Камилл сделал паузу; нарушить молчание Шейд, конечно же, не осмелился.
— Нужно найти в Сети одного ловкача… Найти и прижучить. Думаю, тебе это по силам. Найдешь?
— Найду… — пробормотал Шейд. — Только… Из дома мне было бы легче…
— А ты и есть дома, — хмыкнул Камилл. — Ты ведь в Сети.
Шейд долго молчал. Камилл, кажется, ожидал вопросов. Когда тишина стала особенно тягостной, невыносимой, Шейд все же решился нарушить ее:
— Скажите… А почему бы вам не отослать за этим ловкачом своих людей? Хотя бы того, который привез меня? Скрутили бы ему руки. Или сразу шею, если конечная цель такова…
— Потому что этот ловкач больше не существует в реале. Как и ты, впрочем. Понимаешь, что это значит?
— Нет, — честно признался Шейд.
— Тот парень, которого я ищу, в реале убит. Но его сознание сохранилось в Сети, и оно ведет себя как обычный юзер с мнемодоступом. Только покинуть Сеть сознание не может — оно обречено на существование исключительно здесь, в виртуальности. Ему некуда выходить. С тобой та же история, только ты пока не убит. Я могу вернуть тебя в тело, но не раньше, чем ты поймаешь моего ловкача. И у тебя есть трое суток, не больше, иначе в мозгу начнутся необратимые изменения, и тело погибнет. А ты соответственно останешься здесь. В Сети. Так что на твоем месте я поторопился бы…
Шейд ошарашенно слушал откровения Камилла. Своего новоявленного диктатора. Трое суток. А потом…
«А что потом? — с неожиданной злостью подумал Шейд. — Что потом? Смерть? Я и так живу лишь в Сети. Нужно оно мне, это жирное и инертное тело, вечно получающее по морде у собственного подъезда? Тело, которое нужно кормить, которому нужно ежечасно посещать сортир, которое болеет и когда-нибудь начнет стариться… Черт бы его побрал…» Если бы Шейд умел читать мысли Камилла, он бы понял, что Камилл испугался. Ненадолго, всего на мгновение, а может, и меньше. Но Камилл определенно не учел, что желание воссоединиться со своим телом у Шейда может оказаться отнюдь не таким горячим, как ожидалось. Камилл вообще не задавался подобным вопросом: само собой разумеющимся представлялось инстинктивное цепляние разума за бренную оболочку. И вдруг — такой поворот!
Но Камилл быстро нашелся.
— Трое суток, — отрезал он сухо.
— Тело твое погибнет, а тебя я попросту сотру. Вот так…
Перед несуществующими глазами Шейда побуквенно вспыхнула белесая одиночная строка:
~#mv shade/dev/null
Вот этого Шейд действительно боялся. Он так много времени проводил в Сети, что в какой-то момент стал больше отождествлять себя с сознанием, нежели с телом. Но потерять сознание, потерять себя… Закончиться как личность, угаснуть в бескрайнем мраке…
Этого боятся все, независимо от того, думают ли они о сознании или же о теле.
Это — Смерть. То, что ждет всех, и то, о чем большинство старается думать как можно реже.
— Я согласен, Камилл, — прошептал Шейд. — Я согласен. Кого нужно найти? Давай я займусь этим сейчас же, раз времени так мало.
— Его зовут Энди Трушин. Вот адреса его почтовых ящиков в нашей Сети…
Камилл, сам по-прежнему оставаясь невидимым, вбросил в пределы холда несколько адресных строк, издалека похожих на слабо мерцающие лампы дневного света.
— Он что-то затеял, как мне кажется. Садись ему на хвост и отслеживай по возможности все доступы. Ни во что не вмешивайся. Только следи. Я хочу знать, куда он ходит в Сети? С кем встречается? Что его интересует? Ты понял?
— Понял.
— Приступай…
И на Шейда свалилась еще одна строка. С вожделенным паролем.
