Желтый «Стингрей» Злыдня метнулся к южному шлюзу Еланца спустя двенадцать минут. Уходить решили не на перегон, а на юг, в сторону горного пояса. Туда мало кто забредал, а городков было еще меньше, чем в полярных районах.
А ближе к вечеру к дому Злыдня бесшумно приблизились две гибкие тени. Некоторое время они провели у низкой живой изгороди, молча разглядывая темные окна.
— Терминалы не включены, — сказала наконец одна из теней высоким девичьим голосом. Вторая тень повернула голову и взглянула в очки-звездочки.
— Кажется, мы опоздали.
Бесшумно перемахнув через изгородь, тени прошли вдоль бассейна и стали пробовать все окна по очереди. Третье по счету, окно Жмуровской спальни, распахнулось после легкого нажатия. Дом был обшарен в несколько минут, после чего тени собрались в берлоге Злыдня. Вряд ли бы хозяин остался доволен, узнай что стряслось в этот вечер с его техникой. Но Злыдень был уже далеко.
— Осторожные, гады, — сказала вторая тень, мужским голосом. — Удрали. Кто-то их предупредил, не иначе.
— Кто-то! — саркастически отозвался девичий голос. — Лощинин, конечно. Логи можно и глянуть, прежде чем пускать систему в даун…
— Какие логи? — мужчина пожал плечами. — Видела, что за диал на крыше торчит? «Темное зрение», не «Аварк» какой-нибудь вшивый. Суровый девайс. Они, поди, напрямую к магистралу в сити цеплялись.
— А что, магистралы с некоторых пор не отсылают эхо-статистику? А, Крюгер?
— Все-то ты знаешь, — проворчал мужчина. — Ладно, пошли. Надеюсь, ты все потерла?
Девушка не ответила. Две тени покинули пустой дом и растворились в полутьме ночного города.
***
~# run console 3
@comment: use brain
Они удирали из Мелекесса, словно за ними гнался сам дьявол. Аурел с немалым удивлением убедился, что Тири влечет его вовсе не к стоянке, где остались их «Квантумы», а куда-то в сторону, сквозь лабиринт респектабельных особняков, через какие-то сомнительные дыры в заборах и нежданные пустоши между имениями. В глухие ворота одного из особняков их впустил молчаливый негр. Ворота наглухо закупорили вход, едва Тири и Аурел оказались внутри, а урчание сервомоторов увязло в пышной зелени, клубящейся за воротами. Негр убрал руки с пульта у караулки и теперь весьма трудно было предположить, что посреди нерушимой стены устроен проход.
Аурел нерешительно топтался перед караулкой, пока Тири не дернула его за рукав.
— Не спи! Сейчас нас спасет только скорость.
— И поэтому мы положились на собственные ноги, а не на «Квантумы»? — едко заметил Аурел.
Тири резко остановилась, схватив Аурела за рубашку.
— Ты что, всерьез рассчитывал уйти от Платонова на мотоциклах?
Аурел задумался. От «Бас-Лоджика» в самом деле не спасли бы и «Квантумы»…
— Что у тебя за идея? — спросил он, догадавшись, что Тири что-то затеяла.
Давешний негр у ворот подогнал к караулке обтекаемый «Креатив» с номерами сити. Аурел присмотрелся, и вздрогнул — это был один из автомобилей лощининских торпед, оставшийся в Трое после побоища в гараже.
Аурел присмотрелся, и вздрогнул — это был один из автомобилей лощининских торпед, оставшийся в Трое после побоища в гараже. Значит, «Креатив» перегнали в Мелекесс, словно знали, что он пригодится… Странное совпадение. Слишком многозначительное, чтобы быть случайным.
Негр, отворив дверцу, выскочил наружу, и за руль тут же скользнула Тири.
— Садись! — велела она Аурелу, и тот подчинился прежде, чем понял, что подчиняется.
«А сумка!» — хотел воспротивиться он, но Тири, послав «Креатив» во вновь возникшие посреди стены ворота, так резко утопила акселератор, что Аурел утонул в кресле, прижатый ускорением. Негр у пульта махнул им черной рукой — наверное, желал удачи.
