Он вернулся в обычный мир, в последний момент оглянувшись. Холд был пустым и темным. Как и раньше. Только церберы дремали в углу.
«Толку от них», — подумал Бай зло. В глазах светлело, дневной свет рвался сквозь стекла кабины.
— Ты, урод! — Синицын с негодованием ткнул его кулаком. — Ты ж меня чуть не перекусил!
— Извини, — протянул Бай. — Я сам не сразу понял… Привыкаю без мнемоюстов. Еще не привык.
Син, отдуваясь, содрал с переносицы очки и принялся вытирать потный лоб. На висках виднелись красные точки — следы от таблеток-психоусилителей.
«Блин! Каково без мнемоюстов-то! — подумал Бай ошеломленно. — А ведь верно: мнемоюсты по сути контролируют энергопоток мозг-сеть. В обе стороны. А теперь я связан с терминалом бесконтрольно… Значит… Значит, я могу теперь ворочать в сети такими силами, какие мне и не снились? Да что там — вон капилляр перегрыз в момент, а раньше по часу уходило, чтоб его отсечь!» Сознание своей мощи едва не раздавило Бая. Боязно было даже представить, на что способен энергетически не стесненный юзер в сети. Защиту любого сервера можно щелкать, как гнилой орех. Церберов на чужих холдах гонять, как голубей на крыше. Да что там — можно испепелить мозг любого обитателя киберспейса, загнав на его мнемоюсты короткий пиковый сигнал. Чик — и вместо мозгов кровавая каша.
Словно ударенный гигантским молотом Бай сидел перед бессмысленно мерцающим пустым голокубом в своем джипе.
Чен и Син переглянулись. Их компаньон отрешенно застыл, пялясь не то в бесконечность степи, не то вовсе куда-то внутрь себя.
— Чего это с ним? — спросил Син с опаской, хотя прекрасно знал — что. Просто Бай понял что-то важное, что-то очевидное-невероятное И теперь размышляет можно ли извлечь из этого пользу, или же придется изобретать защиту, и лучше — заранее. Уж кого-кого, а старого своего приятеля Син знал как облупленного, даром что никак не мог привыкнуть к новой физиономии. Впрочем, к его физиономии и круглым очкам, наверное, тоже привыкнуть трудно. А уж к Тигровому цвету кожи и лоснящейся, вечно улыбающейся роже!
— Граждане, — хрипло сказал Бай, прервав мысли Сина. — Граждане, хотите заполучить в помощь всемогущего бога сетей? Так вот, он с вами. Я теперь могу весь этот мир завязать бантиком и поставить на уши. И никто — никто не сумеет мне помешать.
Но тут же подумал: если только под этими небесами больше нет никого, способного погрузиться в киберспейс без мнемоюстов. А кто сказал, что этого никто не умеет?
Незаметно подошедший Сема смиренно сложил ладони у груди и тихо спросил:
— Поедем ли мы дальше, господи? А то торчим здесь уже битый час, и ни на метр не продвинулись. Я же хотел бы побыстрее разделаться с делами и назад, в Москву, аминь…
Чен тихо, как умел только он, засмеялся.
— Ладно, поехали… — проворчал Синицын, открывая дверцу и вылезая из байкаловского джипа.
.. — проворчал Синицын, открывая дверцу и вылезая из байкаловского джипа. — Где он нас должен ждать, говоришь?
— Э-е-е… — Бай защелкал клавишами, вызывая карту в голокуб. — Под Мелекессом. Это в двадцати мегаметрах… С небольшим.
Было слышно, как у себя в кабине хмыкнул Тигр, и тотчас же завел двигатель. Полосатая «Эфа», выбросив из под колес два пыльных хвоста, рванулась с места. Теперь колонну возглавил Тигр. Спустя несколько секунд тронулся джип Чена и Семы, затем — Синицына, а последним, подождав с минуту, пристроился Бай.
«Ну и ладно, — подумал он. — Хоть в задницу никто не воткнется, если опять резко заторможу!» Пыль быстро оседала; в степи опять стало пусто, только еле слышное урчание моторов затихало вдали, постепенно растворяясь в стрекоте кузнечиков.
