно выпростала отросток, оказавшийся в итоге рукой с фонариком.
Энди поднес фонарик к бороде, так, чтобы луч светил вертикально вверх. Лицо Энди ярко осветилось, но несколько контрастных теней остались на нем.
Пинг оттрассировался.
А потом Энди скорчил рожу, словно первоклассник, пугающий в темноте сверстников.
— Улю-улю! — сказал он басом.
Бай обмяк, хотя уже приготовился воззвать к помощи всех доступных боевых скриптов, подозрительно беспечно отнесшихся к пингу извне.
Бай обмяк, хотя уже приготовился воззвать к помощи всех доступных боевых скриптов, подозрительно беспечно отнесшихся к пингу извне.
Скосив глаза вправо, Бай незаметно впитал лог трассера. Ну кто б сомневался. Всего одна строка. С локальным адресом рабочего Баевского холда.
Энди, конечно же, сотворил пинг прямо тут, на месте.
— Фу, — выдохнул Бай облегченно. — Ну и напугал ты меня!
Энди погасил фонарик, отчего в пределах холда снова сгустился сумрак, но зато стали лучше различимы детали — угловатые конструкции закрытых приложений, мерцание системы где-то далеко внизу, развешенные там и сям сонные скрипты…
Реальность настигает сетевиков и в виртуальности — каждый тащит за собой набор стереотипов, от которых взрослому избавиться не суждено.
— Между прочим, — сообщил Энди с легким нажимом, — тебя все уже заждались.
Бай зачерпнул системного времени и понял, что почти на сорок минут пересидел над загадочной программкой. Давно пора было спешить на вечернее совещание.
— Заработался, — повинился Бай. — Прости. Но зато…
Рука Энди непропорционально удлинилась; ладонь с громким шлепком запечатала Баю рот.
В реале, несмотря на нажатия на клавиши в командной строке, ничего не возникло.
— Не здесь, — предупредил Энди. — Выходи из Сети.
Бай пожал плечами и изобразил кивок — полноценно кивнуть мешала ладонь Энди.
Когда он выходил, в пределах холда возник стандартный трек сетевика-мнемоника, эхо прерванного психического сопряжения с Сетью. У Бая он был довольно коротким и выглядел как [Bye-Bye. Bye.].
Открыв глаза перед бессмысленно серым голокубом, Бай шумно выдохнул. И только потом заметил двоих, стоящих сбоку, у его рабочего стола.
Аурел и Тири. Разумеется, в местных обличьях.
— Собирайся, — сказала Тири бесстрастно.
Бай подумал, что облик черноглазой местной красавицы как-то естественнее для нее, чем с юности знакомая рожа Тигра.
— Куда?
— Едем.
— Куда?
— Подвал на Рязанке разгромили.
— О как… — Бай вторично выдохнул и сразу встал. — Кто?
— Угадай с трех раз.
«Значит, Камилл, — сразу понял Бай. — Больше ведь некому. Вовремя мы устроили рокировку телами…» Команде Энди сели на хвост. Сразу стало зябко и неуютно, но лишь самую малость. Адреналин и азарт делали свое дело. Хотелось драки. В реале, в виртуале — безразлично. В реале даже лучше.
Ведь разрядка нужна всем.
***
! TASK 0F
[OWNER: Аурел Чогоряну (completed)]
По дороге на Рязанку они снова глядели в разные стороны.
В груди было пусто, и в душе было пусто. Аурел, оглушенный случившимся, плохо воспринимал действительность.
Не этого Аурел ожидал. Совсем не этого.
Когда они с Тири вернулись в Новокосино, Аурел еще в прихожей попытался обнять ее за плечи.
Тири вывернулась. Резко и сердито. И поглядела на него так же. А потом ушла в спальню, с силой захлопнув за собой дверь.
Сначала Аурел растерялся и принялся вспоминать — не мог ли обидеть ее каким-нибудь неосторожным словом, с первого взгляда незначительным.
Сначала Аурел растерялся и принялся вспоминать — не мог ли обидеть ее каким-нибудь неосторожным словом, с первого взгляда незначительным. Или поступком.
Ничего не вспоминалось.
Тогда он разулся, тихонько толкнул дверь в спальню и вошел. Тири в одежде ничком лежала на застеленной пледом кровати. Аурел прилег рядом и обнял ее за плечи, ожидая чего угодно, но Тири лишь слабо дернула плечом.
— Что случилось, малыш? — спросил Аурел заботливо. — Я тебя обидел?
Она не ответила.
Аурел попытался погладить ее по длинным волосам, совсем не похожим на привычную короткую стрижку, но Тири оттолкнула его руку.
— Сколько раз ты поцеловал меня… ее, пока мы ехали? Аурел растерялся еще больше.
— Не помню…
— Да ты все время ЕЁ целовал!
Отчего-то вспомнилось, что всю дорогу Тири отворачивалась и прятала лицо, поэтому целовать ее приходилось в основном в щеку или шею.
— Ее? — переспросил Аурел недоуменно. — Я целовал тебя.
И вдруг Тири расслабилась. Даже улыбнулась. Стащила джемпер, тряхнув буйной непривычной копной каштановых волос. Аурел моментально сгреб Тири в объятия, с закрытыми глазами нашел мягкие податливые губы, а секундой позже рука сама поползла под тоненькую блузку.