Он схватил ее наперевес, как огромный ключ, белую и сверкающую, разом взмыл к выходу из каталога-холда и с размаху вогнал меж двух точек. Холд лопнул, словно яйцо, выпускающее в мир новорожденную жизнь. Отовсюду хлынул свет, а наверху стал виден радужный тоннель сетевого доступа и смутные очертания большого, похожего на исполинский решетчатый куб сервера вдали.
— Помни, — сказал Камилл. — Даже если ты шатаешься черт знает где, личность твоя записана все равно здесь, на моем диске. Одна-единственная команда — и тебя нет. Нужный скрипт уже наготове.
— Я помню… — беззвучно прошептал Шейд.
Впервые он уходил в Сеть без личины. Лишь эфемерное колышущееся облачко скрывало продолговатые коконы с адресными строками, и ничто на первый взгляд коконы между собой не связывало.
Шейд умел паковать информацию в удобный и приемлемый для сетевых работ вид.
«Ну, — подумал он. — За дело…»
— И не ошибись, — накатил откуда-то сзади знакомый льдистый голос.
Накатил — и истаял.
***
! TASK 01
[OWNER: Zlyden&Zhmur]
Квартиру Жмур и Злыдень сняли у черта на рогах — в Бирюлево. Рядом с кинотеатром «Керчь». В ошеломительно высоком многоподъездном доме, стоящем торцом к проезжей части. Хорошо еще, что квартира искомая располагалась всего лишь на втором этаже. Не пришлось давить на собственные нервы, выглядывая в окно, и карабкаться в немыслимую высь по тесной, вызывающей острые приступы клаустрофобии лестнице.
Злыдень ведь большую часть жизни провел в Еланце, небольшом городке при перегоне. А в небольших городках не бывает высотных зданий, это удел Сити и зоны высадки. Редко какой городишко на огромном континенте родного мира мог похвастаться двухэтажным зданием.
В глазах Аурела, когда разъезжались, Злыдень прочел то же замаскированное замешательство. Лично ему, Стасу Шиманскому по прозвищу Злыдень, больше всего били по естеству две вещи: несметные толпы на улицах и прорва высотных зданий.
До Бирюлево ехали, казалось, целую вечность, то и дело застревая в обширных пробках. Зато когда появлялась возможность — таксист гнал так, что дух захватывало. Словно по перегону. Но по перегону гнать — милое дело, трасса широкая, гладкая и пустая. Если одна-две машины навстречу за час попадутся — считай, движение плотное. А тут…
В общем, Злыдень со Жмуром не могли дождаться финиша. Чтобы набить как следует холодильник, распаковать и установить свежекупленные терминалы и надолго ухнуть в Сеть. На поиски скользкого и неуловимого противника. Камилла.
Того, кто заставил бояться и убегать.
Ведь лучшее средство против страха — устранить причину, его порождающую.
Соседи лениво глазели, как они таскают на второй этаж картонные коробки с аппаратурой.
После простора и роскоши берлоги Злыдня эта двухкомнатная клетушка казалась вопиюще тесной. Впрочем, Злыдень уже понял, что этот мир населен непростительно плотно.
«Ну и фиг с ним, — подумал Злыдень с легким раздражением. — Хватит уже удивляться…» Пока ввергли терминалы в рабочее состояние и оттестировали систему, за окнами начало темнеть. Под пристальным взглядом Жмура Злыдень стянул мнемоюсты с висков, задумчиво почесал непривычно плоское пузо и многозначительно вопросил в пустоту:
— А что обыкновенно делают после апгрейду? Или, скажем, установки нового железа?
— Пьют пиво, — с готовностью подсказал Жмур и алчно пошевелил бородой.
Злыдень фыркнул:
— Мы ж днем водку жрали.
— Ну и что? — беспечно спросил Жмур. — Выветрилась давно. Особенно после этих… погрузочных работ.
— Ну, лады. Пошли, что ли, съестного наберем.
— И пива! — добавил Жмур ревниво.
— Разумеется, друг мой, разумеется! И пива тоже. Тем более что местного мы до сих пор не пробовали.