***
~# run console 2
@comment: checking base software
Оказавшись в памяти терминала, Аурел осмотрелся. Он висел в центре большой, но конечных размеров сферы. Поверхность ее тускло отливала сталью. Обычной безбрежности киберспейса не чувствовалось, и это было странно и непривычно.
Рядом коротко вспухла искристая клякса, похожая на медузу — Тири. Искры, пробежав по тонкой мантии, угасли, медуза сложилась в комок, будто испуганный еж, и разом обрела серо-стальной цвет, в тон окружающей их сферы. Аурел оставался, как обычно, черным и бесформенным.
Внизу топорщились кристаллические джунгли, кое-где разбавленные игластыми шарами — системные файлы и драйвера. Тысячи переплетенных нитей-связей увили эту диковинную конструкцию на манер плюща. Туда лезть было незачем.
Резидент обосновался в верхней памяти. Белесая сеть, похожая на паутину, затянула условный «верх» сферы. В местах крепления паутинок к поверхности сферы бугрились странного вида выросты, наводящие на смутные мысли о лосиных рогах. За паутиной что-то мерцало и перемигивалось теплым оранжевым цветом.
На стальном боку Тири вдруг прорезалось женское лицо — не очень, почему-то, похожее на саму Тири. Оно сохраняло все тот же матово-серый цвет, кроме глаз: глаза были изумрудно-зелеными. Аурел мысленно хмыкнул. Тири смотрела на резидент-паутину, медленно поднимаясь к ней. Аурел тотчас поплыл следом, на ходу превращаясь в зазубренный, как циркульная пила, диск.
Из-за паутины вдруг протянулась человеческая рука и погрозила пальцем: не приближайтесь, мол! Тири замерла, как показалось Аурелу — озадаченно. Рука тут же исчезла, даже не потрудившись сначала убраться за паутину.
— Пугает! — сказала Тири басом, как брат Грай. Аурел не ответил.
Паутина тем временем выгнулась, словно парус на ветру. Потом слилась с неярким массивом резидента, впиталась в его шероховатую поверхность.
Аурел вырастил длинное щупальце и протянул его в направлении резидента. Массив тотчас явил большие ножницы — намек был достаточно прозрачным. Испытывать щупальце на прочность Аурел не стал. Здоровье дороже.
— Странный резидент! — протянула Тири уже не басом, а своим обычным голосом, только слегка реверберированным. — Больше на демона похож. Смотри, какая аура мощная.
«Какая еще аура? — подумал Аурел с недоумением. — Но на демона и правда больше похож…» С мягким щелчком Тири распалась на добрую сотню небольших шариков, каждый из которых хранил копию женского лица и пару зеленых точек в качестве глаз. Шарики слаженно, как стая рыбешек, метнулись вперед, но резидент схлопнулся, будто карточный домик и шарики, отскочив не то от поверхности сферы, не то от самого резидента, полетели назад, прямо на Аурела.
Пришлось уворачиваться, держа в восприятии их всех, что было непросто. Аурел еле справился.
— Осторожнее! — проворчал он, когда Тири вновь сконденсировалась в нечто целое.
— Мимо, — констатировала она невозмутимо.
— Что ты пытаешься сделать? — попытался прояснить ситуацию Аурел. — Может, скажешь по дружбе?
— Взять его за шиворот, — ответила та. — Что тут непонятного?
Аурел скептически глянул на резидента — тот пульсировал, словно дышал. Сейчас он был похож на зерно чечевицы.
— Но какая аура! Такое впечатление, что это юзер в сети, а не просто программа! — продолжала говорить загадками Тири.
Аурел сконцентрировал внимание на энергопотоках. Внутреннее зрение включалось не сразу, а плавно, словно возникающее на белом листе фотобумаги изображение. Постепенно зеленоватые туманные «реки» густели и наливались интенсивной палитрой. Аурел окинул взглядом всю систему потоков, кровеносных сосудов любой компьютерной системы.
