— Ага. И не достигнешь царствия небесного. — усмехнулся Денис. — У тебя еще есть шанс, а вот я его точно не достигну. Потому что никогда уже не умру.
— И все же это не игра. Это все равно, что сказать, будто менты играют.
— Некоторые именно играют.
— Некоторые. — покачала головой Фели. — Может даже лишь некоторые не играют. Нет разницы. Просто сама работа ментов предназначена для того, чтоб спасать кого-то. Пусть ее делают плохо, пусть не все, пусть кто-то набивает только собственный карман… Сама работа от этого не становится хуже. Наша работа тоже не становится хуже от того, что Его Превосходительство колет амнезин при первой возможности.
— Говорю тебе — не грузись. Лучше бы подумала, как нам выпутаться из этой бодяги.
— Разве от нас что-то зависит? — устало спросила девушка. — Надо просто сидеть и ждать. Поесть бы еще найти… И спать, честно говоря, охота.
— Вот и поспала бы.
— Не могу. Мне постоянно кажется, что по коридору кто-то бродит.
— У меня слух лучше, чем у тебя. Да и мы вроде все зеркала замуровали. Успокойся.
— Не могу, меня душит… Может выйти на улицу, подышать?
— Там солнце еще. — уверенно сказал вампир. — Я его чувствую откуда угодно. А вообще мы зря тут замуровались, бессмысленно это. Неделю все равно не продержимся, сдохнем от голода. Оба. Давай лучше ночью уйдем.
— Куда?
Деня вздохнул.
— Знаешь почему люди редко совершают что-нибудь грандиозное? — неожиданно спросил он. — Они боятся потерять то, что имеют. Пусть хуже уже некуда, но ведь живут, не умирают. А если потерять сегодняшнее, что будет завтра? Неизвестность, вот что пугает. Возникают вопросы: зачем, куда…
Он внимательно посмотрел на девушку.
— Ты говоришь, что тебя душит, тебе плохо, страшно, но уйти боишься, привыкла к этому месту. Это не любовь, не долг, не честность какая-то. Нет. Ты лишь прикрываешься заученными словами, а на самом деле это просто ложное ощущение комфорта. Типа стены и лептонные двери могут от чего-то защитить. Фигня это. Не защищают они ни от чего. Они просто дают тебе приют, а потом, когда ты за ними спрячешься, высасывают из тебя смелость и волю хоть что-нибудь изменить. Ты говорила, что с детства боялась вампиров. Зря. Стен надо было бояться.
Фели нахмурилась.
— Знаешь, Деня, без стен я тоже жила. Ничего хорошего не получилось.
— Да ты не жила. — усмехнулся вампир. — Ты искала стены. По привычке. Знала, что они где-то есть, потому и мучилась. А если бы поняла, что стен уже не найти, что их вообще никогда не будет, то как раз и смогла бы жить. Здесь, в Институте, самые крепкие стены, а потому самые страшные. Нет ничего хуже дармового спокойствия.
Нет ничего хуже дармового спокойствия. Именно дармового, не смотри на меня так. От ментов отмазывают экстрасенсы, понадавали фальшивых ФСБ-шных удостоверений, оружия, приблуд всяческих, паспортов на чужое имя… Как будто это от чего-то может защитить.
— Но ведь защищают. — она пожала плечами.
— Да ладно… Сильно они нас защитили, когда столкнулись с настоящим противником. От всей институтской ровным счетом ничего не осталось. Сидим, будто крысы в норе.
— Пойдем лучше осмотрим комнаты. — У Фели не было настроения спорить.
— Идем, если тебе так спокойней.
Денис засунул пистолет за пояс и первым двинулся к выходу. Девушка старалась не отставать — одной без оружия было страшно.
В коридоре сухо шуршала толстая тараканья масса — сантиметра два, не меньше. Даже Фели передернулась.
— Ни фига себе… — тихо сказала она. — День, тут явно что-то не чисто. Столько тараканов сами собой в одном месте появиться просто не могут. Со всего Питера они тут собрались, что ли?