— Спасибо, Моррис, — прошептала Тири едва слышно, умело ворочая рулем. Снова мелькнули за стеклами особняки и сомнительные заборы, и «Креатив» затормозил на стоянке у знакомых «Квантумов». Аурелу не нужно было объяснять зачем они здесь. Он мигом выскочил наружу, распахнул бардачки и перебросал сумки и пакеты в машину. Перегон шутников не любит…
Очень жаль было бросать мотоциклы в этом городке, но Аурел понимал, что «Креатив» все же пошустрее.
«Вот так и рушатся все надежды, — подумал он печально. — «Барракуды» своей лишился, теперь и «Квантум» отняли. Веселее некуда…» Но у «Креатива» тоже был мотор, и он тоже бился в железном чреве машины, прислушиваясь к ритму живых сердец, и очень скоро Аурел стал жалеть только об одном — что за рулем сидит не он. Но, в сущности, какая разница — в такт чьему сердцу звучит мотор, если сидящая рядом так же близка тебе, как и покинутая в Трое «Барракуда»?
И Аурел отдался этому гипнотическому ритму, этой звенящей скорости, этой механической песне, подчиняющей всех, кто ее слышит. Ветер звучал за стеклами. Степь негромко выла, прокручиваясь под колесами. Расстояния меркли.
«Я живу», — Аурел сжал руку на подлокотнике. Схожие ощущения возникали у него только в сети, когда он сливался с какой-нибудь навороченной программой, с каким-нибудь хитрым ледорубом, и ломал то, что до сих пор не смог сломать никто. Он ощутил вкус жизни, вкус поиска, единственное, ради чего стоило жить.
Это приходило к нему всегда в самые неподходящие моменты. Наверное, в этом крылся некий загадочный смысл. Но именно в такие моменты Аурел переставал страшиться неизбежной смерти и упивался свободой — ведь жизнь того стоила.
«Креатив» вспарывал лето, убегая на восток. Они и вправду смогут идти быстрее, чем на мотоциклах: когда устанет Тири, за руль сядет Аурел; отныне можно не тратить время на стоянки и спать прямо на ходу, по очереди.
Если Платонов едет один, это уравнивает шансы. Если же не один… Что ж, тогда они столкнутся немного позже. Дальше от сити.
— У вас что, община? — спросил Аурел спутницу, неожиданно вернувшись к мыслям о целях своего спасения.
Тири вопросительно уставилась ему в лицо, надолго оторвав взгляд от перегона за лобовым стеклом, накатывавшегося со стремительностью горной лавины. Очки-звездочки скрывали зелень ее глаз.
— У кого — у нас? — спросила она потом.
— Ну, у вас, у кибертелепатов. У тех, кто ходит в сеть без мнемоюстов.
Тири насупилась.
— С чего ты взял, что нас много?
Аурел неопределенно пожал плечами.
— Ну.
— Ну… это же очевидно. Зачем я тебе? Зачем ты встряла в эту авантюру? Не из тяги же к путешествиям…
— Много ты знаешь о тяге к путешествиям! — скептически протянула Тири, вновь прикипев взглядом к перегону.
— Много, — сказал Аурел, не задумываясь.
Тири долго молчала.
— Скажи, как с вами связан Камилл? Почему он тебе звонил?
— Камилл у нас главный, — неохотно пояснила девушка. — Это он меня послал вытащить тебя из сити.
Аурел опешил.
— Как — главный? Он что, тоже кибер?
— Да. Самый сильный. Иногда я его боюсь…
Вот тут Аурел перестал что-либо понимать. Камилл был заказчиком того самого дела, из-за которого теперь приходилось мчаться по перегону с Платоновым на хвосте. Это для Камилла Аурел стащил файл из корневого массива лощининской станции. Если он кибер, зачем тогда нанимал Аурела? Хотел загрести жар чужими руками?
С другой стороны, если он собирает киберов — почему сразу не перетянул Аурела к себе? Без дурацкой гонки по перегону, без торпед Шамила и без Платонова? Без забарьерных ребят, по иронии теперь пытающихся его прикрыть?
