— Кто? — спросил он; голос при этом постыдно сорвался.
В Сети Шейд не боялся ничего — до сегодняшнего дня. А вот в реале… Каждый выход из уютной берлоги на двенадцатом этаже блочного двухподъездного монстра в Перово был для Шейда испытанием. Случалось, у него отбирали деньги прямо перед домом местные шалопаи. Случалось даже профилактически огребать по физиономии. Шейд боялся внешнего мира до дрожи в коленках. А уж после сегодняшнего визита на «Саннату»…
— Гости, — отозвались из-за двери. — Открывай, я от Камилла.
Шейд послушно отомкнул замок и отступил от двери.
Вошел парень примерно одних лет с Шейдом, но гость в отличие от хозяина был строен, подтянут, мускулист. Прическа ежиком. Взгляд колючий и жесткий, словно сталистая проволока. Одет, как и виртуальный Камилл, в синий спортивный костюм и белые кроссовки загадочной фирмы «Montray».
— Привет. Собирайся. Машина ждет.
Шейд вяло кивнул. Собираться? А что это значит?
Подумав, он натянул вместо бесформенных тренировочных брюк «выходные» джинсы, а вместо выцветшей футболки — легкий свитер. Носки. Кроссовки, почти не ношенные, хотя Шейд купил их больше двух лет назад. Большую часть времени кроссовки пылились в прихожей, под вешалкой.
— Готов? — нейтрально осведомился гость. — Пошли.
Шейд нашарил ключи на крючке слева от двери, выпустил парня в спорткостюме, вышел сам, запер дверь и лишь в этот момент невероятно остро ощутил животный страх и безоговорочное замешательство.
Неизвестность. Неизвестно во что он вляпался. И это страшило больше всего.
Лифт все еще стоял на этаже, так что вниз спустились очень быстро. У подъезда стояла вишневая «тридцатка» без единого наворота вроде спойлеров или тонированных стекол. Даже обязательного чертика на веревочке под лобовым стеклом не нашлось.
Парень кликнул пультиком охранной системы; машина мигнула фарами, смешно квакнула, и раздался отчетливый щелчок разблокировки дверей.
— Садись. — Парень приоткрыл правую переднюю дверцу.
— Парень приоткрыл правую переднюю дверцу.
Шейд молча сел, пытаясь совладать с собой. Получалось плохо. Он боялся. Очень боялся.
Во время дороги никто не проронил ни слава. Парень сосредоточенно рулил, Шейд затравленно глядел в окно. Ехали сначала к центру, потом по проспекту Газизова; где-то неподалеку от «Чашки» юркнули в узкий переулок. Перед на удивление запущенным с виду шестиэтажным домом «тридцатка» замерла, и Шейду велели вытряхиваться.
Потом его провели сквозь ушибленный ремонтом холл во вполне приличный офис — а по внешнему виду здания сроду не скажешь, что внутри есть такие ухоженные помещения.
Проводник предупредительно распахнул перед Шейдом дверь в кабинет. Шейд послушно шагнул через порог и сразу же встретился взглядом с тем, кого совсем недавно встретил в виртуальности, в пределах холда «Саннаты». С Камиллом.
— Здравствуй, Шейд, — сказал Камилл, и в тот же миг парень-проводник коротким выверенным движением рубанул Шейда ребром ладони по шее.
Свет померк.
— Прощай, Шейд, — добавил Камилл.
Но Шейд этого, естественно, не услышал.
***
! TASK 0F
[OWNER: Аурел Чогоряну (main)]
Теперь у Аурела был новый мотоцикл: IBM-7200. Перегон стлался под колеса, ветер ревел, обтекая шлем, и мчали они вдогонку за свободой, слившись в единую сущность: человек и механизм. Сити уже виднелся вдали, полускрытый колышущимся маревом прогретого летнего воздуха. Аурел много раз покидал Сити, надолго и ненадолго. Вопрос — когда возвращаться? — еще совсем недавно мало его заботил.