— Дрянь! — Деня брезгливо потряс ногой. — Это Лысый, сволочуга, гонит их сюда.
— Как? — недоуменно глянула Фели.
— Где-то мы проглядели что-то… Может остался какой-то портал. Ух, гады… Давай искать! Может забыли заклеить какое-то зеркало…
— Ну нет… Мы все сложили в сейф. До последнего осколочка, я сама собирала. Все блестящее заперли, ты же сам кран свернул! Что-то другое…
— Интересно, с какой стороны они ползут? — оглядел коридор Деня.
— Разве так разберешь? Их тут столько…
— Нет, подожди… — Он подошел к двери кабинета и замер, распахнув дверь.
Фели сразу поняла — случилось что-то еще. Что-то страшнее всего прежнего.
Ей снова, в который уж раз за эти длинные сутки, показалось, что она спит. Спит, и видит все это во сне. В бредовом, лишенном всяческой логике сне. Внутри него были свои сны, еще более странные, чем эта жуткая тараканья масса и не было из него никакого выхода. Если проснешься, то окажешься снова во сне, только на каком-то другом уровне. И так можно было просыпаться до бесконечности, меняя один кошмар на другой.
Накатил такой острый приступ безысходности, что девушка зажмурилась. Но если это все сон, то когда же она уснула? А может вся жизнь это только сон? Или с какого-то времени в детстве.. Нет, это явно бред… Да и все происходящее сейчас, тоже конечно не сон. Просто весь предыдущий жизненный опыт летел к чертям собачьим, все привычные законы перестали иметь хоть какой-то смысл и нельзя было сказать, что может быть в реальности, а чего не может. Но если так, то чем же реальность отличается от сна?
Зажмуренных глаз оказалось мало — Фели крепко стиснула кулаки.
— Что там, Деня? — пересохшими губами спросила она.
Ей хотелось услышать ответ и было страшно его услышать. Она уже чувствовала совершенно отчетливо, что он нарушит еще какой-то известный, с детства привычный закон. Привычный, привычный, привычный… Привычности не хватало катастрофически.
«Мама мыла раму». — почему-то подумала девушка. — «Яблоко падает сверху вниз».
Легче не стало.
Теперь накатил не страх — ужас.
Тот самый ужас, какой бывает в детстве от страшилок, рассказанных шепотом в темной комнате. От Черной Руки, удушившей всю семью, от чьей-то мамы, готовящей пирожки из родных сыновей. От ходячих мертвецов…
Фели открыла глаза и шагнула к Денису, распахнутая дверь кабинета выглядела в стене жутковатым провалом. Вампир вошел внутрь и щелкнул выключателем. В коридор вырвалось мигание мертвенного света и через секунду люминисцентные лампы уже горели ровно и совершенно бесстрастно.
По полу разлилась огромная водяная лужа.
— Кажется трубу прорвало… — вздохнул Деня.
— Нашел о чем думать! — фыркнула девушка.
Лужа напоминала гладь глубокого омута — дна не видать. Лампы дневного света отражались в ней совершенно отчетливо, затмевая прозрачность. По берегам, словно сухой плавник, валялись дохлые тараканы. Такое ощущение бывает от грязного залива в ненастный день. Только тут не было окружающего пространства, одни лишь глухие стены. Фели на какой-то миг показалось, что весь мир состоит из плотного грунта, до самых своих бескрайних краев, а эта комнатка, коридор и тир за спиной всего лишь микроскопический пузырек в необозримом земляном монолите.
В самой луже тараканов не было. Ровная, как зеркало, гладь.
— Зеркало! — почти выкрикнула Фели.
— Черт побери… — прошептал Деня.
Он прошлепал к дальней стене и осмотрел трубу.
— Трещина. — зло сказал он. — Как по заказу…
Рука повернула вентиль крана.
— Быстро за тряпкой! И ведро прихвати!
Упрашивать девушку не было необходимости, в слепом отупении ужаса она рванулась в коридор и побежала к кладовке. Ноги путались и скользили, под подошвами чавкал шевелящийся ковер насекомых.