Теперь заботил, потому что у Аурела с некоторых пор было к кому возвращаться. Его ждали. Вернее — ждала. Она. Тири. Девчонка в неизменных очках со стеклами в форме звездочек.
Они осели на восточной окраине Сити, у самого шлюза. Поближе к перегону, потому что любили скорость и мощь мотоциклетных моторов. Четыре месяца — четыре месяца сказки, безумия и еще бог знает чего. Им было хорошо вместе, а что еще нужно влюбленным для счастья и эйфории? Только скорость…
Они редко ходили в Сеть, поскольку слишком свежи еще были раны. Раны не телесные — раны в душах. Но как бы они ни сопротивлялись — Сеть звала. И мало-помалу Аурел с Тири стали задерживаться в Сети все дольше и дольше.
Аурел проскочил шлюз, свернул на аллею и подкатил к дому, который они с Тири снимали, — небольшому зданию с плоской крышей и махоньким шпилем высокочастотного диала «Ретактор». Закатив «ай-би-эмку» в бокс, Аурел вошел в дом. И сразу понял: Тири пребывала в Сети. Она расслабленно сидела в кресле перед терминалом, а мнемоюсты, разумеется, лежали рядом с клавиатурой. Пальцы Тири время от времени вычерчивали на клавиатуре замысловатый танец набираемого текста. Не команд — именно текста. Тири общалась с кем-то в чат-режиме.
Влезать третьим Аурелу не хотелось — он уважал свободу своей подруги, но едва Аурел включил терминал и риска видеотрека выплюнула в пространство геометрический призрак голокуба, стала видна записка на десктопе:
[Ури, присоединяйся к Аста_221. Р/Т. Это важно!] Аурел хмыкнул, вошел в Сеть, сконнектился с чат-сервером, выбрал из списка нужную локалку и подключился. Практически сразу его втянуло в расширенный приват.
Он оказался на полянке в лесу с неправдоподобно высокими деревьями. Прямо на траве возлежал тучный бородач в полосатом домашнем халате; перед ним на рыжем пеньке, по-турецки скрестив ноги, устроилась Тири в практически неотличимом от реала облике.
Только волосы ее в виртуальности оказались окрашены в разные цвета.
— Привет, Ури, — поздоровалась Тири. — Знакомься, это Энди Трушин.
Об этом хакере, успевшем стать легендой еще при жизни, Аурел, конечно же, слышал. Но знал Аурел и то, что Энди Трушина уже больше четырех месяцев нет в живых, что погиб он как раз во время охоты на Аурела. И что Трушин был одним из тех, кто на Аурела охотился, Аурел тоже знал.
— Привет, — поздоровался Аурел хмуро.
— Привет, Ури, — странно объемным голосом поздоровался бородач. Такое впечатление, что он прикрутил к стандартному волновому синтезатору реверберацию. Только зачем? Выходка, достойная какого-нибудь сопляка, без году неделя как влезшему в Сеть.
— А я слышал, что тебя убили.
— Это правда.
Аурел озадаченно умолк, хотя пальцы его уже приготовились отстучать очередную реплику.
— То есть… как правда? Ты что, запись?
— Ну, в определенном смысле — запись, — согласился Энди.
— Погоди, — пробормотал совершенно ошеломленный Аурел. Набирая это короткое слово, он дважды запнулся, и пришлось дважды нажимать на бекспейс. — Разве можно разговаривать с записью? Или ты что-то вроде всиса?
Всисом сетевики называли простую программульку, полностью именуемую «виртуальный сисоп». Программка умела притворяться человеком и вести полуосмысленную беседу; основными пунктами, обеспечивающими правдоподобие, была манера отвечать вопросом на вопрос и умение вычленять из обращений ко всису ключевые слова и обрабатывать их в нужном контексте.
— Нет, Ури, я не всис. Я — Энди Трушин, лишенный материального тела. По неизвестной мне причине мое сознание осталось в Сети. Я — призрак. Но я помню и знаю все, что помнил и знал человек по имени Энди Трушин.
— Разве это возможно? — не поверил Аурел.
